Клеа и месть призраков - Эвелин Бризу-Пеллен

нового. Нигде не говорилось о ребёнке. А ведь журналисты не упустят возможности выдавить слезу. Они непременно воспользовались бы случаем и написали о «крошке-сироте» или что-то в этом роде.

Лиам долго рылся и в конце концов нашёл более свежую статью в газете города Тура «Новости республики», от которой его будто молнией ударило:

«Сегодня мы простились с юным Лиамом Андерсоном, родившимся с фамилией Лиам де Фалестан. Мы не забыли, что его родители были убиты четырнадцать лет тому назад мафиози и незадолго до своего убийства получили письмо с неизвестным порошком. Они избежали действия яда, но их маленький сын, который сидел на коленях матери, когда она открывала письмо, вдохнул какое-то количество порошка. Второй маленький ребёнок, за которым временно присматривала мать Лиама и который тоже находился в комнате, избежал опасности.

Ядовитый порошок был похищен в лаборатории. Вещество признали настолько опасным, что его немедленно запретили. Известно, что оно изменяет состав крови, так что даже обычный анализ крови пострадавшего может представлять интерес для служб разведки или террористических организаций. Чтобы защитить ребёнка от нездорового интереса, он был помещён в семью, не имеющую с ним никаких родственных связей».

Шок! По-другому не скажешь.

«Врачи предполагают, что онкологическое заболевание, от которого страдал подросток, было следствием этого отравления…»

Ну, дела-а-а! Он, что, значит умер от… Ну, дела!

Значит, он всё-таки приёмный… Ему такое в голову не могло прийти – его все любили, опекали, заботились… Андерсоны здорово хранили секрет.

Но они не смогли уберечь его от яда, который уже попал ему в кровь.

Его любили с судорожной нежностью, за которой таилась боль. Теперь понятно, откуда взялся светловолосый мальчик в семье брюнетов Андерсонов. И почему он никогда не сдавал анализы крови в поликлинике, а непременно в особой лаборатории в больнице. Он считал, что так положено при его болезни. На самом деле, анализы делались в секретной лаборатории, где наблюдали за изменениями в его крови, и никто не должен был о них знать.

Как бы хотелось Лиаму встретиться со своими настоящими родителями! Какие это были мужественные люди! И они заплатили жизнью за…

У Лиама перехватило дыхание. Взгляд упал на последнюю фразу статьи:

Крестному отцу мафии был вынесен оправдательный приговор. О судьбе его ничего не известно, его имя больше нигде и никогда не появлялось. Полиция предполагает, что он пал жертвой внутренних разборок мафии».

Глава 30

Особняк встал на тропу войны. С того дня, когда уехал Лиам, всем захотелось научиться владеть каким-нибудь оружием. Капитан – король абордажной сабли стал приобщать к своему искусству Кристофа. Кристина выбрала ружьё, Фанни – пистолет, Хоэль – рогатку. Рауль объявил, что отменно ладит с кухонными ножами. Один только доктор Граф отказался браться за оружие, доверившись могуществу слова. Но он был так неуклюж, что отказ с его стороны был мерой предосторожности. Но доктору было запрещено ходить в одиночку.

Я стала не на шутку тревожиться: куда подевался Лиам. Мне казалось очень странным, что такси до сих пор не вернулось. Я старалась не думать об этом, потому что, если честно, чувствовала себя немного виноватой.

На следующий день мы с Хоэлем пошли купаться, и со мной чуть было не случился приступ: стая волков пила воду из реки. У Клада, который трусил позади нас, вся шерсть поднялась дыбом.

– Не бойся, – спокойно сказал ему Хоэль. – Это друзья.

– Хоэль… неужели это ты… – едва сумела выговорить я.

– Пусть трясутся зловредные привидения!

– Понятно. Но представь себе, я тоже трясусь от страха. И ты знаешь, что Клад укусил управляющего. По заслугам, я ничего не говорю, но это доказывает, что звери могут укусить любого из нас.

– Белых призраков они не обидят, – уверил меня Хоэль. – я им дал инстукцию.

Хоэль и впрямь обладал какими-то невероятными способностями, и он это доказал: волки, когда мы к ним приблизились, смотрели на нас без всякой враждебности, наоборот – благожелательно. И всё время, пока мы купались, охраняли территорию.

Я вышла из воды и увидела ещё один сюрприз.

– Хоэль, а та ферма вдалеке?.. Это тоже ты?

Он посмотрел на крытый соломой домик возле болот, на который я ему показала, и пожал плечами.

– Там нет никаких животных. Нет, это не я.

Кому из нас мог понадобиться такой домик? Новых жильцов у нас в Особняке пока не было.

И тут мне показалось, что я поняла, и мне стало страшно. Я мигом помчалась предупредить Рауля. Он вышел вместе со мной на крыльцо и побледнел.

– Ферма Ублет!

Значит, я не ошиблась. Новых жильцов у нас не было, значит, действовал управляющий. Он продолжал изменять территорию Особняка, восстанавливая то, что не захотел восстанавливать Рауль.

– Она имеет отношение к управляющему? – уточнила я на всякий случай.

– На эту ферму он её и водил.

Рауль не сказал, кого, но я поняла, что ту самую девушку, которая потом повесилась на чердаке.

– Вот сволочь!

– Ты сказала плохое слово, – укорил меня Хоэль.

– Иногда на ум приходят только дурные слова, – постаралась оправдаться я. – Управляющий хотел причинить зло Раулю.

– Во-от сво-о-лощ! – возмутился Хоэль.

Я смотрела на ферму, и она внушала мне ужас. Очевидно, Раулю тоже.

– Не надо здесь оставаться – сурово нахмурился он. – Я постараюсь кое-что сделать.

– Что? – спросил Хоэль. – Какое «кое-что»?

– Вам пора на урок арифметики, месье, – ответил ему Рауль. – Идите и скажите вашей учительнице, что с сегодняшнего дня вы будете заниматься в библиотеке. Парк стал опасным местом.

Хоэль побежал, размахивая руками, словно крыльями – он явно был возбуждён новостями. А я осталась рядом с Раулем, я очень тревожилась.

– И что Вы будете делать? Уберёте ферму?

– К сожалению, мадемуазель, я не имею возможности уничтожать чужие умственные построения. Но у меня появилась одна идея.

Мы вернулись в Особняк, и я пошла вслед за Раулем в административный отсек, там когда-то располагался кабинет хозяев Особняка. С одной из полок, заставленной книгами и папками, Рауль снял толстую книгу. Он пролистал её и объяснил:

– Это список арендаторов ферм в год моей смерти. – Он указал мне пальцем на нужную строку. – Смотрим: ферма Ублет, В этом году умер её арендатор, и управляющий сдал её в аренду другому.

Я не поняла, к чему он ведёт.

– Получить в аренду ферму – большая удача для бедного человека, – пояснил мне Рауль. – Даже если ферма не принесёт больших доходов, у семьи будет кров и земля, которая даёт пропитание. В случае, который нас интересует, удача пришла к людям не просто так.