Провинциальный остеопат. Том 3 - Артем Сластин

— Я прекрасно понимаю, о чём ты говоришь, — ровным голосом заметил я. — И понимаю к чему ты клонишь, но две мои руки пока связаны законодательством страны. Не то чтобы я специально себя мучаю…

Илья подался вперёд и покачал головой.

— Я немного про другое. Я наблюдаю за тобой уже две недели. Сегодня видел, как ты работаешь с Кристиной, до этого видел на грудном отделе. Ты пальцами за секунды находишь вещи, которые большая часть группы ищет по полчаса и то справляется с помощью преподавателей. А ведь они врачи с полноценным медицинским образованием — и справляются медленнее физрука.

Я хотел вставить, но Илья поднял руку.

— И не надо мне втирать по удачу. Один раз, два — да, можно списать на совпадение, но когда это повторяется на ежедневной основе, это говорит об одном — у тебя золотые руки, братан, и созданы они явно не для заполнения журналов.

Мельников вновь откинулся на спинку стула и принялся дожёвывать свой бургер. Я сделал несколько глотков пива, закинул сверху кусок рассыпчатой говядины и замолчал. Фраза почему-то зацепила сильнее, чем хотелось признавать.

Илья тем временем подозвал рукой официанта, вытащил у него из нагрудного кармана ручку и положил на стол свежую салфетку.

— Давай считать, — заговорил он, выводя первую цифру. — Во-первых, хороший спец всегда рассчитывает свою работу не в сутках, а в часах. Допустим, две тысячи за час, — начал писать он. — В среднем, распилим, скажем, на восьмичасовой рабочий день, из которых ты, допустим, с клиентами будешь работать фактически шесть. Итого получаем двенадцать тысяч, но тебе понадобится помещение, так что то-сё, уплата налогов… В целом, после начальной практики ты сможешь в день зарабатывать чистыми около восьми тысяч. Плюс-минус. И это я не брал в расчёт богатых клиентов, а обычные у тебя уже есть, просто ты их почему-то называешь подопечными.

Он ткнул ручкой в получившуюся сумму.

— А теперь представь, что у тебя вот так всё будет расписано на полгода вперёд, а спортсмены и их тренера будут ломиться к тебе со всей страны! Там и две тысячи за час легко вырастут до трёх и даже до пяти.

Мельников смял использованную салфетку и отбросил её в сторону, будто эти цифры больше ничего не значили.

— Это, брат, называется частная практика. Поверь мне, я ею уже четыре года занимаюсь.

— Ты закончил?

Илья улыбнулся и молча кивнул.

— Все подсчёты давно уже произведены, — начал я. — Патент методики находится на стадии регистрации, но мне по-прежнему никто не даст практиковать без лицензии остеопата. Мой бешеный ритм жизни и Бауманка — это необходимая реальность, с которой стоит смириться на данном этапе моей жизни. Так что, как бы ты всё красиво ни расписывал, а звучит действительно красиво — если начать сейчас, то всё скоро и закончится.

Мельников дослушал меня, затем откинулся на спинку стула и некоторое время молча смотрел, словно пытался понять, в каком именно месте моего рассуждения произошла ошибка.

— Какая ещё лицензия остеопата?

— Та самая, ради которой мы корячимся на курсах РУДН, — ответил я, а затем добавил. — Без которой я не смогу открыть кабинет и начать помогать людям.

— Стоп! — он поднял бровь. — Ты опять пытаешься перепрыгнуть сразу через десять ступеней. Я тебе про частную практику говорю, а ты уже мысленно строишь себе полноценную клинику.

Я невольно улыбнулся.

— А разве смысл не в этом?

— В конечном счёте — да, но пока можно начать со съёма одного кабинета.

Он взял новую салфетку и начертил на ней квадрат.

— Вот твоя клиника. Пятнадцать-двадцать квадратов, кушетка, стол, шкаф и раковина. Арендуешь несколько вечеров в неделю где-нибудь при фитнес-центре или уже работающем оздоровительном центре и всё. Там и клиентскую базу проще будет наработать. Причём остеопатом тебе для этого называться необязательно.

Мельников протянул мне салфетку.

— У тебя спортивное образование, биомеханика и реабилитация. К тому же ты сказал, что есть какие-то связи. Так что вот и работай в пределах того, что тебе разрешают документы. Оздоровительное направление, работа с движением, физическая подготовка, массаж — для него вообще никакие документы не нужны. Ты же как-то умудрился кружок свой назвать «Студия коррекции движений», пора переходить на новый уровень. А вообще…

Он покопался в кармане и достал потёртую визитку.

— Позвони юристу, и пусть он тебе всё по полочкам разложит. По любому есть то, чем ты можешь заниматься со своим нынешним образованием. Пока можешь оформить ИП и учиться себе дальше, попутно делая деньги. Появится лицензия после курсов — добавишь медицинское направление. Заведутся лишние деньги — возьмёшь помещение получше, а если попрут клиенты, возьми себе в администраторы симпатичную девчонку, но это всё потом. Сейчас тебе хватит и съёмного угла на несколько дней в неделю.

— Ну, допустим… — согласно кивнул я. — А что насчёт клиентской базы?

Мельников медленно обвёл рукой зал.

— Лёх, да посмотри ты вокруг.

За соседним столом сидел мужчина лет сорока в дорогом костюме. Пока его собеседница что-то рассказывала, он периодически заводил руку за спину и разминал плечо. Чуть дальше посетитель наклонил голову вбок и несколько раз потёр шею.

— Ты даже не представляешь, сколько людей готовы платить просто за то, чтобы вечером перестала болеть спина, — продолжил Илья. — Особенно если они уже прошли таблетки, массажиста из фитнес-центра и спеца, который три сеанса «выравнивал им энергетику». Это Москва…

— Очень научно, — улыбнулся я.

— Ни хрена не научно, братан, — кивнул в ответ Илья. — Зато чертовский жизненно. Причём знаешь, что самое смешное? Если ты действительно настолько хорош, насколько кажешься со стороны, тебе даже рекламу покупать не придётся. Как только народ услышит, что появился маг-кудесник-волшебник, к тебе очередь выстроится от Тулы.

— Вот таких формулировок хотелось бы избежать, но в целом я тебя понял, Илья.

— Вот видишь, — он заметил выражение моего лица. — Наконец-то шестерёнки закрутились… Самое интересно то, что ты уже этим занимаешься, только бесплатно, между парами и с чувством, будто нарушаешь тем самым мировой порядок.

— Ладно, ладно, — я поднял руку. — Говоришь так, будто сейчас выкатишь мне