Черный лев и снежная чародейка - Алла Железнова

как сама вселенная, обрекли нас на вечное существование во тьме. Хотя – нет… я теперь точно долго не протяну. Отсчет уже пошел. Далас не настаивал больше ни на чем. Готовил сам, пытался снова проявить заботу, но, увы, напрасно. Я пила только воду, потому что не в силах была противостоять жажде.

– Кассиль, – тихо звал он меня иногда по имени, пытаясь вытянуть из мрака, что окутал мою душу.

К вечеру второго дня его снова охватила злость. Лев не выдержал моего отстранения. Он хотел внимания, порывался выбить его из меня, но все время сам себя одергивал. Не той я расы, чтобы выполнять любые капризы итарца. Последней каплей стало его саркастичное, но печальное замечание.

– Не хочешь больше меня видеть? Хорошо.

После этого Далас попятился к выходу, не спуская с меня глаз. В них погасли яркие искры, до которых мне не было дела, пока он не исчез в темноте на бесконечно долгое время. Вскоре костер стал угасать, и это заставило пробудиться мое первое чувство – страх.

Я с трудом добралась до него, сотрясаясь мелкой дрожью. Поддержать огонь мне удалось, подбросив в него клочок чьей-то шкуры и пару горстей угля с магнолием, но лучше от этого не стало. Взгляд пал на чашу с остывшим бульоном. Голод стал снедать меня изнутри. Не задумываясь, я съела все, после чего прилегла на ближайший ворох шкур и заснула. Проснулась там же, одна. Костер по-прежнему горел, но Даласа не было рядом. Он приходил, иначе бы я очнулась во мраке. Эта мелочь приятно согрела мне душу, несмотря на терзающую мысль о том, что мое состояние и наша ссора целиком и полностью лежит на его совести. Есть здесь и моя вина, но…

Его надо найти. Первым делом я отправилась к леднику, который показывал мне итарец. Петляя по коридорам, я заблудилась. Факел делать-то я не научилась и просто обмотала продолговатую кость первым попавшимся шерстяным лоскутом вкривь и вкось. Рисковать с нефтью я не стала, опасаясь, что мое «творчество» развалится и горячий огонь просто попадет мне на ноги. Тогда я вся вспыхнула бы. В итоге, факел прогорел, и я осталась в темноте… одна. Минут через пять, направляясь вперед вдоль неровной стены, огибая на ощупь редкие сталагмиты, дошла до одной из развилок. Я всхлипнула и сползла на жесткий земляной пол, обхватив себя за плечи. Запутанные волосы свисают сосульками, мешают и жутко раздражают. И почему я не додумалась подобрать их шнурком из кожи?

Темнота давит, тишина сводит с ума.

«Святая Солун, ну где же ты?» – взмолилась я мысленно в страхе, боясь звуков собственного голоса.

Сначала послышались тихие шаги, которые довольно быстро стали более отчетливыми и громоздкими. В ту же минуту мое слабое обоняние уловило знакомый аромат мужского тела, что вызвал мой печальный стон. Далас присел рядом, оставаясь по-прежнему неразличимым в кромешной тьме. Крепкие руки подхватили меня и оторвали от земли.

– Маленькая, что же ты бродишь по темным коридорам одна? – спросил он, мягко коснувшись горячими губами моего лба.

– А с кем? Ты оставил меня.

Далас стоял на месте, не спуская меня со своих сильных рук.

– Я больше не мог выносить пустоты в твоих глазах, не мог смотреть в них, – произнес он тихо. – Но заглянуть в их серый омут хочется снова и снова. Прости меня, Кассиль. Я снова бежал, оставив тебя.

После недолгого молчания с моих губ сорвался ответ.

– Я… не могу.

– Кассиль, – в голосе оборотня промелькнуло страдание, но договорить он не успел. Итарец вздрогнул после следующего откровения:

– Я горю, Далас. Сгораю изнутри. Даже без брачной метки ты умудрился полностью перевернуть всю мою жизнь…

– Нет… – обронил он взволнованно, не желая верить моим словам.

Разубеждать я его не стала, просто уткнулась носом в могучую шею и засопела, стараясь сдержать новую волну рыданий. Боги, как я любила жизнь до тех самых пор, пока не встретила первый кошмар. Я боялась одного мужчины, а сгораю по вине другого. Душу скручивает жгучая боль. Почему судьба со мной так поступила?

Далас сорвался с места и направился куда-то вперед.

– Погоди, сейчас мы с тобой пойдем и поговорим обо всем. Ты мне расскажешь, чем я могу тебе помочь, а я постараюсь исправиться. Кассиль, – перевел дух итарец. – Я долгое время был один, и вдруг передо мной возникла ты. Я чуть не свихнулся от счастья, а мой зверь потерял рассудок. Ты не представляешь, каких усилий мне стоило сдерживать его, ведь за эти двадцать с лишним лет я позволял ему слишком многое. Я редко ходил на двух ногах, боялся сойти с ума. Только Лев мог вынести весь этот Ад, добывать себе пропитание раз за разом, держать территорию. Он хотел жить, и судьба подарила нам тебя… Когда ты заметила этот проклятый корабль, мы взбунтовались. Поняли, что нам было отведено слишком мало времени для того, чтобы завоевать тебя. А там, в мире полном других мужчин, сарфирийцев, более подходящих тебе, у нас бы не осталось шансов. Наши пути бы разошлись. Несомненно, ты достойна лучшей жизни, но… просто знай, что для меня ты стала надеждой… мечтой, которая позволила бы мне начать жить заново.

Слушала его откровение и чувствовала, что в моей груди будто все сжалось, после чего сердце совершило мощный удар, от которого я непроизвольно охнула. Далас понял мой вздох по своему и прибавил шагу. Вскоре мы уже были у ледяного тайника, откуда оборотень извлек приличную порцию нашего мясного запаса.

– Назад я пойду сама, – уверенно заявила я, пресекая его попытку снова взять меня на руки.

– Ты уверена? – не стал спорить со мной итарец.

– Да. Ведь я не так давно перекусила. Я даже могу снова попытаться приготовить для тебя что-нибудь.

Я старалась говорить мягко. Его откровение придало мне сил, заставило кровь бежать по венам быстрее, сердце биться чаще, а улыбку вновь появиться на моих губах.

– Только если тебя это не затруднит, – нахмурился Далас. – Как ты?

– Лучше. Я справлюсь.

– Хорошо.

Назад мы шли преимущественно молча, держась за руки. На вопрос, что он может сделать для меня, я лишь слегка улыбнулась и скромно отвела взгляд. Оборотень не спеша вел меня сквозь мрак до нашего дома, о чем-то размышляя.

«Дом»…

Процесс готовки снова проходил под строгим контролем, приправленным ехидными комментариями. Я приободрилась и немного усердней стала резать мясо на кусочки, от чего чуть не порезала палец.

– Кхагартова бездна! – воскликнула я, встряхнув рукой.

– Куда же ты так торопишься?

– Тебя