Звёзды, пламя и сталь. Книга 8 - Игорь Викторович Лопарев

— Логично, я думаю что так и надо сделать, — я счёл предложение Тихого вполне себе дельным. Но тут и возражения подоспели. Со стороны Дрища, как вы уже, наверное, догадались:

— Ну э-э-э! — возмутился Дрищ, — что я с ней делать-то буду?

— А это твои проблемы, — как-то по-садистки сказал Тихий, — ты же клялся… Вот и расхлёбывай последствия своего неуёмного любопытства.

— Эх вы… — раздосадовано сказал Дрищ, и покосился на даму.

Рыдания, тем временем, перешли во всхлипывания и умеренное шмыганье носом. А это значит, что основной взрыв эмоций позади, и с минуты на минуту девчонка опять сможет воспринимать слова, более или менее понимая, что ей хотят сказать.

Этот момент упускать не следовало. Вообще, по хорошему, стоило бы предложить ей каюту. И сопутствующую возможность привести себя в порядок. Ибо там и душ есть и все прочие блага цивилизации. И наличие этих бытовых мелочей должно хоть как-то её успокоить.

И тогда мы сможем навести какие-то мосты и приступить к поискам взаимопонимания.

Надо выяснить кто она такая, да и вообще… У меня сложилось впечатление, что она явно не из крестьян, но это пока только впечатление. Надо будет выяснять всё без лишнего давления и ненужной конфронтации.

— Уважаемая Ралейна, — я задействовал всю свою харизму, так как, имея ввиду мои далеко идущие планы, эту девицу прессовать не следовало, а следовало обойтись с ней по доброму… Ну, насколько это возможно.

— Чего тебе? — всхлипнула она, параллельно вытирая слёзы миленьким таким батистовым платочком, который совершенно неожиданно возник у неё в руке.

— Я хотел бы предложить вам пройти в каюту, — я улыбнулся максимально дружелюбно. Но про себя отметил, что это очень хорошо, что у неё в руке внезапно возник только платочек, а не, предположим, вибронож… И да, надо бластер-то, что у неё в кобуре, как-нибудь тактично отобрать.

Никто не знает, он пришёл в негодность навсегда, или же только на короткое время.

А бережёного, как известно, и Ушедшие оберегают…

— Позвольте… — тут я, пока она окончательно не очухалась, ловко подцепил эту железяку, вытянул её из кобуры онемевшей от такой неприкрытой наглости девушки, и, как ни в чём не бывало, продолжил, — давайте поступим так, — она с подозрением уставилась на моё лицо, потом перевела взгляд на свой бластер, который я держал, — мы выделим вам свободную каюту, где вы сможете принять ванну…

— Ванна? На фрегате? — на лице её было написано неподдельное удивление, пополам с недоверием, — что вы про ушам-то мне ездите?

— Ну, пойдёмте, посмотрите сами, — я пожал плечами.

У нас было ещё три свободных каюты, и в санблоке каждой из них была установлена ванна с гидромассажем. Бобер нам не только оружие и двигатели модернизировал. Он и условия жизни на борту сильно проапгрейдил. За что ему, кстати, отдельное спасибо…

— Прошу, — я нажал на сенсор, и дверь уехала в переборку.

В каюте автоматически загорелся мягкий свет. Отделка была, не сказать, что экстра-класса. Но стены были, всё-таки, обшиты тканевыми обоями, а не плитами шершавого серого пластика, как это полагалось по стандартам ВКС империи.

Ну да, как говаривали флотские интенданты, нечего пилотягам морды баловать. Тем более, солдаты империи должны стойко переносить все тяготы и лишения воинской службы. И не имеет значения, что эти тяготы зачастую создаются намеренно. Или чтобы чутка сэкономить, так сказать, своим детишкам на молочишко… Или же просто для того, чтобы пилотягам служба мёдом не казалась.

Девчонка уже немного оклемалась, но не до конца. А потому не понимала, как себя вести в этой странной ситуации. Относилась ко всему насторожено, везде ожидая какой-нибудь гадости, но увидев интерьер предлагаемой ей жилплощади, немного удивилась. Это я заключил по тому, как уехали вверх её брови.

Она сделала несмелый шаг и вошла внутрь.

— Если у вас появятся какие-то бытовые вопросы, сказал я нейтральным голосом, — задайте их вслух, и корабельный искин ответит на них. А сейчас мы оставляем вас. Когда будете готовы к беседе, известите нас об этом с помощью искина.

— Ага, — кивнула она, осматривая интерьер удивлённым взором.

Я решил, что момент для того, чтобы откланяться весьма подходящий, и отступил в коридор, одновременно трогая сенсор. Дверь беззвучно выехала из переборки и закрыла проход.

— Я надеюсь, ты догадался дверь заблокировать? — спросил Тихий.

— Конечно, — успокоил его я, — ещё не хватало, чтобы эта дама начала шарахаться по всему кораблю, как привидение. Ладно, пошли в рубку.

Мы налили себе по кружке кофе и сели в кресла. Наш радиобуй исправно выдавал сигнал для спасателей «Хоул Логистикс», если повезёт, могут появиться здесь уже часов через восемь.

— Точно? Раньше их ждать смысла не имеет? — тут же спросил Тихий, — имперский корабль мы всё-таки вряд ли сможем посетить, я так понял?

…Я бы не рекомендовал сейчас отправляться туда. Слишком мало мы знаем об этой системе и слишком сильно ограничены во времени. Следовательно, слишком высока вероятность очередных неожиданностей. Оставшееся до появления спасателей время лучше использовать для отдыха и изучения системы…

В общем-то, Доминатор вполне резонно предположил, что если будем вести себя необдуманно, то можем и нарваться. Так что, от греха, лучше не проявлять дурной инициативы.

— Ну, потом наведаемся, — сказал я, — уж очень интересная система с не менее интересными обитателями нам попалась. Координаты у нас есть, так что когда время появится, мы к кораблю и наведаемся. А сейчас не стоит.

— А оно у нас вообще появится, время то это? — спросил Дрищ, — мне кажется, что стоит нам вернуться на Латоти, и на нас навалится столько дел, что мы и продохнуть не сможем.

— Ну, дела всегда есть и будут, — выдал философичную фразу Тихий. Когда-нибудь у нас руки дойдут и до повторного визита в эту систему.

…А раз по ка есть время, давай-ка я, пользуясь твоими рецепторами, осмотрю этот артефакт. Может быть мне удастся понять о нём немного больше…

— Хорошая идея, — согласился я, — вопрос. А ты сможешь его осматривать, а я пока вздремну чутка? То есть, я тебе не запрещаю руками моими пользоваться… Но ты сможешь при этом меня не будить?

…Давай попробуем. Обещать