Пять масок тьмы - Евгений Фронтикович Гаглоев

– Впредь? – удивился Богдан. – А мы что, снова увидимся?

– Конечно, – осклабился Сева. – Прибежит как миленькая. Где она еще увидит таких красавчиков?

– Какая самоуверенность, – закатила глаза Женя, хотя понимала, что в чем-то он прав.

– Дашь номер телефона, так мы еще и в городе встретимся, – заявил Сева, подпрыгивая в полуспущенных спортивных штанах.

– Она еще школу не окончила, – предупредил его Никита.

– Тьфу, – расстроился Сева. – Малолетка. Ну ничего страшного. Значит, встретимся, когда немного подрастешь.

– Вам не удалось их догнать? – спросил Гордей.

– Нет, они ушли, – нахмурился Богдан. – Мы чуяли их следы еще какое-то время, но потом они просто испарились… Кто они?

Гордей лишь молча покачал головой.

– Кстати, насчет особняка… Думаю, это точно не последняя наша встреча, – сказал Никита девушке. – Если дом теперь принадлежит кому-то из твоей семьи, придется решить разные вопросы. Либо стая будет арендовать у вас дом, либо придется вывозить из тайника все наши оставшиеся артефакты.

– Завещание еще не оглашали, – сообщила Женя. – Но если дедушка и правда оставил этот дом мне, то для вас ничего не изменится, обещаю. Думаю, все это было для него очень важным, и я не хочу ничего менять.

– Было бы славно! – радостно сверкнул глазами Богдан. – И нам хлопот меньше!

Женя устало поднялась с пола и направилась к вскрытому тайнику. Никита и близнецы тут же дернулись за ней, будто опасались, что она там прихватит что-нибудь.

– И как много всего тут хранится? – спросила Женя, заглянув в темную комнату.

– Кое-что есть, – сдержанно ответил Сева. – То, что мы должны охранять. Особенно теперь, после смерти основного Хранителя.

Глава 21. Кто-то, связанный с колдунами

Женя провела рукой по стене в поисках выключателя. Нажала на кнопку, и в хранилище вспыхнул тусклый желтый свет. Это было небольшое узкое помещение без окон, по стенам которого висели многочисленные металлические полки. На них стояли и лежали странные статуэтки из черного камня, древние книги с заглавиями на непонятном языке, костяные амулеты, полупрозрачные камни, мутные бутылки с какими-то снадобьями и еще много чего необычного. Видимо, для оборотней эти предметы многое значили.

Часть полок в результате недавнего побоища была сорвана со стен, под ногами хрустели обломки керамики и куски стекла. В воздухе висел тошнотворный запах, видимо из разбитых бутылочек. На полу блестело несколько лужиц вязкой черной дряни.

– Так для чего был предназначен этот обскурум? – поинтересовалась Женя, покинув разгромленный тайник. Долго выносить этот жуткий запах было выше ее сил. – Почему дедушка хранил его?

– Я лишь знаю, что обскурумов несколько. Это сильнейшие артефакты черной магии из всех существующих на земле. И самый мощный из них когда-то принадлежал одной юной ведьме, жившей в семнадцатом веке… – неохотно начал рассказывать Гордей. – За несколько минут до смерти она призвала пять демонов из измерения Гаэтан и нарекла их именами известных персонажей итальянской комедии: Арлекин, Панталоне, Коломбина, Изабелла и Полишинель. Я читал об этом в древних записях… И вспомнил, как только увидел этих двоих. Но ведьму убили, и она не смогла должным образом завершить ритуал призыва.

– Думаешь, теперь кто-то смог? – испуганно взглянул на него Никита.

– Ты видел то же, что и я.

– Так это были демоны? – вскинул брови Сева.

– О, еще и демоны. – Женя покачала головой. – Но нет, я уже ничему не удивляюсь…

– Конечно, я этого не утверждаю, – спокойно ответил Гордей. – Но эти двое точно не были вурдалаками, и колдунами их не назовешь. При этом они обладают впечатляющей физической силой, да вы и сами видели, на что они способны. Если мои догадки верны и кто-то действительно прислал их сюда за обскурумом, то как минимум два у него уже есть. Самый сильный, позволивший завершить древний ритуал призыва, и теперь этот, который хранился в вашем тайнике.

– Из всех хранящихся здесь артефактов обскурум – самый опасный и дорогой, – буркнул Богдан. – Вожак нас по головке не погладит.

– А мы ведь не так давно общались с покойным Хранителем, – подал голос Сева. – И он несколько раз повторил, чтобы мы берегли обскурум сильнее всего прочего. Прямо несколько раз! Будто думал, что до меня и с первого раза не дойдет.

– С чего ему это говорить? – не понял Никита. – Да еще тебе?

– Мы с ним вообще много общались, ведь я бывал здесь чаще других, – пожал плечами Сева. – Александр Васильевич даже как-то рассказывал, что к нему кто-то приходил и расспрашивал об обскуруме.

– Вот как?! – воскликнул Богдан. – А что же ты мне об этом не говорил?

– Сейчас говорю, – мотнул головой Сева. – Просто я совершенно забыл об этом разговоре, а сейчас вдруг вспомнил.

– И кто к нему приходил? – спросил Гордей.

– Этого я не помню, – протянул юный оборотень. – А может, он мне и не говорил. Упоминал лишь, что этот кто-то связан с колдунами. И вот он упрашивал Хранителя продать ему обскурум! Говорил, что деньги для него не имеют значения. Но Хранитель не продал. И вообще сказал этому типу, что никакого обскурума в глаза не видел и не понимает, о чем речь. Но тот ему не поверил, поэтому Александр Васильевич предупредил меня, чтобы с хранилища глаз не спускал!

– Кто-то, связанный с колдунами… – задумчиво повторил Гордей. – Интересно, не связан ли он также с вурдалаками?

– Думаешь, Хранитель погиб из-за этого? – спросил Сева.

– По крайней мере, нужно проверить предположение.

– Даже здесь для нас сейчас небезопасно, – устало вздохнула Женя. – Эти двое дель арте будто знали, что мы приедем, чтобы открыть замок!

– А кто еще знал о вашей поездке? – спросил Никита.

– Никто, – подумав, ответила Женя. – Даже моя мама не в курсе. Она думает, что я сейчас спокойно сплю в больничной палате. И убьет меня, как только выяснит, какой погром вы здесь учинили.

– Она ничего не узнает, – пообещал Богдан. – Мы наведем здесь порядок.

– Да, мы присмотрим за домом, – пообещал Сева. – Как и всегда.

– За нами могли следить с того момента, как мы отъехали от здания больницы, – предположил Гордей.

– В любом случае придется теперь возвращаться в город, – сказала Женя. – Скоро рассвет. А как только настанет утро, в больнице начнется утренний обход. Меня хватятся и позвонят матери… И тогда самые страшные вурдалаки покажутся мне детской забавой. Зря только сюда приехали.

– Ничего не зря, – возразил Сева. – С нами познакомилась.

– Я пока не поняла, хорошо это или плохо.

– Конечно хорошо! – осклабился Богдан. – Ты же узнала правду о своем дедушке.

– Это верно, – согласилась Женя. – Жаль, переночевать здесь