Обратный отсчет - Токацин

Рядом с разведчиком никого не было. Сармат остановился в нерешительности, но Вепуат шевельнулся, будто почувствовав чужой взгляд, — и Гедимин, отвернувшись, ускорил шаг. «Повопит и уйдёт. В одиночку долго не поритуалишь.»

…Гедимин, вздрогнув, очнулся от дремоты. В бункере было непривычно темно. Сармат посмотрел на монитор — твэлы еле-еле «теплились». Грузик жгутового радиометра отвис до нижней отметки. Гедимин покосился на дозиметр на запястье. «Минус четыре кьюгена. Это здесь-то, у реактора…»

Фонари наверху не погасли — только это и радовало. Там, где вечером стоял «маяк», поднималась непроницаемая чёрная стена. Гедимин посветил на неё и на долю секунды увидел тысячи тонких переплетённых волокон. Их намотало на «маяк», как на стержень, и они копошились, постоянно меняясь местами. Гигантский «моток» пульсировал.

«Оно здесь…» — Гедимин машинально потёр озябшие пальцы, но от холода, проникшего сквозь скафандр, было не избавиться. Чем ближе он подходил к «мотку», тем сильнее мёрзли руки и лицо. Под ногами захрустело. Гедимин опустил взгляд — гравий покрылся инеем.

«Спиной к фонарям — ни кварка не видно,» — сармат потянулся к светильнику у пояса, сдёрнул кожух. Тусклый жёлтый блик еле-еле удалось разглядеть — между ним и глазами Гедимина сгустилась плотная дымка. Сармат быстро обернулся — фонари, недавно такие яркие, стали мелкими жёлтыми пятнами, почти не дающими света. «Это не свет гаснет. Это я влез в кокон,» — щёлкнуло в мозгу. Холод, видимо, просочился в череп — мысли еле-еле ворочались. Каждое движение давалось с трудом. «Влез в кокон. Зачем? А. Благодарность. Он же помог тем Сэта… открыл ворота…» — Гедимин встряхнулся и с трудом разлепил оцепеневшие губы.

— Ук-Хемман? Это ты здесь? — спросил он и едва узнал собственный голос. Ледяные когти скользнули по вискам, на долю секунды упёрлись в лоб, оставив на коже онемевшие пятна.

— Ты выпустил тех Сэта. И город дал отстроить. И работать… почти не мешал. Спасибо, в общем, — пробормотал Гедимин, глядя в темноту. — Если что-то поломается в воротах — зови. Мы много чего чинили. Посмотрим.

Ледяной коготь снова тронул висок, и сармат зажмурился. Перед глазами ярко, как наяву, встали дрожащие скалы, ослепительная вспышка на горизонте, промелькнули чёрные крейсера и оплавленные кратеры. Он вздрогнул всем телом, мотнул головой, — вспышка над скалами сверкнула ярче, превращаясь в грибовидное облако.

— Бомба… — прохрипел Гедимин — горло сдавило. — А ведь не хотел. И тут… опять то же самое…

Вспышка расплывалась, прорастая плазменными нитями, и скалы стремительно менялись, — не то лунные, не то земные, не то равнинные…

— Опять… — сармат стиснул зубы. — Я же не хотел! Нападение… Джагулы… Что им в степи не сиделось⁈

Вспышка угасла. Из темноты проступил чёткий, как по трафарету вырезанный, силуэт — Джагул с посохом погонщика. Мелькнуло лицо, гирлянды «цацек», накидка из перьев, и сармат ухмыльнулся, наконец узнав Урджена.

— Этот ни при чём, — прошептал он, качая головой. — Это — свои. А вон те, набежавшие… Мы же не вредили им. Не трогали их стойбища. Зачем было нападать⁈ Никто же не хотел…

Ледяные пальцы легонько толкнули его в лоб, и сармат ошалело мигнул. Вокруг снова шевелилась неестественно плотная темнота — и Гедимин отчётливо понимал, что пора отойти от неё подальше. Он кивнул и попятился, вываливаясь в привычный ночной сумрак. «Реактор,» — щёлкнуло в оттаивающем мозгу. «Он там один. А тут эта штука. Надо в бункер. Бегом!»

1 день Молнии, месяц Воздуха. Равнина, Сфен Земли, долина Элид, Элидген

Зелёный свет просочился сквозь веки. Гедимин открыл глаза и изумлённо мигнул. Он успел отвыкнуть от такого яркого свечения монитора. «Два милликьюгена,» — сверился он с дозиметром и поспешно поднялся к пульту. «Перебор. Надо прикрутить.» Он покосился на график интенсивности — по его кривой шла мелкая рябь. «А пульсация так и продолжается. Проверить, фонят ли часы. И здесь, и в бараке.»

…Гедимин смотрел в небо, провожая взглядом лучевой пучок. Он упирался в небесные складки, подсвечивая их зеленью — и молнии, сверкающие в разломах, становились ярче. Пока разряды проскакивали между «тучами», но их частота и яркость намекали, что купол над лагерем пора бы уплотнить. За ангаром душевой шумно пыхтел и ворочался гигантский «трилобит». Гедимин слышал, как он рассекает воздух хвостом и расправляет отросшие крылья. Сармат оглянулся на ангар — животное как раз высунулось из-за торца здания, насколько позволила длина тросов. «Раскачивается. Анкера пока держат, но он их расшатает. Где Вепуат, почему не следит за своим зверьём?»

Он шагнул к ангару и услышал протяжный скрип. По другую сторону здания, над куполом, прикрывающим уличный «асбестовый» цех, навис бронированный горб. Гигантский зверь поставил передние лапы на край плато и заглядывал в лагерь. На его загривке столпились Джагулы. Один из них, коротко рявкнув на остальных, выступил вперёд. Он слегка прижимал уши, но не скалился — ему явно было не по себе.

— Урджен? — Гедимин вспомнил вчерашние галлюцинации и криво ухмыльнулся. — Какая дрянь приснилась?

Джагул дёрнул ухом.

— Геджер… У вас вдоволь вашей пищи? Хватит и на нас?

Гедимин изумлённо мигнул.

— Ты о Би-плазме? — он машинально потянулся за флягой. — Ничего не путаешь? Вас же от её запаха чуть не рвало!

Урджен угрюмо оскалился.

— Холодная зелёная вода сказала так. Узнать вкус вашей еды, пока не подул новый ветер. Что ты хочешь взамен?

«Вода… Очередной сон,» — Гедимину стало не по себе. Он покосился на флягу, вынутую из кармана, и пожал плечами.

— Вам этого хватит? Всё равно же есть не будете.

Урджен, надев на посох «горшок» из чьего-то черепа, протянул ёмкость Гедимину. Сармат увидел довольные ухмылки и расправленные уши. Когда Би-плазма вывалилась в череп, каждый, как по команде, закрыл ладонью нос, но ухмыляться не перестал. Пара секунд — и Джагулы вместе с «горшком» Би-плазмы нырнули в ближайший «отсек». Зверь убрал лапы со скалы. На дне ущелья под его весом затрещал гравий. Гедимин растерянно покачал головой, глядя на почти пустую флягу. «Что сегодня с Джагулами? Что там была за вода? Зелёная и при этом холодная…»

За ангаром снова затрещали натянутые тросы — «трилобит» рвался в небо. «Где, всё-таки, Вепуат?» — Гедимин схватился за сигма-сканер. Найти никого не успел — на «юго-востоке» забулькала «гражданская сирена».

Её клёкот заглушил слова недовольного филка, но ответ Гедимин уже расслышал. За полупрозрачной стеной, напротив патрульных, стояли две группы Джагулов. Они держались поодаль друг