Фантастика 2026-89 - Алина Углицкая

Я повернулся к Анфиму.

— Прием в школу. Каков порядок?

Анфим вынул из кармана маленький кусок бересты, протянул мне.

— Через две недели. Четырнадцатое число. Место — пристань у Академии. Списки кандидатов уже поданы.

Я развернул бересту, прочитал. Десять имен. Моё было последним, в самом низу.

И рядом с ним — маленькая красная пометка. Крест.

Я показал её Анфиму.

— Что это значит?

Анфим затянулся, выдохнул дым медленно.

— Это значит «на вылет» или «на убой», Рыбец. Экзаменаторы получают такие списки заранее. Красный крест означает, что кандидата нужно завалить. Любым способом. Либо он не пройдет испытания, либо… не выживет во время них.

Я почувствовал, как напряжение нарастает, сдавливая грудь.

«Савва не просто хочет помешать мне. Он хочет убрать меня законным способом. Под видом несчастного случая на экзамене».

Я спросил:

— Что за испытания?

Анфим пожал плечами.

— Меняются каждый год. Но всегда связаны с водой. Плавание, ныряние, управление лодкой в шторм, поиск предметов на дне. Опасные вещи. Люди гибнут. Это считается нормой — «не выдержал испытания, слабак».

Я сжал кулаки сильнее.

«Значит, Савва рассчитывает, что я умру на экзамене. Утону, разобьюсь о камни, не справлюсь. И моя смерть будет списана на случайность».

Анфим продолжал:

— Но есть еще одна загвоздка, Рыбец.

Я посмотрел на него.

— Какая?

— Чтобы допустили к испытаниям, нужен взнос. Двадцать рублей. У тебя, я думаю, есть.

Я кивнул. Двадцать рублей — треть моих накоплений, но терпимо.

— Есть. А что еще?

Анфим затушил трубку о край бочки.

— Поручитель. Уважаемый человек, который гарантирует твою благонадежность. Без него с тобой не станут разговаривать.

Я нахмурился.

— Кто может быть поручителем?

Анфим начал перечислять, загибая пальцы:

— Боярин. Купец первой гильдии. Мастер Реки с Печатью. Или чиновник Воеводы. — Он посмотрел на меня. — У тебя есть кто-то из них?

Я подумал. Серапион — монах, но не Мастер Реки, его печать не подходит для боевой школы. Никифор — купец, но третьей гильдии, этого недостаточно. Егорка вообще простой работник. Агафья — просто моя мать, у неё нет никакого статуса.

— Нет, — сказал я тихо. — У меня нет поручителя.

Анфим кивнул.

— Так я и думал. Савва это знает. Он заблокировал все твои возможные связи. Те купцы, которые могли бы за тебя поручиться, боятся Авиновых. Бояре тебя не знают. Чиновники Воеводы не станут рисковать ради рыбака.

Я встал, начал ходить по сараю. Мысли метались, как рыба в сети.

«Тупик. Савва закрыл все дороги. Я не могу попасть в Академию без поручителя. А без школы — нет Печати. Без Печати теряю землю».

Я остановился, посмотрел на Анфима.

— Что предлагаешь?

Анфим пожал плечами.

— Можешь попробовать подмазать кого-нибудь. Купить поручительство. Но это дорого — рублей пятьдесят минимум. И рискованно — могут взять деньги и обмануть. Или донести Савве.

Я покачал головой.

— Слишком ненадежно.

Анфим встал, отряхнул одежду.

— Тогда, Рыбец, дело плохо. Савва тебя загнал в угол. Тебя не допустят к испытаниям, но ты обязан получить Печать. Ловушка.

Я усмехнулся горько.

— Да. Ловушка. Очень изящная.

Мы вышли из сарая. На улице стемнело, фонари уже зажглись, бросая желтые пятна света на грязь и лужи.

Анфим пошел в одну сторону, я — в другую. Мы не прощались, не оглядывались — правила конспирации. Никто не должен был видеть нас вместе.

Я шагал по Слободе, погруженный в мысли.

«Поручитель. Мне нужен человек со статусом, который не боится Саввы. Или который имеет свои причины противостоять ему».

Я перебирал варианты.

А может быть, поручителем выступит Воевода? Смешно. Воевода не станет лично поручаться за рыбака.

Или станет?

Я остановился посреди улицы.

Анфим сказал — Воевода в холодной войне с Авиновыми. Они превращают Академию в свою гвардию, а ему это не нравится. Значит, Воеводе выгодно иметь там своего человека. Своего шпиона. Своего агента.

Я усмехнулся.

А я — идеальный кандидат. Я уже в конфликте с Саввой. Я уже на красном списке. Если Воевода поручится за меня, он получит инсайдера внутри Академии. А я получу доступ к экзамену.

Я пошел дальше, быстрее.

Но как выйти на Воеводу? Я не могу просто прийти к нему и предложить сделку. Он меня не примет. Или, хуже того, передаст Савве.

Я дошел до дома, вошел. Агафья уже спала. Я сел за стол, достал бересту, начал писать.

Список потенциальных поручителей. Имена, статусы, связи.

Никифор Петрович — купец третьей гильдии. Не подходит.

Серапион — монах Обители. Не подходит.

Купец Иван — первой гильдии, но союзник Саввы. Не подходит.

Боярин Борис Ильич — владеет лесами, но не связан с рекой. Маловероятно.

Чиновник Воеводы Григорий — но он боится Саввы. Не подходит.

Я перечеркнул все имена.

Тупик.

Воевода в конфликте с Авиновыми. Но как выйти на него? Через кого?

Я вспомнил аукцион. Воевода присутствовал. Наблюдал. Не вмешался, когда я купил землю.

«Он знает обо мне. Знает, что я — противник Саввы. Может быть, уже оценил меня как потенциального союзника».

Я вспомнил офицера, который стоял рядом с Воеводой. Высокий, с усами, в форме. Адъютант.

Если Воевода хочет связаться со мной, он пошлет адъютанта. Не придет сам — слишком заметно. Но пошлет человека.

Я встал, подошел к окну. Смотрел на ночную улицу, пустую, темную.

Значит, остается ждать. Если Воевода действительно хочет иметь своего человека в Академии, он сам выйдет на меня. Если нет…

Я сжал кулаки.

Если нет, придется искать другой путь. Всегда есть другой путь.

Я закрыл глаза, заставляя себя успокоиться. Завтра будет новый день. Завтра придет ответ. Или придется действовать самому.

Два дня прошло с разговора с Анфимом. Два дня поисков. Результат — ноль. Ни одного надежного поручителя. Савва перекрыл все дороги. Вечером третьего дня я сидел за столом, уставленным берестяными свитками. Список поручителей лежал передо мной — исписанный, перечеркнутый, бесполезный. Каждое имя вело в тупик. Каждая связь обрывалась на страхе перед Авиновыми.

Агафья возилась у печи, готовила ужин. Запах каши и копченой рыбы наполнял избу, но я не чувствовал голода. Только тяжесть в груди, которая росла с каждой вычеркнутой строчкой.

Я взял перо, дописал последнее имя. Купец Федор Константинович — первой гильдии, торговал зерном. Потенциальный кандидат. Но рядом с именем поставил вопрос: «Боится Саввы?»

Скорее всего, да. Все боятся.

Я откинулся на стуле, потер глаза. Усталость навалилась,