Обратный отсчет - Токацин

Со всех сторон шуршал гравий, хрустела и влажно чавкала разделываемая фауна, стучали предметы, бросаемые на землю, булькало варево в котлах, трещали угли. Вдоль обрыва протянулись навесы коптилен. В пасть сааг-туулу уже сбрасывали свежие очистки — кости и потроха. Джагулы из племени Хеллуг по очереди подбегали к нему, чем-нибудь подкармливали, хлопали по панцирю и неслись обратно — к горе неразделанной фауны и неразвешенных шкурок. Ещё выше была гора, над которой сидели угрюмые грязные филки. Они с завистью косились на сторожевые посты на крышах — только там ещё и остался кто-то чистый. Гедимин успел, пока отодвигал крышку шахты, обернуться на лагеря Джелегов и Улгехов, поставленные чуть поодаль. Там работа на время притихла. Некоторые Джагулы уже покинули лагерь и перебрались ближе к Айзеку, Гварзе и Вепуату. Те, встав на свободном пятачке, вполголоса что-то обсуждали. Гедимин хотел пойти за подъёмником, но Айзек повернулся к нему и нетерпеливо махнул рукой — «подойди!»

— Что с грузом? — спросил он, едва Гедимин приблизился. Сармат досадливо сощурился — «а сам не видишь?».

— Минус две трети, — буркнул он. — Хорошо, весь тхелен был на нашем транспорте. Довезли. Надо бы выгрузить. Мне нужна пара филков и кто-нибудь из Старших. А на поиски отправьте дроны…

Он осёкся, не договорив, и помянул про себя спаривание «макак». «Какие дроны⁈ За первым же разломом сигнал пропадёт, и аппарат вместе с ним.»

Айзек качнул головой.

— Увы, невозможно… Значит, ураган… Могут погонщики Джелегов и Улгехов сами найти дорогу?

Вепуат невесело ухмыльнулся.

— Как нападать на Элидген, они всё нашли. И теперь не заблудятся.

Гедимин покосился на Джагулов. Те встали поодаль друг от друга и от сарматов, но смотрели только в их сторону, навострив уши. На последних словах Вепуата они быстро переглянулись.

— Негде тут заблудиться, — добавил Вепуат уже менее уверенно. — Если только они все живы.

Джагул из племени Джелег вскинулся и рявкнул.

— Ветер не убьёт зверя, — мрачно сказал он. — Но дорогу запутать может.

С загривка сааг-туула донёсся звон подвесок, а за ним — короткий вой.

— Джелег! — Урджен поднялся во весь рост, сжимая в кулаке звенящие перья. — Отправь летучих зверей! От жилых холмов вдоль реки, круг за кругом, — ветер поможет в поисках!

При первых его словах Джагулы оскалились, но, когда он закончил, их гривы улеглись, а уши встали торчком. Айзек одобрительно закивал.

— Урджен говорит дело. Сааг-туул — большое животное, сверху его не проглядишь. Тем более — эшку-тэй должны помнить своих зверей.

Урджен снова издал короткий вой.

— Если эшку-тэй этих племён смогут взлететь! — он махнул рукой в сторону лагеря. Гедимин повернулся в том же направлении. «Трилобитов» он разглядел не сразу — они, раздутые, как дирижабли, свисали с костяных стоек, и только на это им сил и хватало. Такая «подставка» для эшку-тэй стояла у каждого джагульского лагеря, а возле стойбища Хеллугов — даже две. У одного из «трилобитов» определённо не хватало пары крыльев, но разглядеть, у кого именно, Гедимин не мог — все выросты были втянуты. «М-да, неплохо их тут кормили,» — подумал он, глядя на раздутые, практически круглые тела. Прямо под перекладиной стояло ведро, полное слизи, потрохов и щупалец; «трилобиты» на него даже не смотрели.

— Пусть Хеллуги тоже вышлют разведчиков, — сказал Айзек, даже не ухмыльнувшись. — Пусть прочешут всю округу Нхейли. Зверей надо найти.

— Кто бы спорил, — отозвался Урджен, поднимая связку перьев к небу. — Джархин! Есть у тебя лётные звери?

…«Трилобиты» всё-таки взлетели. Гедимин возился с подъёмником, но иногда оглядывался на обрыв — и видел, как Джагулы-«операторы дронов» отпускают шлейки, и существа одно за другим повисают в воздухе, шевелят хоботками и уходят за холмы. Кто-то сходу набрал высоту, кто-то летел вдоль самой земли, но всех рано или поздно утягивало в одном направлении. «Разлом, через который мы отсюда выезжали,» — вспомнил Гедимин. «Он именно там. Они что-то учуяли? Столько времени прошло, да ещё металлический дождь, — какой запах мог сохраниться?»

— Уран и торий! — Эгнаций, подойдя к шахте, приветливо ухмыльнулся. Идущий за ним филк посмотрел на Гедимина исподлобья и что-то буркнул себе под нос. Эгнаций покосился на него и ухмыльнулся ещё шире.

— Что не по нутру? Ну, иди на чистку. План-то у тебя небось выполнен?

Филк быстро оглянулся на стоянку «чистильщиков» и спрятался за спиной Эгнация. Среди вёдер с очистками, над горкой сплющенных сероватых кругляшей, стоял кто-то из лаборантов «химцеха» и пересчитывал тушки.

— Тридцать две! — крикнул он, выпрямляясь. — Это всё на сегодня? Это так мы выполняем план⁈

— Вчера было восемьдесят, — отозвался кто-то из филков. У него были вымазаны только руки, а из-за плеча торчал пучок дротиков. «А оружие надо бы почистить,» — мелькнуло в голове Гедимина.

— Ты про вчера не вспоминай, — фыркнул лаборант. — Завтра, может, десятка не наберёшь!

— Ещё не вечер, — буркнул кто-то из чистильщиков, выдавливая в ведро слизь пополам с щупальцами. Ещё одна плоская серая тушка полетела в общую кучу.

— Тридцать три, — посчитал и её лаборант. За холмом громыхнуло. Филки, как по команде, поморщились и оглянулись на маленькую горку добычи. Серых «медуз» там больше не было, — осталась какая-то червеобразная мелочь.

— Осторожней вскрывайте панцирь! — прикрикнул лаборант, приглядываясь к горке. — Видел, как вы их камнями лупите!

— Сам бы их почистил! — огрызнулись филки. Тот, кто прятался за Эгнацием, снова поёжился и оглянулся на подъёмник.

— Мы работаем? Или так и будем стоять?

Гедимин подёргал трос и кивнул на крюк, повисший над краем шахты.

— Становись за рычаги. Эгнаций, мы спустимся вдвоём. Нижний пост — твой. Принимаешь груз и оттаскиваешь от шахты. Два-три центнера, ничего тяжелее там нет.

Эгнаций ухмыльнулся.

— Ну, это чепуха. Только покажи, куда тащить. Я внизу не был.

…Едва сармат спустился под первое перекрытие, наступила тишина. Звуковые волны разбивались о каменные барьеры и гасли. Гедимин дотронулся до стены, ощупал пазы и довольно хмыкнул. «Цистерна будет тут. Тут же мы её и сварим. Если найдём, из чего. Наши цистерны пока что ездят по Равнине.»

— Э-эй! — донеслось с лестничного пролёта — Эгнаций спустился за поворот и