Академия Даркленд - Анна Сергеевна Одувалова

Джаспер приоткрывает окно чуть шире, и ветер врывается в комнату, смешивая запах мужского одеколона и дыма. Наши тени на стене сливаются в одну, когда Джаспер наклоняется, чтобы поставить бутылку на пол. На мгновение его плечо прижимается к моему – твердое, горячее.

– Она слишком любила жизнь… – Голос Джаспера внезапно становится хриплым. – Не верю, что прыгнула. Не в ее стиле.

Я невольно поворачиваю голову. Лунный свет выхватывает след слезы, которую Джаспер тут же стирает кулаком.

Хочется швырнуть в него подушкой. Или прижаться к нему. Ненавижу себя за вторую мысль.

Сжимаю зубы. Я слишком плохо знала Дебору. Да и не хотела узнавать лучше.

Пауза затягивается. Внезапно дверь в комнату резко открывается. Вспыхивает свет, заставляя меня на секунду зажмуриться, а Джаспера – с руганью прикрыть лицо ладонью.

– Ой! Простите! Я помешала?

Девчонка в потрепанном плаще замирает на пороге. Ее коса перехвачена простой резинкой, чемодан облеплен смешными детскими наклейками.

– Ты кто? – Джаспер вскакивает, шатаясь. Его тень на стене становится огромной. – Что здесь делаешь…

– Живу, похоже! – Она пятится, натыкаясь на косяк. – Мне сказали… белье поменять… Вещи… Комната свободна.

– Ну ваще! Что, других комнат нет? – Он бьет кулаком по стене, заставив зазвенеть стоящие на полке чашки. Недокуренная сигарета летит в ночь. – Если хоть одна тварь тронет ее вещи…

Кулак Джаспера зависает в сантиметре от лица новенькой. Она стоит и испуганно хлопает глазами.

– …завтра заберу все.

Дверь захлопывается с таким грохотом, что осыпается штукатурка. Девчонка прижимает чемодан к груди, как щит.

– Добро пожаловать в Даркленд, – хрипло говорю я, вытирая ладонью лицо. Когда Джаспер уходит, мы с новой соседкой какое-то время стоим друг напротив друга и молчим. Зажженный ею свет, выставляет напоказ бардак, который Дебора оставила утром: тюбик помады на полу, скомканный свитер на спинке кресла.

Новенькая сжимает ручку чемодана так, что белеют костяшки. Пауза затягивается.

– Даниэлла. Можно Дана, – представляюсь я, чтобы разрядить обстановку.

– Н-нес-си, – выдавливает она, наконец опуская чемодан. Пластиковое колесико, державшееся на честном слове, откатывается под кровать. – Где я могу… – Она потерянно оглядывается.

– Не знаю, – перебиваю я, пнув тапок Деборы под шкаф. – Тебя не должны были селить сюда. Моя соседка…

Знаю, получилось грубовато, но я действительно несколько растерянна. Не рассчитывала, что новая соседка появится так быстро. Я и от прошлой еще не отошла.

– Она умерла сегодня. – Несси снимает промокший плащ, аккуратно складывая его на стул. Ее голос звучит спокойно. Кажется, стресс прошел, и Несси взяла себя в руки. – Я ехала на пароме с магстражем. Он всю дорогу обсуждал по магфону произошедшее.

Кусаю губу, наблюдая, как ладонь Несси скользит по покрывалу на кровати Деборы. Теперь оно никому не нужно, как и остальные вещи моей бывшей соседки. Это понимание заставляет особенно остро чувствовать произошедшую трагедию.

– Замдиректора предложила выбор: здесь или в комнате, откуда сегодня на пароме уехала третья соседка. – Несси поворачивается, и я замечаю ее неестественно прозрачные и холодные глаза. – Я подумала, что твоей погибшей подруге уже все равно, а живым тесно втроем.

– Она не была моей подругой… – бормочу я, разглядывая ногти, и почему-то ощущаю иррациональную вину за это.

– Тогда проблем совсем нет? – Несси тянется к шкафу, но я резко одергиваю ее:

– Только вещи Деборы не трогай. Хотя бы пока. Иначе… – Я морщусь, вспоминая Джаспера.

– Тот злой красивый парень? – Она фыркает, доставая пижаму. – Поняла. Мне просто нужна кровать.

Ее спокойствие кажется таким необычным. Несси будто переезжает в обычное общежитие.

Через пятнадцать минут дверь тихо приоткрывается. Мирс Аманда входит с двумя помощниками в серой униформе.

Она сдержанно кивает нам и раздает указания своим сопровождающим.

– Коробки здесь, – говорит она.

Мужчины аккуратно складывают платья Деборы, ее обувь и милые сердцу мелочи, которые никогда в жизни ей больше не пригодятся.

– Джаспер просил не выкидывать ее вещи! – выпаливаю, прижимаясь к стене.

– Он знает, где меня найти. – Мирс Аманда поднимает шкатулку с инициалами «Д. Л.». – Но сначала их проверит магстраж. Может, найдутся ключи к ее… – она замолкает, глядя пустым взглядом в пространство, и после паузы наконец договаривает: – … решению.

Несси молча наблюдает за тем, как исчезают следы Деборы.

Когда правая сторона комнаты принимает нежилой вид, Несси как ни в чем не бывало разбирает чемодан и наливает в безликую черную кружку чай из моего чайника. Я отрешенно смотрю на это со своей кровати и понимаю: Даркленд изменился. Ничего не будет как прежде. Вместе с Деборой ушла эпоха, которую создали они с Джаспером.

Наверное, неправильно так думать, но я испытываю облегчение, потому что мне теперь станет определенно спокойнее.

Глава 2

Джаспер

Бреду по пляжу. Ноги вязнут в мокром песке, как в холодной каше. Волны швыряют под ноги обломки ракушек, но я даже не смотрю вниз – просто тащусь вдоль кромки воды, пока соленый ветер не начинает жечь губы. Рубашка слишком тонкая и не спасает от пронизывающего соленого ветра, но мне все равно. Я упрямо бреду вдоль набегающих волн, не обращая внимания на холод.

Грохот прибоя сливается со звоном в ушах. Стараюсь не думать о том, что Деборы больше нет. От этого в груди образуется ледяной комок. Любил ли я ее? Нет. Но до определенного времени мы были на одной волне. Делили постель и демонов. Это достаточно много, чтобы испытывать боль сейчас, когда Деборы не стало.

Темнота сгущается, превращая маяк в черный шпиль на фоне звезд. Иду мимо, не останавливаясь. Знаю, Карго там нет. Это слишком близко к академии, а значит, слишком многолюдно.

Ноги сами сворачивают к докам. Ржавые цепи бьются о бетонные сваи, а в воздухе висит запах гниющей рыбы – здесь все еще валяются сети, брошенные рыбаками после последнего шторма. Три года назад, когда я только попал в Даркленд, я нашел его здесь: вороненок с перебитым крылом ковылял между обломками лодок, шипя на каждое мое движение. Тогда он клюнул меня за палец до крови. Теперь шрам почти не виден. Карго единственный, кто понимает меня.

Лодочный гараж скрипит, словно старый корабль-призрак. Толкаю дверь плечом – внутри темно, только луна пробивается сквозь дыры в крыше.

– Карго? – шепчу, включая магфон.

Свет вспарывает темноту, выхватывая знакомый силуэт. Карго сидит на железной балке, перья взъерошены. В клюве нечто, рассматривать что мне совершенно не хочется, но