Неудачница из литдорамы - Юлия Владимировна Буланова

мне такая позиция не нравится. В конце концов, меня никто не заставлял брать ответственность за сына каноничной Юри. Это было моим решением. И, если уж, я добровольно взялась за что-то, то сделаю всё, если и не идеально, то хорошо.

Глава 20

Есть люди, которые не выносят секреты. Особенно, если эти секреты заползают в их семьи, разделяя тех, кто некогда был дружен.

То, что Со Джун стал избегать, даже, разговоров о своём кузене, госпожа Тен Нари поняла почти сразу. Пару месяцев она ничего не предпринимала, рассудив, что мальчики уже достаточно взрослые, чтобы самостоятельно решить возникшее недопонимание.

Потом она начала осторожно расспрашивать сына и племянника.

Вечно зацикленный на себе Чон Су охлаждения в отношениях с Со Джуном, даже, не заметил. Тогда как её сын виртуозно уходил от вопросов своей матери, лишь подтверждая, что между ними что-то произошло.

Джемин предположила, что её брат стал скрытным, потому что нашел подружку и не хочет пока знакомить её с семьёй из-за Чон Су. Ведь его кузен — айдол и очень популярен среди девушек.

Ещё два месяца госпожа Тен успокаивала себя мыслью о том, что её сын, влюбился. Женщина замечала, как горят глаза Со Джуна, как он улыбается, читая сообщения в своём смартфоне, когда думает, что его никто не видит.

Но стоило ей заговорить с ним о том, что она была бы рада познакомиться с девушкой, которая ему нравится или о том, как она хочет внуков, её старший ребёнок мгновенно закрывался в себе и говорил, что сейчас не время. Отношения же её сына с Чон Су испортились окончательно. По словам свёкра, мальчики, которые продолжали проживать в родовом особняке, перестали разговаривать.

— Может быть девушка Со Джуна — это бывшая девушка Чон Су? — предположила Джемин, когда женщины пили кофе и ели пирожные в мега-популярной нынче кофейне. — Как же это вкусно! Просто, невероятно. Я ела такие корзиночки только когда летала в Париж. Мне Со Джун посоветовал это место ещё несколько месяцев назад. С тех пор я раз в неделю тут обедаю. Попробуй ещё чизкейк. Он тут невероятно нежный.

— Да, это очень милое местечко. Спасибо, что пригласила меня сюда. Мне, действительно, нужно было развеяться, милая. Но я, всё равно, не нахожу себе места. А вдруг та девушка... действительно, была в отношениях с Чон Су? Я люблю племянника. Ты не подумай ничего дурного. Но его образ жизни и предпочтения... Он встречается только с легкомысленными особами. Вдруг она не подходит Со Джуну?

— Мама, — Джемин строго посмотрела на родительницу. — Твоему сыну тридцать два года. Он сам разберётся: кто ему подходит, а кто — нет. Я ещё понимаю, если бы ты вела такие разговоры, когда ему было пятнадцать лет. Ладно, восемнадцать. Но не сейчас! Сейчас это, уже, совершенно, неприлично. Потому что он, хоть и остаётся твоим сыном, но больше не является твоим ребёнком.

— Да, дорогая, — смущённо отозвалась старшая из дам. — Я, просто, переживаю.

Но несмотря на своё смущение и понимание, что так поступать не стоит, госпожа Тен начала собственное расследование. Может быть, сыграла роль её нежная любовь к детективным историям. Может быть, она, действительно, полагала, что должна спасти сына от ужасной золотоискательницы. Но эта женщина обратилась к частному детективу. А меньше, чем через неделю получила по электронной почте ряд интригующих фотографий и некоторую информацию о девушке по имени Кан Юри у которой был сын очень похожий на Чон Су в детстве.

И в этот момент госпожа Тен подумала, что, если бы возлюбленная его сына, просто, встречалась с Чон Су, это было бы не так и плохо.

Но ребёнок...

Неделю она ничего не предпринимала. Пила успокоительные. Слушала мантры. Иногда мечтала проснуться и узнать, что произошло чудовищная ошибка, а она все не так поняла. Но мир не желал подстраиваться под её желания. Детектив прислал ещё несколько фотографий. На первой её сын очень нежно, обнимал ту девушку, когда они стояли возле окна и смотрели на падающий снег. На последующих они целовались.

И, как ни странно, это женщину успокоило. В конце концов на дворе, уже, даже, не двадцатый век, двадцать первый с его прогрессивным взглядом на мир. Кого сейчас волнуют всякие несущественные мелочи, как прошлые отношения?

А если Чон Су, действительно, бросил женщину, которая родила ему ребёнка, то понятно, почему Со Джун отстранился от кузена.

Тен Нари понимала, что не все отношения должны, непременно, вести к заключению брака. Иногда люди понимают, что любовь прошла. Или, что её не было. Но дети — это совсем иное. Мужчина обязан обеспечить своего ребенка всем необходимым. А та бедная девочка, очень долго жила в ужасающей нищете. Фотографии её старого жилья, просто, кричат об этом. Видно же, что ей никто не помогал. И это госпожа Тен планировала исправить.

Говорят: больше всего проблем приносят люди, вооруженные благими намерениями. Ибо намерениями этими выстлана дорога в ад.

И вот, одним прекрасным декабрьским вечером, когда витрины магазинов сияли рождественскими огоньками, а многочисленные кофейни предлагали своим посетителям напитки со вкусом пряностей, в мою дверь постучалась женщина средних лет в бежевом пальто. У нее была модная короткая стрижка. А в руках она нервно теребила брендовую сумочку.

Мать Со Джуна я узнала в ней лишь когда она сказала:

— Здравствуйте, меня зовут Тен Нари. Простите, что я вот так... без приглашения. Но думаю, что нам пора познакомиться. Вы ведь уже давно... близки с моим сыном.

Сказать, что эта встреча привела меня в крайнее замешательство — это ничего не сказать. Я чувствовала себя рыбой, которую выкинуло из воды прямо на горячую сковороду.

В голове вертелись не самые цензурные выражения, но Со Хён был дома. Да, и шокировать гостью не хотелось. Она выглядела, как женщина, готовая упасть в обморок, услышав, даже, одно грубое слово.

Я посторонилась, пропуская её в квартиру. После того, как она сняла одежду, мы отправились в кухню. Куда тотчас же прибежал мой неугомонный ребенок.

Вот он бабушку узнал сразу. По глазам видно. Однако, ничего не сказал. Вежливо представился и пожелал хорошего вечера.

— Я всё знаю, — с явным волнением в голосе произнесла женщина, переводя взгляд с меня на Со Хёна. Того, что последует за её драматической фразой не ждал никто.

— Ура! — заорал мой сын. — Значит, я теперь смогу приезжать к