Звёзды, пламя и сталь. Книга 8 - Игорь Викторович Лопарев

В какой-то момент точка исчезла, а интуиция завопила, увеличив интенсивность своего воздействия до совсем уж неприличного уровня.

Доминатор пояснил, что скорее всего точка ушла в варп. Нетрудно догадаться, где она может выйти из варпа через несколько минут. И выйти прямо под боком у нас.

А потому мы срочно нырнули в вормхол. И едва успели. Перед самым уходом, буквально за полсекунды, вся навигационная аппаратура перестала показывать что-либо, кроме помех. Доминатор потом объяснил, что видимо эта хреновина вышла из варпа относительно недалеко, но помешать нашему кораблю нырнуть в вормхол уже не успевала. А продолжение преследования через вормхол, по всей видимости, программой этой хреновины предусмотрено не было.

Зато во всём в этом Доминатор таки нашёл положительную сторону.

Всё происшедшее даёт подтверждение нашей теории о том, что артефакт не только принимает, но и передаёт информацию. И при этом очень похоже, что передаваемая информация может включать в себя и команды, которым подчиняются некоторые устройства в этой системе. И, судя по реакции моей интуиции, очень опасные устройства.

Глава 15

Как только мы нырнули в воронку вормхолла, голограмма системы, радовавшая нам глаз почти целые сутки, свернулась, артефакт почти сразу прекратил светиться и…

И металлическая коробка, в которой он лежал, сама собой плавно закрылась.

Теперь на столе в ходовой рубке опять лежал инертный брусок непонятного металла.

Как я и предполагал, чудо, порождённое высокими технологиями неизвестной расы, превратилось в кирпич.

Ну и ладно. Придёт время, и мы продолжим наши исследования. Уже на другом уровне, с другим аппаратным обеспечением и…

И я думаю, что пора уже задуматься над тем, чтобы собрать собственную команду научников, которые будут решать для нас подобные загадки. Ведь чему-то их там в этих всяких академиях и прочих университетах учат же?

Но это теперь уходит на второй план. А на первый план выдвигаются другие проблемы, которые становятся для нас первоочередными.

Одна из этих проблем, кстати, во всю очаровывает нашего Дрища. Но дело тут не в Дрище, он уже большой мальчик, и голова у него, какая-никакая, а есть. Не думаю, чтобы он начал вдруг приносить в жертву своим чувствам свои шкурные интересы. Не то у него воспитание.

Некий романтизм, которому и я не чужд, у него, конечно, присутствует. Но от этого он не перестал быть меркантильным и ушлым мерзавцем, как и все мы.

Но сейчас надо будет уже более плотно с этой пилотессой поговорить. Но прежде, чем разговаривать с ней, есть смысл сначала побеседовать в Дрищём. Ведь не просто так же я его к ней приставил.

Должен же он был хоть что-то выведать? Должен. И всё, что ему удалось разузнать, он должен изложить мне. Хотя бы для того, чтобы я понимал, какую пользу, помимо той, что я уже для себя обозначил, может принести наш безумный и великодушный поступок. Это я сейчас о том, что мы, подвергая свои драгоценные тушки неоправданному риску, всё таки отбили саркофаги у механических злодеев.

Кстати о саркофагах. Их же тоже изучить надо. Что они умеют, как ими пользоваться…

И, кстати, у того саркофага, в котором лежит ещё один имперец, с питанием-то всё нормально? А то может этот парень уже тихо на очередное перерождение отправился, а мы не в курсе?

… Саркофаг, судя по отсутствию изменений, функционирует нормально. Иначе аппаратура, следящая за состоянием грузов, дала бы какой-нибудь сигнал…

Доминатор меня немного успокоил, но убедиться в сохранности этого девайса и его начинки всё-таки надо. Но это чуть позже.

Сейчас мне с Дрищём бы поговорить по душам…

Я решил не затягивать, а потому тут же воспользовался мыслесвязью:

— Дрищ, это Ржавый, приём, — Скорее всего он сейчас продолжает ревностно выполнять свои обязанности, то есть находится при подопечной. Хотя, должна же она когда-то и от него отдыхать… Может сейчас сидит и тоскует бедняга, вздыхает, понимаешь…

— Ну, чего тебе? — ага, значит, всё-таки при ней. Ездит, наверное, девушке по ушам и притворяется благородным пиратом, или ещё какую романтичную лапшу на её аккуратненькие ушки развешивает. Он у нас говорливый, и мозг закомпостировать вполне способен.

— Ты мне нужен для беседы, — объявил я, — я хочу услышать обстоятельный отчёт о том, что вы там с этой девулей обсуждали, что она тебе говорила, что ты ей говорил…

— Ну… — Джимми как-то замялся. Неужели говорилось уже о чём-то таком, что посторонним знать и вовсе не положено? Однако, парень времени явно не теряет.

— Интимные подробности меня сейчас не интересуют, — попытался я успокоить Дрища, который, похоже только-только начал осваивать амплуа героя-любовника, — меня сейчас факты интересуют. Что ты узнал, о чём и как успел рассказать. А личное, это личное… Главное, чтобы оно общественному не противоречило, — под общественным, я, само собой, подразумевал не интересы человечества в широком смысле этого слова, а наши узкие групповые интересы.

— И что, прямо сейчас? — грустно спросил Джимми.

— Конечно сейчас, — ответил я ядовито.

— Эхх, — мысленно вздохнул бедняга, и обречённо спросил, — где говорить будем?

— Вот, — одобрительно ответил я, — это уже похоже на деловой подход. — подходи, наверное, в кают-компанию минут через пятнадцать, кофейку попьём, о делах наших скорбных покалякаем…

— Хорошо! — уже более жизнерадостно ответил Дрищ, ибо пятнадцать минут у него есть, чтобы вежливо и ненавязчиво попрощаться с дамой и оставить её сидеть в запертой каюте.

Я же эти пятнадцать минут посвятил короткому разговору с Тихим. Там мы не обсуждали ничего интересного, просто я сообщил ему, что начинаю потихоньку прорабатывать вопрос со спасёнными имперцами и поручил ему контроль за нашим движением в соответствии с маршрутной картой. Корабельный искин, конечно, теоретически может все это и самостоятельно делать. Но я так думаю, что присматривать за ситуацией таки надо. А то оно очень по разному бывает. Тем более, что и мы и наш корабль в розыске. И нарваться на какой-нибудь шальной патруль или ещё какую неприятность у меня, например, никакого желания нет…

Налив кофе, я развалился в кресле, поджидая, пока подтянется Джимми. Думал обо всем. О том, что ждёт нас на Латоти, о том, как строить свои отношения с Аргуссосом дальше, да и вообще… У меня крепло ощущение, что жизнь наша меняется.

Вдруг поймал себя на мысли, что о деньгах, которые можно было выкрутить