Восхождение Морна. Том 8 - Сергей Сергеевич Орлов

от меня. Марек у стены. Роза на полу за креслом. Все живые, дыхание ровное, у Алисы веко чуть подрагивало во сне. Выходит, не убил, пришёл поговорить. Или его магическая техника просто усыпляет, а всё остальное придётся доделывать собственными руками.

В голове уже во всю шёл анализ.

Что мы имеем. Этот чудила на букву «М» открыл портал прямо в кабинет Розы, плюнув на все её защитные контуры, и тем же щелчком пальцев, которым в прошлую нашу встречу уложил Марека, вырубил всех присутствующих. И это при том, что на Розе висит как минимум несколько артефактных амулетов против ментальной магии.

Что у нас получается? Либо у него артефакт, либо какая-нибудь редкая пыль, которая усыпляет всех в комнате. Хотя нет, второй вариант сразу отметаем. На крыше всё произошло мгновенно, а на открытом воздухе пыль так не работает. Да и в обоих случаях я оставался в сознании, и это значит, что артефакт или магия бьют направленно.

Чёрт… Даже представить не могу, что этот урод использует. И это плохо. Тяжело сражаться против того, принципа работы чего ты не понимаешь.

И если он надеялся, что я сейчас наложу в штаны и буду паинькой, то перебьётся. Страха внутри не было ни капли, только собранность и понимание, что надеяться можно только на себя.

Думай, Артём. Думай!

Тень рассчитывал на одно из двух: либо я стану осторожничать и снова буду его слушать, либо запаникую и начну действовать на эмоциях. Оба варианта были ему удобны, а значит, надо было придумать третий, и придумать его в ближайшие пару секунд.

Прямо сейчас мне были нужны данные. Размытие, про которое только что рассказала Роза, штука для меня совершенно новая, и я понятия не имел, как именно оно работает. Держится ли постоянно или включается под удар, есть ли у него слабые места, чем его можно пробить, и можно ли вообще. Все эти вопросы я мог проверить только в драке, причём драка должна была выглядеть так, чтобы Тень даже не заподозрил, что я её затеял ради проверки.

То есть выглядеть я должен был как пацан, у которого сорвало крышу, а не как тренер, который анализирует противника.

Тем временем внутри начало разгораться родовое пламя. Одной мысли о Тени хватило, чтобы огонь Морнов внутри шевельнулся и потянулся вверх, как пёс, услышавший знакомые шаги у двери. Пришлось его придавить и накрыть сверху изнутри, чтобы не вспыхнул раньше времени, и удерживать, пока он не успокоится. Дыхание выровнялось, мышцы остались расслабленными, а ярости полагалось проявиться в голосе и в движениях, но никак не в магических каналах.

Ну… поехали.

— Что ты с ними сделал!!! — заорал я во всю глотку, и в том же крике моя рука нырнула к голенищу, выдернула кинжал из сапога и отправила его в полёт, целясь прямо в горло под капюшоном.

Крик получился ровно таким, каким я хотел его представить. Молодой, злой, ломкий, как у семнадцатилетних пацанов, которые сорвались на эмоциях. Получилось, вроде, достоверно.

Кинжал прошёл через капюшон ровно в той точке, где должна была быть его шея, и спокойно вылетел с обратной стороны. Никакой отдачи в воздухе, никакого замедления, ни малейшего сопротивления. Чего, в общем-то, и следовало ожидать. Этот фокус Тень уже проворачивал и со мной на крыше, и с Розой во время их первой встречи, и оба раза клинок проходил его насквозь, как будто его там и вовсе не было.

Железом его не достать, это понятно. Но я и не надеялся, что это сработает. Кинжал был для отвлечения внимания и для того, чтобы он подумал, будто я действую на эмоциях.

Я шагнул вперёд, не давая ему ни секунды на передышку, и атаковал двумя руками сразу. С левой ладони у бедра сорвался язычок пламени, маленький, размером с кулак, но горячий настолько, что воздух вокруг кисти задрожал и поплыл. Правая в ту же долю секунды вытащила из ножен на поясе короткий клинок и повела его следом за огнём, в одну с ним точку, на горло под капюшоном.

Расчёт был простой. На пламя Тень ещё не реагировал, и было совершенно непонятно, что он с ним сделает. Может пропустить сквозь себя, как пропустил кинжал. А может среагировать, если реакция его Размытия на стихию немного другая, чем на физические атаки. Любой из этих вариантов меня устраивал, потому что любой давал мне информацию.

Если пропустит огонь насквозь, значит, его защита одинаково равнодушна и к железу, и к стихии. Тогда я следом ударю клинком в ту же точку и посмотрю, что будет, потому что повторный удар по тому же месту иногда даёт совсем другую реакцию, чем первый.

А если Тень всё-таки попробует уйти от огня, тем лучше, заодно увижу, как именно он двигается, в какую сторону смещается, насколько быстро. Любая его реакция даст мне драгоценную информацию, которая может понадобиться в будущем.

Огонь дошёл до капюшона, прошёл сквозь него и погас где-то за затылком, не оставив на ткани ни следа, ни даже потёртости. А вот клинок, который я повёл следом по тому же маршруту, до Тени так и не добрался, потому что в последний момент тот коротко повёл плечом и лезвие ушло в воздух мимо его щеки. То есть он не пропустил его сквозь себя, как пропустил огонь и кинжал до него, а сместился.

Уже интересно. Значит, пропускает он сквозь себя не всё подряд, а выборочно. Стихию принял, а от ищущей следом стали решил всё-таки увернуться. Почему так — пока непонятно, но именно ради таких вопросов я и начинал этот цирк.

— Это не всё!!! — заорал я и в этом же крике крутанулся обратно через правое плечо, добивая разворот клинком наотмашь, на уровне головы. С левой одновременно ушёл тонкий поток воздуха, тонкий, как нитка, направленный не в Тень, а на свечу у него за спиной. Свеча погасла, и тень от капюшона, лежавшая на стене, дрогнула.

Тень увидел оба удара одновременно, но повёл себя с ними по-разному. От клинка он коротко наклонил голову, как уходят в кабаке от пьяного замаха, и лезвие прошло у самого уха, не зацепив ни ткани капюшона, ни кожи под ним. А вот поток воздуха, который в ту же секунду шёл ему прямо в лицо, он спокойно пропустил сквозь себя и даже не повернулся в его сторону, как будто никакого потока вообще не было.

Получалось, что воздуху он позволил