Лунар. Книга 2 - Влада Ольховская

Каюсь, когда мы первый раз пытались взлететь и случайно что-то взорвали, я не разглядел, что именно полыхнуло. Но Бернарди разглядел, я потом все перепроверил, и он оказался прав. Именно поэтому я четко знал, какое растение нам сейчас нужно.

Поискать пришлось чуть дольше, чем я надеялся, оно тут было не самым распространенным. И все же мы с Тодорусом в итоге нашли то, что нужно – оказавшееся очень крупной, не меньше метра в диаметре, гибкой лианой. Это, кстати, хорошо, что гибкой: проще перемещать.

– Постарайся не повредить ее до нужной точки, – сказал я. – Наша задача – сделать так, чтобы большая часть сока пролилась в озеро.

– Это может навредить людям.

– Превращение в однородную массу после удара щупальцем им тоже вредит. Это наша последняя защита перед отступлением, пожар позволит военным перебраться в челнок.

– Принято.

Говорю же, он обучаем, когда перестает этому сопротивляться.

На поверхности луны кочевники обладали куда меньшей силой, чем на станции. Полагаю, по этому показателю мы были сейчас на равных, пришлось повозиться чуть дольше, чем я надеялся, и все же мы доставили стебель куда нужно.

В нашем активно разрушаемом лагере по-прежнему было шумно и крайне небезопасно. Как я и предсказывал, пролом увеличился, и катастрофой это пока не стало, но позволило местной фауне высунуть морды из воды и активно щелкать челюстями. Судя по крови на челюстях, кто-то уже не выжил… Скверно.

Но были и хорошие новости: едва я добрался до озера, как в наушнике зазвучал голос Миры:

– Все готово, можем взлетать!

– Дождитесь прикрытия – и все на борт, – велел я.

– Какого еще прикрытия? – раздраженно спросил Сатурио.

– О, ты поймешь.

На споры не было времени, к нам не только прорывались уродцы из пролома, атаки на поверхность принесли плоды, вокруг нас появлялись все новые трещины. Любая из них могла стать последней, поглощающей единственный пригодный для полетов челнок, так что лучше было не тянуть.

Мы с Тодорусом разделили стебель, использовали роботов, чтобы направлять поток густого, как ракетное топливо старого образца, сока. Тоже исследовать бы эту штуку… Но придется забыть, как и обо всем, что осталось в шатрах научного отдела. Тут бы жизни сохранить!

Мне пришлось отдалиться, иначе никак – челноку требовалось время и пространство для взлета. Хищники продолжали пробиваться к нам, у самых моих ног уже извивались какие-то отростки, так что я не мог себе позволить согласование атаки с остальными. Я зажег сигнальный факел, и пламя с него мгновенно перекинулось на подготовленное топливо.

Пожар получился ровно настолько паскудный, насколько я и ожидал. Тут не только в соке дело, питательная среда этой планеты тоже хорошо горит – верхняя ее часть, которая не соприкасается напрямую с океаном. Жар мгновенно набрал силу, стал едва терпимым – из тех, которые застилают глаза слезами и прожигают легкие с каждым вздохом.

Если бы тут еще и основа для токсичного дыма была, моя кончина стала бы быстрой и бесславной. Однако меня пока что спасало то, что жар получался… чистым, насколько это вообще возможно. Меня ничто не отравляло, и, хотя приходилось мне паршиво, я мог двигаться.

Я помнил, где челнок, знал, что до взлета осталось совсем немного. Это не вопрос того, готовы они меня ждать или нет, к ним пламя подбирается! Либо они улетят через минуту, со мной или без меня, либо не улетят вообще. Я прекрасно знаю, какой выбор они сделают, я бы на их месте поступил точно так же.

Это не означало, что я был близок к отчаянию, какое там! Быстрый старт был частью моего плана, я ни на миг не упускал челнок из поля зрения. Я рискнул не потому, что внезапно стал хорошим, а потому, что кто-то должен был рискнуть. Если погибнут все, включая меня, в чем моя выгода? Иногда отсидеться в стороне просто нельзя.

Но я знал, что все равно успею. Расстояние не так уж велико, бегаю я быстро, и даже с поправкой на то, что жар и недостаток кислорода подтачивают мои силы, все должно получиться. Минута? Это много, мне порой и меньше десяти секунд оставалось на спасение своей жизни!

Я не медлил, не позволял страху меня задержать. Думаю, со стороны я выглядел так, будто полыхающий мир меня вообще не волнует… Хотя вряд ли кто-то мог меня разглядеть сквозь огонь. Я не сделал ни одного лишнего движения и не потерял скорость.

Но я не успел.

Это даже не было ошибкой, просто невозможно предугадать каждую мелочь, а то, что со мной случилось, и мелочью-то не было. То место, по которому я двигался к челноку, атаковали снизу. Очередной удар, очередной толчок, на этот раз такой сильный, что на его месте сформировался бугор, истекающий соленой водой.

Ну и всё. И достаточно. Я оказался на склоне этого холма, гравитацию не победил, и меня отшвырнуло назад на несколько метров. Я не пострадал, я подскочил на ноги за секунду… Но этой секунды у меня как раз и не было. Сквозь ослепительную стену пламени я разглядел, что челнок уже начал взлет, а я был слишком далеко, чтобы добраться до него.

Это должно было меня шокировать, напугать, заставить кричать, бегать, метаться и размахивать руками… Не знаю, что люди делают в отчаянии, чтобы заслониться от ухмылки склонившейся над ними смерти.

Я никакого отчаяния не чувствовал, обреченности – тоже, разве что принятие, своим спокойствием удивившее даже меня.

Значит, вот так все заканчивается?

Неплохой финал вполне интересной жизни. Меня устраивает. Моя могила – целая луна. Я погибну в огне, горящем на воде. Если мои счастливые спутники окажутся достаточно совестливыми и когда-нибудь покинут Сектор Фобос, моя красивая гибель может стать достоянием истории. Недурно.

Я предпочитал думать об этом, а не о том, что ждет меня в ближайшие минуты – и во что мое тело превратится потом. Я замер в окружении подступающего со всех сторон пламени и просто смотрел в небо. Я ждал…

И дождался – того, что в лицо мне ударил раскаленный ветер, причем как раз когда я сделал вдох, и кашлем меня скрутило так, что я едва на ногах удержался. А ведь какая героическая была поза…

Кашель пришлось быстро подавлять, потому что я прекрасно знал: такого сильного ветра на этой луне не бывает. По естественным причинам, так что нужно искать другие варианты. И точно – едва мне удалось выпрямиться и более-менее прийти в себя, как сквозь стену пламени нырнула черная громада