Стражевый компас - Ксения Журавская

— Невеста? — восторженно перешёл на полушёпот Крон.

— Пока не собираюсь.

В глазах Ланетти промелькнула досада. Когда‑то он шил костюм мне — на мою свадьбу.

— Тогда сделаем так, чтобы стала невестой, — с хитрецой подмигнул он, доставая метр из нагрудного кармана рубашки. — Сейчас подберём что‑нибудь из готового. Живот, надеюсь, не отъел за это время?

В пять на связник позвонила Кларисса и сообщила, что Ива готова — от волоска до острого каблука туфель. А ей уже пора, дожидаться не будет.

Вернувшись домой, меня встретила гнетущая тишина… Неужели Ива могла уйти с Клариссой? Но зачем? Нет, Исса на такое не решилась бы никогда. Или Ивана сбежала с проводником? Бездна! Совсем потерял хватку, раскис, как сопляк. Как мог выпустить ворона из вида, посчитав безопасным?

От нахлынувшей обречённости и злости на самого себя замахнулся букетом, который с такой тщательностью выбирал на Гранатовой, чтобы запустить в стену. Не успел.

Скрип половицы заставил обернуться.

Она стояла на лестничной галерее. Это была всё та же Ива — ничего не изменилось. Только раньше она была словно в дымке, и весь её облик был сглажен, а цвета приглушены. А теперь передо мной в пол‑оборота стояла эйри с лисьими глазами ярко‑зелёного оттенка. Еле заметный мазок румян подчёркивал и без того высокие скулы, а коралловый блеск на губах заставил дыхание сбиться.

Платье благородно‑малахитового оттенка мягкими волнами касалось пола; невесомое кружево в тон прикрывало крыльями тонкие плечи. Золотистые локоны с лица убраны назад, в затейливый узел; основной каскад завитками спадал до самой талии. Подвеска на шее и капли серёг в ушах дополняли друг друга переливами изумрудов.

Кларисса просто мастер доводить до совершенства то, что и так, как оказалось, совершенно. Передо мной стояла истинная Верховная нимфа из древних легенд — во всём торжестве своей красоты, перед которой мужчины склоняли головы и падали ниц на колени.

Я… пропал. Окончательно. Как ни пытался разуверить себя в обратном — бессмысленно.

Лёгкой поступью, не спеша, она спустилась ко мне. Когда осталось преодолеть пару ступеней, я протянул ей руку. Смутилась и неуверенно вложила свою ладонь в мою. Она не решилась посмотреть мне в глаза и перевела взгляд на букет из нежно‑голубых цветов, который несколько мгновений назад хотел швырнуть о стену.

— С днём рождения, Ивана! — и девятнадцать фиалок оказались в руках девчонки‑нимфы.

Она улыбнулась — и ямочки на её щеках сделали меня неожиданно счастливым.

— Благодарю, Элай, — растерянно и сдержанно произнесла она. — Это первые цветы в моей жизни. — Ива трогательно прижала маленький букетик к себе.

Огляделся по сторонам. Неужели Исса забыла про верхнюю одежду? Ива, словно читая мои мысли, указала на вешалку за моей спиной, на которой красовалось коричневое пальто‑кейп из тонкой шерсти мериноса.

— Поторопимся, а то в ресторации «Династия» места разлетаются, как голуби на центральном почтамте. Хотя птицы из обихода вышли лет так двести назад.

— «Династия»! Та самая?!

— Да, та самая «Династия», о которой писал «Императорский вестник». Там собирались все сливки великосветского общества; заключались амбициозные сделки; происходили умопомрачительные помолвки, а иногда случались и громкие скандалы.

— Мне… страшно, — спрятала она лицо за букетом, как за ширмой.

Усмехнулся от юной робости:

— Это не то, чего стоит бояться, — накинул кейп на хрупкие плечи девушки, уложил её руку на своё предплечье и тихо произнёс: — Пора.

До ресторации добрались за четверть часа. Ива с заворожёнными глазами и восхищением во взгляде рассматривала улицы из окна моторона.

Метрдотель забрал мой плащ, её пальто. И мы шагнули в самый роскошный зал ресторации «Династия». От неуверенности и волнения Ив покачнулась на тонких каблуках — я вовремя подставил руку. Она ухватилась за неё, как за последний шанс на спасение, крепко впиваясь тонкими пальцами в моё плечо.

Здесь никогда не бывает пусто. Женщины, словно сошедшие с афиш, театральных представлений и журналов мод, красовались друг перед другом дорогими платьями и украшениями. Мужчины в идеально сидящих костюмах покуривали ароматные сигары и с ленивым высокомерным прищуром поглядывали по сторонам.

На нас обернулись. Мы, как парочка суперзвёзд, удостоились любопытных взглядов в нашу сторону и недоумённого шёпота: «Кто это?» Меня не узнали. Хвала Небесному.

Наши места оказались возле арочного окна, сквозь которое огни вечернего Димерстоуна настойчиво манили.

Официант зажёг свечи и услужливо предложил меню Ив, затем мне. Она водила ноготком по незнакомым названиям блюд и молча шевелила губами, в надежде повторить.

— Ив, что ты любишь? — решил вмешаться и спасти явно попавшую в неловкую ситуацию девушку.

— Печёную картошку с мясом, которую нам давали по праздникам. Очень вкусно.

— А в остальные дни? — её неизбалованность ввела меня в ступор.

— Обычно… разные каши с биточками и наваристые супы. А ещё…

— Определились с выбором? — вмешался в наш разговор выскочивший из ниоткуда официант.

Ива заволновалась, и в её взгляде читалась просьба о помощи.

— Да, — ответил за нас двоих, — утиная ножка конфи в соусе деми‑глас со взбитым из молодого пастернака пюре. Подать на две персоны. И… — взглянул на Ив, — как ты относишься к вину?

Она неуверенно пожала плечами, тем самым давая мне свободу выбора.

— Два бокала красного полусладкого. Пока всё. С десертами определимся позже, — захлопнул меню, словно книгу, и положил на край стола.

Официант испарился незаметно — так же, как и появился.

— Пила спиртное? — не знаю почему, но этот вопрос выскочил сам собой, и я мысленно ударил себя по голове.

— Да, — её щёки залились стыдливым румянцем, — пила зерновую на выпускном. Это был единственный раз.

— Ого, не лучшее начало для девушки, — усмехнулся, представляя, как это хрупкое создание пьёт один из самых крепких напитков.

— Я тоже так решила на следующее утро.

— В отличие от зерновой, вино тебе понравится. Приятный напиток, — она молчаливо кивнула и перевела взгляд на огромную хрустальную люстру, висящую в центре зала.

Этого хватило, чтобы достать коробочку из внутреннего кармана, перевязанную подарочной лентой.

— Ив, с днём рождения! Сегодня вселенная слышит тебя, — она с удивлением рассматривала меня и ошарашенно перевела взгляд на коробочку, — поэтому всем сердцем загадай самое невероятное желание, и оно обязательно сбудется, — взял её ладонь и вложил подарок. — Поздравляю. Ну, открывай! — рассмеялся, видя смятение на прекрасном лице.

Она неторопливо потянула за ленточки, не веря в происходящее. В тонких руках появился мой подарок — гребень из белого золота, усыпанный мелкими изумрудами редкого светло‑зелёного оттенка, так напоминающий её глаза.

— Небесный… это невероятно красиво и… дорого. Я не могу…

— Тс‑с, не надо лишних слов, — не дал договорить ей. Взял из дрожащих