Пять масок тьмы - Евгений Фронтикович Гаглоев

– Странно, что ты ничего об этом не знала, – добавил Никита. – У вас в семье что, больше нет оборотней?

– Представь себе, нет!

– Но как же так? Обычно это передается по наследству.

– О… – вскинула голову Женя. – Мама и ее сестра – не родные дети дедушки. Он их удочерил, когда они были еще совсем маленькими. В нашей семье об этом не говорят, но и большого секрета никогда не делали.

– Это многое объясняет, – заметил Гордей. – Но все же довольно странно. Почему он не посвятил вас в свои дела?

– Может, хотел, чтобы мы жили нормальной жизнью без всего этого? – Женя устало помассировала виски. – Дед изредка уезжал сюда, но обычно говорил, что хочет немного отвлечься от рутины и городской суеты.

– Дай угадаю, – улыбнулся Никита, плюхнувшись на пол рядом с ней. – Обычно он делал это раз в месяц, примерно в полнолуние?

– Откуда мне знать? Я фазы Луны не отслеживаю.

– А оборотням приходится, особенно новичкам. Более опытные способны контролировать процесс превращения, но молодые и незрелые могут перекинуться просто от попадания на кожу лунного света. В такие периоды старики собирают молодежь в подобных убежищах, чтобы учить их, ну и чтобы те не натворили каких-нибудь бед. Этот дом долгое время был местом сбора и одним из убежищ нашей стаи. Твой дед часто приглашал сюда тех, кому нужна подобная помощь. В сарае позади дома даже есть клетки для юных оборотней, которые еще не научились контролировать себя в зверином облике. А те, кто уже научился владеть собой, чувствуют себя свободно в этой чаще. Можно носиться ночью по лесу, охотиться на разных диких животных… Но теперь все должно измениться. Я даже не знаю, кому Александр Васильевич оставил дом.

– Он отдал ключи мне. Может, и правда хотел, чтобы я узнала правду, хотя бы после его смерти?

– Возможно. Мне жаль твоего деда, хороший был человек. А мы той ночью не успели его защитить. Я в стае не так давно, но он был одним из тех, кто сразу меня принял.

– И сколько же вас в этой стае? – тихо спросила Женя.

– Сейчас около двух сотен, но это только те, кто постоянно живет в Санкт-Эринбурге и его окрестностях. На самом деле нас гораздо больше.

– Это вас я видела на похоронах дедушки, – догадалась Женя. – Тебя и еще несколько человек… Теперь мне все понятно.

– Да, мы действительно приходили на кладбище. Старейшины и молодежь Парда… Нам хотелось проститься с Хранителем.

– Но как ты сегодня здесь оказался? – поинтересовался Гордей.

– Вожак отправил меня и близнецов охранять дом этой ночью. Особняк всегда под охраной членов Парда. Кто-то живет здесь неделями, кто-то приходит на одну ночь, как я сегодня. Завтра же в школу! Поэтому надолго остаться не смогу.

Женя не сдержалась и прыснула. После всего услышанного упоминание о школе из уст юного оборотня прозвучало удивительно смешно.

– А вы почему оказались здесь вместе? – в свою очередь спросил Никита.

– На нее теперь тоже охотятся вурдалаки, – ответил Гордей. – И командует ими Гектор Сэнтери. Сначала им понадобился дед, а теперь и внучка.

– Вот гады! – зло сощурился Никита. – Но что им нужно?

– Хотели бы мы это знать, – ответил Гордей. – Приехали сюда в надежде, что здесь можно переждать опасность, но не тут-то было. Сначала выясняется, что дом облюбовали оборотни, а потом заявляются эти двое и крадут обскурум.

– Да что это за обскурум такой? – недоуменно спросила Женя.

– Сильный магический артефакт, который, как оказалось, хранился у твоего дедушки, – пояснил Лестратов. – С его помощью можно творить всякие темные ритуалы. И теперь у меня возник вопрос. Александра Васильевича убили из-за его политической карьеры или из-за этого самого обскурума? Возможно, он не хотел отдавать его добровольно, поэтому… все и произошло.

– Но почему это случилось именно сейчас? – нахмурил брови Никита. – А не сразу после его смерти?

– Ключ от дома, – напомнил ему Гордей. – Что, если это и правда ключ к охранным заклятиям? Оборотни ведь в дом нечасто проникают?

– Обычно нет. Как правило, мы дежурим в пристройке с задней стороны особняка, – кивнул Никита.

– А тут явились мы, отомкнули замки, распахнули дверь… Пусть временно, но лишили дом магической защиты. И вскоре появляются Арлекин и Коломбина, будто только этого и ждали. Это лишь моя теория, но что, если все действительно так?

– Кто же они и как связаны с вурдалаками? – спросила Женя.

– Этого я не знаю, – признался Лестратов.

– А почему ты так их называешь?

– Просто назвал первыми именами, которые всплыли в памяти. Согласитесь, они были очень похожи на персонажей комедии дель арте.

– Понятия не имею, о чем ты, – честно признался Никита. – Что такое дель арте?

– Все время забываю, сколько тебе лет, – вздохнул Гордей.

– Ну не двести, как некоторым, – хмыкнул юный оборотень.

Женя вытаращила глаза:

– Тебе двести лет?!

– На самом деле чуть меньше, – недовольно ответил Гордей. – Я же говорил тебе, что старею гораздо медленнее обычных людей.

– Господи… Столько странных новостей за одну ночь. Еще немного, и вам придется везти меня в психушку… Дед был оборотнем и членом стаи пантер. И вы называли его Хранителем. А эти парни, Клык и Коготь? – Женя кивнула в сторону разбитого окна.

– Те еще раздолбаи, – отмахнулся Никита. – Но Богдан, конечно, чуть посерьезнее брата. У Севки-то ветер в голове свищет.

– А тебя в стае как называют?

– Альфа, – коротко ответил Легостаев. – Потому что я кровный потомок основателя стаи. Первого альфа-самца Парда пантер.

– Так твои родители тоже оборотни?

– Все немного сложнее, – замялся Легостаев. – У меня способности пробудились иначе… Спустя несколько поколений.

– Ужас, – выдохнула Женя. – Так, дайте сообразить. Эти двое «дель арте» пришли сюда за неким артефактом. Но на меня они даже внимания не обратили. А ведь вурдалаки хотели меня прикончить. Значит, они не могут быть с ними заодно. Иначе тоже постарались бы меня убить, верно?

– Верно, – согласился Гордей. – Либо у них вдруг изменились планы на твой счет.

В это время в дом вернулись обескураженные близнецы. Через порог они переступили уже в человеческом облике – босые, грязные, с всклокоченными волосами и горящими глазами. Один из них потирал правую руку, на которой багровел длинный порез, но крови уже не было видно. Увидев, что Клык и Коготь голые, Женя торопливо отвернулась, а парни, спохватившись, начали поспешно собирать с пола одежду и одеваться.

– Богдан, ну какого фига? – укоризненно протянул Никита. – У нас же гости.

– Простите, – буркнул парень с порезом на руке. Видимо, это был Богдан. – Мы не привыкли, что тут есть кто-то незнакомый с… некоторыми нашими особенностями.

– Да,