Темный Лорд Устал. Книга X - Тимофей Афаэль

Долгорукий пересёк зал, не обращая внимания на охрану. Он видел перед собой только холодную рептилию в человеческом обличье, которая обещала ему победу и принесла чуму.

Князь схватил корпората за лацканы дорогого пиджака и впечатал его спиной в серверную стойку так, что металл загудел от удара. Телохранители Смита дёрнулись вперёд, но замерли под прицелом гвардейцев Громова.

— Что это за дрянь жрёт мой город, наёмник? — голос Долгорукого был хриплым от едва сдерживаемой ярости. — Что за чёрная зараза убивает моих людей, пока твой хвалёный вирус удобряет цветочки на Стене Воронова?

Смит не паниковал.

Долгорукий держал его за лацканы, вдавливая в серверную стойку, и смотрел в эти холодные серые глаза, ожидая увидеть страх, растерянность, хотя бы тень беспокойства. Но Смит смотрел на него с выражением лёгкого неудобства, как человек, которого оторвали от важного дела ради пустякового разговора.

— Князь, — голос корпората звучал спокойно, — я понимаю ваше беспокойство, но физическое насилие контрпродуктивно для решения текущей ситуации.

Долгорукий сжал пальцы сильнее, и дорогая ткань пиджака затрещала.

— Я задал вопрос, наёмник. Что происходит с моим городом?

Смит даже не попытался вырваться. Он висел в хватке Князя, как тряпичная кукла, и продолжал говорить тем же спокойным тоном профессионального переговорщика, который отрабатывал сложные ситуации сотни раз.

— «Некроз» функционирует в штатном режиме, — сказал он, глядя Долгорукому прямо в глаза. — То, что вы наблюдаете в городе — временный побочный эффект, не более. Агент столкнулся с защитными слоями Эдема, которые оказались плотнее наших первоначальных расчётов, и сейчас накапливает критическую массу в замкнутом контуре под Столицей.

— Накапливает критическую массу, — повторил Долгорукий, пробуя слова на вкус. Они были гладкими, обтекаемыми, как речь адвоката, который защищает заведомо виновного клиента.

— Именно так, — Смит кивнул, насколько позволяла хватка на его лацканах. — Представьте это как воду, которая ищет брешь в плотине. «Некроз» уже заполнил каналы, он концентрируется и уплотняется. Когда он достигнет необходимой критической массы, то прорвёт защиту Эдема изнутри. Накопление потребует еще от двенадцати до двадцати четырех часов.

— А люди, которые чернеют и корчатся от боли в моих больницах?

— Незначительное заражение через микротрещины в энергетических каналах, — Смит говорил так, будто объяснял квартальный отчёт совету директоров. — Мы уже работаем над локализацией. Пострадавшие получат компенсацию после завершения операции. Всё под контролем, князь. Консорциум выполняет свои обязательства.

Долгорукий слушал эту гладкую речь и чувствовал, как в нём поднимается волна чего-то тёмного и древнего. Звериное чутьё, которое помогло ему выжить в десятилетиях дворцовых интриг, пережить три покушения и похоронить всех своих врагов — било в набат.

Смит говорил убедительно. Слова складывались в логичную картину, объяснения звучали разумно, и любой другой на месте Долгорукого, возможно, поверил бы им.

Но Князь не слушал слова. Он смотрел глубже.

Долгорукий смотрел в холодные глаза Смита и искал трещины в идеальном фасаде.

Шестьдесят лет жизни при дворе научили его читать людей лучше любого менталиста. Слова можно отрепетировать, голос — контролировать, выражение лица — отточить до совершенства. Но тело всегда предавало микродвижениями. Напряжение мышц невозможно подделать, ритм дыхания выдаёт правду вопреки любой лжи.

Смит говорил гладко и уверенно, но его челюсть была сжата чуть сильнее, чем требовала ситуация, деонстрируя едва заметное напряжение. Что-то сильно беспокоило Смита.

Долгорукий скользнул взглядом по телохранителям корпората.

Четверо элитных бойцов в чёрном стояли полукругом за спиной Смита, и их стволы смотрели на гвардейцев Громова.

Пазл сложился в голове с такой ясностью, что он едва не рассмеялся.

Смит не обманывал его изначально. Корпорат действительно пустил «Некроз» в энергетические каналы под Столицей, целясь в Эдем. Он правда рассчитывал обрушить Стену Воронова.

Но сейчас он лгал, потому что их хвалёное супероружие вышло из-под контроля и вместо того, чтобы сожрать корни Эдема, «Некроз» почему-то жрал Столицу. Стена Воронова цвела и сияла, пока люди Долгорукого покрывались чёрными пятнами и выли от боли.

Смит явно не понимал, что пошло не так. Его техники, аналитики и гениальные учёные с их передовыми лабораториями сейчас сидели где-то в подвалах этого здания и разводили руками, не в силах объяснить, почему идеальное оружие ударило по своим создателям.

Консорциум фактически грандиозно обосрался на глазах у всего мира и теперь Смит стоял перед Князем и вешал ему лапшу на уши про «критическую массу» и «временные побочные эффекты», лишь бы не получить пулю в лоб прямо здесь и сейчас.

Как нелепо…

Долгорукий смотрел на этого человека-машину и впервые видел его настоящим. Под маской невозмутимого профессионала прятался загнанный в угол зверь, который отчаянно пытался выиграть время.

Вот только у него было чувство, что где-то за всем этим маячила фигура Воронова, которая дёргала за ниточки.

Воронов переиграл их всех.

Эта мысль была такой простой и такой страшной, что Долгорукий на секунду забыл как дышать.

Долгорукий принял решение за долю секунды.

Убить Смита сейчас было бы приятно. Сжать пальцы на горле этой холодной рептилии и смотреть, как гаснет свет в её глазах. Отомстить за ложь, за чуму в венах Столицы и крах всех планов, которые казались такими безупречными ещё неделю назад.

Но мёртвый Смит не расскажет, как остановить «Некроз», а также не выдаст коды доступа к системам Консорциума. Мёртвый Смит превратит Долгорукого из союзника корпоратов в их врага, и тогда к армиям соседей на границах добавятся ещё и ресурсы глобальной тени, которая стоит за спиной этого человека.

Князь разжал пальцы и отступил на шаг, брезгливо отряхивая перчатки, словно прикоснулся к чему-то грязному.

Смит поправил лацканы измятого пиджака с невозмутимостью человека, для которого физическое насилие было лишь мелкой неприятностью в длинном рабочем дне. Его лицо оставалось непроницаемым, но Долгорукий уже знал, что прячется за этой маской, и это знание было важнее любого мелкого удовлетворения от удушения.

— Жду результатов до рассвета, Смит, — сказал Князь голосом, в котором не осталось ни ярости, ни угрозы. — Стена Эдема должна рухнуть, как ты обещал. Иначе я лично вышвырну тебя за кордон. По частям.

Он развернулся и пошёл к выходу, не оглядываясь. Гвардейцы Громова отступали за ним, держа охрану Смита на прицеле до последней секунды. Напряжение в зале рассеивалось медленно, как дым после пожара.

* * *

Обратный путь через ночную Столицу показался Долгорукому бесконечным.

Он сидел в бронированном автомобиле и смотрел на проплывающие за окном улицы, притихшие под гнётом комендантского часа. Его город и его Империя. Всё,