Блогеры - Павел Вячеславович Давыденко

Это был он – тролль.

Линия Вити 5

Витя сперва даже оторопел.

Блондинка набросилась на старика с рычанием, будто дикий зверек, сорвавшийся с цепи. Ее кулачки мелькали, впечатываясь в морщинистое лицо, плечи, грудь. Старик вяло отбивался, бормоча что-то бессвязное, но не мог оттолкнуть ее. Она оседлала его, прижав коленями, наклонилась к лицу, будто намереваясь жарко поцеловать.

Но вместо этого раздался хлюпающий звук.

Старик заорал, потому что она вцепилась зубами в его щеку.

Залаяли собаки. Громко, тревожно. Псы не понимали, что происходит, но чувствовали, что творится что-то не то. Рита заорала:

– Да что ты стоишь, как идиот?! Помоги ему!

Витя замешкался, судорожно пытаясь справиться со связкой ключей. Трясущиеся пальцы никак не могли попасть в скважину. Сердце колотилось, воздух с каждой секундой становился тяжелее. Наконец замок поддался. Витя выдернул ключ, сунул его в карман, и тот оттянул пояс шорт книзу.

– Отойди от него! – крикнул он, хотя и сам не был уверен, что это поможет.

Старик продолжал отбиваться, корчась под ней. Девка выплюнула кусок оторванной кожи, и он со шлепком упал в пыль. Брызги крови усеяли ее подбородок, она смотрела на старика, облизывая губы, как будто пробовала что-то новое и не могла понять, нравится ей это или нет.

Тот дернулся и всадил ей кулак в лицо. Глухой удар, кровь из носа потекла, но это, похоже, только раззадорило ее. Она дернула головой, фыркнула, вытерла кровь тыльной стороной ладони. И вдруг широко улыбнулась.

Витя вытащил травмат, прицелился. Нажал спуск.

Ничего.

Курок даже не шелохнулся.

Не снят предохранитель? Или эта хрень вообще не работает? Старик мог носить ее с собой просто для вида, пугая местных алкашей.

В этот момент немая резко взвизгнула, отпрыгнула от старика и покатилась по полу, держась за поясницу. Ее вой был таким жутким, что у Вити по спине пробежали мурашки. Она скрючилась, прерывисто дыша; лицо исказилось в гримасе боли.

Старик меж тем кашлял. Из его горла с хлюпающим звуком выплескивалась кровь. Толчками. Пятнами пропитывала комбинезон, стекая на землю. Он пытался что-то сказать, но только раскрывал рот, воздух свистел в разорванном горле. Он тянул руку то к Вите, то к своей шее.

«Нужно наложить жгут», – тупо подумал Витя.

Только вот… как накладывать жгут на шею? Так вообще делают? И сможет ли человек дышать после этого?

Немая зашевелилась. Медленно. Сначала поднялась на четвереньки, спина ее прогнулась. Затем, будто чувствуя каждую мышцу, потянулась вверх – и встала.

– Слушай… понимаю, у тебя выдался тяжелый день… давай не…

Она рванула вперед, и в этот момент в Вите проснулся герой из вестерна. Он не думал, просто поднял руку и дважды нажал на спуск.

Раз. Два.

Первый выстрел попал в живот. Девушка захрипела, согнулась пополам, хватаясь за место попадания. Вторая пуля угодила в район ключицы.

Немая вскрикнула и упала на спину, извиваясь на земле. Витя продолжал направлять на нее ствол, дыша тяжело.

Блондинка не кричала, но стонала, подвывала, сучила ногами, словно пыталась стряхнуть боль. Он видел, как на ее животе тут же расплылся огромный синяк. Пуля не пробила кожу, но наверняка отбила ей все внутри.

Собаки лаяли, ветер шевелил траву. Время, казалось, остановилось.

И тут она снова открыла глаза.

Витя лихорадочно соображал, что предпринять дальше.

Кровь хлестала из раны старика, собаки продолжали бесноваться, замки на клетках еще недавно были открыты, а эта психопатка валялась в пыли. Нужно было действовать быстро. Витя прикусил губу. Самое логичное – позвонить в скорую, но сперва нужно обезопасить старика. Вытащить его из клетки, а эту дуру запереть.

Он на мгновение представил Риту на месте хлыща. Ему вдруг стало не по себе. Он ведь хотел запереть немую вместе с бывшей. Какого хрена он тогда думал?

Собаки не унимались, натягивали цепи, подвывая и рыская у клеток. Витя шагнул к скулящей немой. Девушка корчилась на земле, дышала прерывисто, но все еще двигалась. Нельзя было рисковать.

Он перехватил пистолет за ствол и со всей силы вмазал ей рукояткой в висок.

Хрустнула кожа, брызнули слезы. Девушка закатила глаза, дернулась и обмякла. Собаки заскулили.

Теперь старик.

Тот едва дышал, лицо его покрылось бледной испариной, кровь продолжала течь из горла, пузырилась на губах, стекала по подбородку. Грудь поднималась неровно, болезненными рывками. Витя скользнул взглядом по его лицу – и вздрогнул.

Укус выглядел жутко. Следы зубов немой отпечатались как клеймо. Окровавленная кожа потемнела, на месте раны ткань выглядела рваной, словно ее пытались оторвать.

Витя перевел взгляд на другой вольер и вдруг понял, что его так смущало.

Тишина.

Ни одного звука от Риты. Ни одного едкого комментария. Ни единого движения.

Его бросило в пот.

Неужели эта чертовка решила притвориться мертвой? Или…

Он резко мотнул головой. Сейчас не до этого. Сперва старик.

Он подхватил его за ноги и потащил наружу. Пот с Вити стекал ручьями, но не от натуги – от нервов, от напряжения. Он чувствовал, как в груди стучит сердце, как липкие струйки сбегают по позвоночнику.

Что, если эта психопатка сейчас очнется?

Он все еще ощущал странное чувство, словно что-то в этом всем не сходилось. Как будто последние десять минут происходило что-то неправильное. Что-то выбивающееся из модели реальности. Он привык мыслить структурно, алгоритмизированно – специфика профессии. Даже знал, что иногда ему не хватает гибкости в мышлении. Но сейчас…

Что-то явно было не так.

Он тряхнул головой, прогоняя странные мысли.

Первым делом он запер вольер. Проверил замок. Щелкнул. Все круто.

Ключи обратно в карман. Потом сорвал с себя футболку, разорвал ее одним движением. Из ткани он сделал что-то вроде жгута на шее старика, пытаясь хоть как-то замедлить кровь.

Но в глубине души он знал – это вряд ли поможет. Нужно еще раз попробовать вызвать медиков…

Он сел в растерянности на задницу и вдруг вспомнил, что его смущало: тишина. То, что он давно не слышал от Риты ни единого звука. Это было прямо как баг в коде… или даже как элемент, появившийся сам собой в структуре нейросети.

Теперь он понял, почему Рита молчала. Потому что ее не было внутри клетки. Он сперва решил, что Рита прячется у дальней стенки вольера, осторожно приблизился к створке двери, заглянул сквозь прутья.

Ничего. Он поглядел под ноги и понял: тот самый подкоп! Рита выбралась из вольера, протиснувшись в этот импровизированный лаз. Он ведь собирался починить