Лунар. Книга 2 - Влада Ольховская

То ли она нервничала слишком заметно, то ли Сатурио просто был догадлив. В любом случае, Мира услышала в наушниках его голос:

– Я ведь сказал, что обеспечение безопасности – не твоя работа.

Переведя на него взгляд, Мира обнаружила, что он ближе, чем раньше, и уже держит в руке нож.

– Ты не успеешь, – только и сказала она.

– Посмотрим.

Посмотреть им не довелось: эта часть корабля оказалась необитаемой. Прежде, чем приступить к работе, Мира направила на детали яркий свет, присмотрелась, чтобы не упустить даже полупрозрачную тварь. Но нет, ничего не было, кроме мутной воды, тут даже растения не обосновались – изоляция сохранялась до последнего.

От привычных действий стало легче. Сначала Мира еще оглядывалась по сторонам, потом поняла, что это глупо. Ну вот что она сделает, если прямо на них монстр кинется? Оборонительно запищит? Нравится ей это или нет, от нее сейчас ничего не зависит.

Как ни странно, принятие собственной слабости помогло. Мира не отвлекалась на осмотр территории, и работа пошла быстрее. Детали она передавала роботам, которые тут же отправлялись с ними на поверхность. Мира пока не могла сказать, будут ли они работать, но в нынешнем положении лучше было взять больше, а не меньше.

Она почти закончила, когда слева от нее, на периферии зрения, мелькнул свет. Это должно было напугать – но не напугало и не удивило. Даже признавая собственную беспомощность, Мира все равно не расслаблялась, она допускала, что все в любой момент полетит непонятно куда… Хотя так ли непонятно, куда оно обычно летит!

Она знала, что́ в этой тьме сияет золотом. Может, и не стоило отвлекаться, но она не смогла, она повернулась на свет. Это было оно, то самое существо… И на этот раз оно приплыло не одно.

Мира, как и многие в экспедиции, называла этих существ китами. Она знала, что официальным это название не станет, но другого пока не было: в научном отделе все еще шли бои за право наречь своим именем каждый из новых видов. Мира в такое не лезла, она не видела смысла придумывать новое слово, если есть более-менее подходящее.

Она понимала, что киты наверняка хищники, что они не менее опасны, чем гигантский слизень, который убил механика. И все же поверить в это не получалось, особенность человеческого восприятия: более мерзкое считывается разумом и как более страшное. А киты мерзкими не были, ну и они никогда еще не нападали, из-за этого складывалось впечатление, что они на самом деле разумны, просто по-своему.

Теперь же к скалам явились сразу три особи, одна крупная, две чуть меньше, но все три огромные по сравнению с человеком. И все сияют… Теперь они заслоняли собой черноту океана, и казалось, что звезды снова близко, это не живые существа, а портал в другой мир. Они неспешно кружились в воде, и это лишь усиливало сияние, завораживало даже. Мире казалось, что сейчас, на грани катастрофы, в период, когда один кризис сменяется другим, ее ничто не могло отвлечь…

А получилось вот как. Она сама застыла в водном пространстве, не чувствовала под ногами земли, и это лишь усиливало ощущение, что она летит через бесконечное сияние – и все обязательно будет хорошо, потому что ничего плохого в мире не осталось.

Иллюзия рухнула, лишь когда Миру резким рывком оттащили назад. Опомнившись, она обнаружила, что Сатурио перехватил ее за талию и до сих пор удерживает, прижимая себе, оба они теперь прикрыты тем, что осталось от крыла. Разглядеть лицо кочевника через шлем у нее толком не получалось, не с такого ракурса, однако Мира чувствовала, как он напряжен.

– Ты чего? – удивилась она. – Они же ничего нам не делают! Они нас даже не видят!

– Видят, – спокойно возразил Сатурио. – Один из них посмотрел прямо на меня.

– Ну и что? Они же не собирались нападать!

– Во-первых, не факт. Во-вторых, прямо сейчас дело не в них. Похоже, вот-вот станет… сложно.

Сатурио, в отличие от своей спутницы, не был заворожен переливами золотых огней. Он не забывал следить за окружающим пространством, и от него не укрылся темный силуэт, приближавшийся с глубины.

Сначала Мира решила, что это нечто новое. Чему удивляться, если они знали о природе луны совсем мало? Но когда существо поднялось повыше, стало понятно, что это тоже кит, просто значительно крупнее первых трех.

Этот не сиял. Мира не знала, почему, ведь других отличий не было, и даже в его глазах сохранился золотистый отблеск. Но только в глазах, его шкура казалась серой, тусклой, куда более бугристой, чем у остальных. Он то ли был стар, то ли не раз ранен и покрылся шрамами… Что бы с ним ни случилось, это его определенно не ослабило.

Он напал на своих. Один на троих, однако это его явно не смущало. Он вырвался из черноты, как демон, распахнул пасть – и Мира впервые разглядела, что эти существа обладают пусть и не острыми, но клыками. А в следующую секунду челюсти сомкнулись на золотистом ките, и вода стала мутной от бурой крови.

Пораженный кит тут же забился, и нападавший не стал его удерживать. Он сам отстранился, но вырвав при этом внушительный кусок плоти из бока своей жертвы. Раненый кит двигался резко, странно, и Мира подозревала: он уже не спасется.

Возможно, нападавший тоже знал об этом. Он потерял интерес к первой жертве и тут же бросился на вторую. На сей раз атака была более сокрушительной, ему удалось захватить голову меньшего из китов, добраться до глаза… Мира зажмурилась, не в силах смотреть на то, что сейчас произойдет, она уже сама прижалась к Сатурио, вцепилась обеими руками в его руку – не чтобы вырваться, а в немой просьбе не отпускать ее.

Она заставила себя думать, что он может хоть на что-то повлиять, защитить ее, если придется… От этого становилось легче.

Мира чувствовала, как усилилось течение, знала, что это верный знак битвы. Но смотреть она все равно не хотела, не могла просто. Ей показалось, что они здесь застряли не на минуты и не на часы, а на годы, и наверху их никто не ждет – потому что они уже не вернутся…

Все завершилось, лишь когда она услышала голос Сатурио:

– Думаю, это конец.

Фраза была по меньшей мере двусмысленная, однако спокойствие в голосе кочевника сейчас стало настоящим