За последним порогом 1-13 - Андрей Стоев

— Иван, ты слишком торопливо судишь, — вздохнув, попробовал объяснить я. — Ты смотришь на то, что лежит на поверхности, и не понимаешь, что именно благодаря этому ты вообще можешь стать дворянином.

— Это как? — с изумлением вытаращился на меня он.

— Очень просто. У нас в княжестве поощряется обновление сословий, поэтому любой желающий может в принципе достаточно легко заслужить дворянство. Но при этом обязательно нужен фильтр, иначе дворянство быстро превратится непонятно во что. Это вообще общий закон — чем проще социальный лифт, тем жёстче должен быть фильтр. Лишение дворянства и есть такой фильтр, который отсеивает недостойных, и вообще тех, кто не относится к дворянской чести достаточно серьёзно. Вы будете как бы на испытательном сроке, а вот лишить дворянства ваших детей будет уже гораздо сложнее. А в империи, к примеру, дворянства не лишают, зато получить дворянство у них очень сложно. Даже не знаю, что нужно сделать там крестьянину, чтобы стать дворянином. Наверное, спасти на поле боя императора или хотя бы фюрста.

Семья Сельковых начала озадаченно переглядываться. Нет, я всё-таки не понимаю — как можно всерьёз планировать получить дворянство и при этом не ознакомиться с самыми что ни на есть основными сведениями? Это же никакой не секрет. По большому счёту, достаточно посидеть вечерок в библиотеке, чтобы полностью выяснить, как эта система работает.

— Ну а у вас-то как практика прошла? — спросил я, переводя разговор на другую тему. — Где вы были?

— Проходили практику в княжеской дружине, — ответил Иван.

— О как! — заинтересовался я. — Ну и как впечатление?

— Впечатление двойственное, — признался Иван. — С одной стороны, очень много тренировок. С другой стороны, нам показалось, что как бойцы, они слабоваты. Мы думаем, что, к примеру, ваша дружина любую княжескую тысячу просто в землю втопчет.

— Ну, положим, не любую, — задумчиво сказал я. — У князя есть и элитные войска, только нас с вами туда не пустят. Там проходят практику только лучшие из тех, кто подписал княжеский контракт. И с неэлитными войсками тоже не всё так просто. Хорошая дворянская дружина их, конечно, втопчет в землю, но допустим, десять дворянских дружин против равного количества княжеских ратников, скорее всего, не устоят. Наши офицеры не умеют командовать большими соединениями, и учить их никто не будет. Этому учат только княжеских офицеров. Вообще с княжеской дружиной всё очень и очень непросто. Казалось бы, вот она, вся на виду, но если присмотреться, то оказывается, что про неё мало что известно. Она вроде и большая, но какая-то на удивление незаметная.

— Наверное, так оно и есть, — согласился Иван, немного подумав. — Если разобраться, то мы за два месяца почти ничего там и не увидели. Один раз были большие учения, но всех практикантов прикомандировали в обоз, сказали, что для нашей безопасности.

— Вот-вот, я это и имею в виду. Ну ладно, надо бы расписание узнать, скоро уже звонок будет.

— Я взяла расписание, — сказала Дара. — И на вас тоже взяла. Первой парой сегодня лекция Ясеневой в малой лекционной.

— Магда так Магда, — вздохнул я. — Пойдём, стало быть.

* * *

Магда Ясенева как всегда стремительно вошла в аудиторию и проследовала к кафедре. Студенты поспешно вскочили. Магда пристально обвела взглядом аудиторию, и студенты замерли, как кролики перед удавом.

— Можете сесть, — величественно махнула рукой Магда.

Студенты уселись, немедленно приготовившись записывать важные научные истины, которыми Ясенева сочтёт нужным с нами поделиться. Я не уставал поражаться её способности добиться на своих занятиях абсолютной дисциплины, и честно сказать, совершенно не понимал, как она это делает. У того же Менски дисциплина на занятиях хромала, хотя Генрих мог элементарно настучать наглому студиозусу по физиономии, и частенько это проделывал. Ясенева же добилась своего результата безо всякого мордобоя, причём даже не повышая голоса. Магия, не иначе.

— Третий курс — это знаковый курс, медиана Академиума, — веско начала Магда, переводя взгляд с одного лица на другое. Под её внимательным взором студенты забывали дышать. — И от того, как вы будете учиться на третьем курсе, зависит кем вы станете — Владеющим, повелевающим Силой, или жалким фокусником, заучившим несколько трюков.

Слишком много пафоса. По-моему, она преувеличивает, причём неумеренно. Я, видимо, уже успел растерять студенческие навыки, и не смог удержать на лице выражение сосредоточенного внимания.

— Не надо этого скептического лица, Арди, — глаза Магды упёрлись в меня, как дула двустволки. — Ваши успехи пока что трудно назвать приемлемыми. В частности, хочу напомнить вам, что ваша успеваемость по моим предметам в прошлом году была далека от удовлетворительной.

А я в ответ с удовольствием бы тебе напомнил, что как раз в прошлом году ты была вынуждена поставить мне на экзамене оценку «превосходно», несмотря на все свои старания её снизить. Но такое заявление только привело бы к ненужному конфликту, и я с сожалением оставил эту заманчивую мысль.

— Я приложу все усилия, мáгистер, — пообещал я.

Магда некоторое время сверлила меня глазами, и я отвечал ей чистым взглядом студента-ботаника, который с нетерпением ожидает начала лекции, чтобы узнать что-нибудь новенькое. Наконец, она отвела глаза. Взгляд её скользнул по Ленке и двинулся дальше. По какой-то непонятной причине Ленку она никогда не задевала, зато мне приходилось отдуваться за двоих.

— Первые два курса мы с вами изучали геометрические искажения, — продолжила свою речь Ясенева. — За эти два года вы должны были приобрести достаточное понимание основ трансформации, чтобы, наконец, приступить к главному предмету для любого Владеющего, а именно, к теории конструктов. Ею мы с вами в этом году и займёмся. Вы узнаете, как строятся конструкты, и как можно геометрически исказить конструкт, чтобы придать ему новые свойства. Разумеется, мы не будем вникать в это слишком глубоко — этим занимаются на теоретическом факультете, а вы всё-таки боевики. Однако даже боевик должен, к примеру, уметь из обычного конструкта дождевого зонтика сделать сепарирующий барьер для подводного дыхания. Или вот вам другой пример — фильтр, который из загрязнённой воды получает чистую питьевую воду, можно достаточно легко исказить так, чтобы он выполнял перегонку спирта. Всё это вы научитесь делать — не сразу, конечно.

При упоминании перегонки спирта по аудитории прокатились смешки, но Ясенева нахмурилась, и снова наступила мёртвая тишина.

— Кто-нибудь хочет задать вопрос, прежде чем мы перейдём к изучению конкретного материала?

Я поднял руку и Ясенева страдальчески закатила глаза.

— Я могла бы и не спрашивать, а сразу дать вам слово, Арди, — недовольно сказала она. — Задавайте свой вопрос.

— Скажите, мáгистер, — начал я, — а откуда