Девятая стрела Хаоса - Алексей Анатольевич Рудаков

Проблемка, не находите?

И тут на сцене появлялся мастер Симар. С грузом ярчайшего, свежевыловленного жемчуга. Спаситель и благодетель – прямо-таки ангел. Только сумеречный. И, что самое главное, с дарами, официально признанными местными теологами, частицами проклятых Ярких Богов, требующими немедленного уничтожения.

И, что особо важно – сей ангел готов поделиться ими.

За определённую сумму, разумеется.

Можно и натурой, но дороже. Натурой, это не то, о чём вам могли нашептать своими вкрадчивыми голосами слуги Слаанеша.

Нет, натура, которую принимал мастер Симар, была иного толка.

Руда, ценная древесина и всё то, что помогало ему строить хитроумные ловушки, и, рискуя жизнью, расставлять их на ярких тропах, где иногда, редко-редко, но пролетали такие ценные шарики.

Но Слаанешь продолжает шептать и вы, поддавшись сладким речам, всё же предлагаете взять натурой?

Местной. Теми самыми полу-грибами?

И куда её потом девать?

Извращенцев в галактике хватает, но даже они, да что они – даже Тёмные Эльдары, которым Симар пытался продать опытную партию – и те отказались.

– Так и пришлось назад вести, – завершил он краткий курс по планете, которым он потчевал меня в своей каюте: – Только в минус ушёл. Правда, – поднявшись со своего места он подошёл к шкафчику и извлёк на свет округлую бутылку тёмного стекла: – Правда мне это только в плюс вышло.

– В плюс? – Приняв от него рюмку принюхиваюсь – недурно.

– Да. Те создания, ну, от которых все отказались, такие ужасы своим понарассказывали, что их сразу святыми страстотерпцами сделали. Ну а меня, – он отсалютовал мне рюмкой и одним глотком опорожнил её: – Меня они полубогом, посланником Сумеречных, объявили.

Склоняю голову признавая его достижение и выпиваю свою.

– Только прошу тебя, – Симар разливает по новой: – Молчи. Чтобы там не случилось – слушай меня и молчи.

Запись номер МХХР-24-ССВА-057

Вблизи, из иллюминатора заходившего на посадку челнока, этот мир выглядел ещё хуже.

– Не удивлён, что ему и имени не присвоили, – отвернувшись от тусклой равнины, усеянной сплюснутыми, как камни для кёрлинга деревьями, я запахнул на груди длинный тёмный плащ.

– А зачем? – Мастер Симур, почесав кончик носа рукой в тёмно коричневой перчатке, тоже поплотнее запахнул своё просторное одеяние: – Этот мир нашёл я, и, как ты понимаешь, делиться информацией о нём у меня желания нет. Координаты только у меня, – он довольно усмехнулся: – Незачем местных разными блескучками искушать.

«Ага. И цены сбивать» – подумал я, естественно, не озвучивая своих мыслей.

Делегация, состоявшая из самых-самых-самых граждан этого мира, ждала нас подле одного из стволов-бочонков дерева этого мира. Всего было штук восемь, или около того, созданий. Извините, вот не могу я их иначе называть. Полу-грибы? Недо-люди? Какое право имею я, лезть в их, устоявшиеся за долгие столетия, если не тысячелетия, порядки?

Пусть будут создания.

Шедший впереди Симур остановился, когда до толпы оставалось около пяти шагов. Немного покопавшись в своём одеянии он вытащил наружу коробку коммуникатора и, держа её на вытянутых к…эээ… созданиям, руках, коротко поклонился.

– Рад встречи с вами, почтенные! – произнёс он в вытянутый прут микрофона.

Тишина.

– Долог и тёмен был мой путь к вам, – продолжает Симур, и на сей раз ему отвечают. Кто? Не знаю – толпа по-прежнему неподвижна.

– Рад встрече с тобой. Были ли Сумеречные милостивы? – Ровный механический голос переводчика идёт от коробки коммуникатора. Он лишён каких бы то ни было эмоций, но до меня докатываются эманации надежды, тревоги и страха.

– Были, – Симур кивает мне, и я толкаю в сторону существ небольшую грав-платформу, посреди которой стоит коробочка с восемью жемчужинами. И коробка, и платформа выкрашены тёмно-зелёной, почти чёрной краской.

– Я смотрю, – изрекает коммуникатор и к коробке тянется гибкая рука на блекло-желтой коже которого видны тёмные пятна. Прищуриваюсь, выводя на забрало шлема более крупную картинку.

Три кривых кольца, сложенные пирамидой. Хм… Нургл? Отец Чумы и Лорд Разложения? Что ж… Он вполне мог так обойтись со своими, потерявшими голову от страха, последователями.

– Подношение принято, – доносится из коммуникатора: – Сегодня ты нас порадовал. Мы не будем карать тебя.

Карать? Полубога? Сдаётся мне, что версия Симура несколько отличается от действительности.

– Тебе будут переданы материалы для новых ловушек, – гибкая рука подхватывает шкатулку с платформы, и вся толпа начинает пятиться, отступая за дерево-бочку.

Всё. Наши дела здесь окончены.

Повинуясь знаку Симура, пячусь назад, переступая через трещину в почве, курящуюся сизым дымком. То ли так совпало, то ли Нургл скучая в своём тошнотном Саду решил пошутить, но вырвавшаяся из земли струя дыма надувает мой плащ пузырём, поднимая края почти до пояса.

– Яркий?! – Оживает коммуникатор в руках торговца: – Ты посмел привести Яркого в наш дом?

Ну да – яркого, и ни как иначе. Поножи сверкают полировкой и ткани, несмотря на все мои старания, опускаться не желает. Мои попытки прикрыться делают ситуацию только хуже – плащ распахивается, и я предстаю во всей красе своей сверкающей брони.

– Отступник! Как смел ты обмануть нас?!

До меня докатываются волны злобного гнева, и, как ни странно – страха. Они боятся? Одного человека? Их же тут толпы – разорвут, если соберутся с силами. Но вот идти в атаку они явно не собираются. Наоборот – толпа резво исчезает за деревом и коммуникатор, оживший в руках мастера Симура, доносит до нас:

– Тебе здесь больше не рады! Оставь нас и не приходи более!

Запись номер МХХР-24-ССВА-058

Мастер Симур мрачен.

Экипаж, да и мы тоже, стараемся лишний раз не вылезать из каюты, опасаясь нарваться на раздражённого хозяина и все удары его гнева принимают на себя вахтенные, обязанные находиться на своих постах.

Мои извинения, самые искренние не помогают – наш наниматель только мотнул головой, не дав мне довести до конца покаянную речь.

Да ну и к демонам его!

Я же говорил – нечего мне с ним идти? Говорил!

А то, что так вышло – в чём моя вина? Там эти трещины повсюду были. Просто не повезло.

Денег, несмотря на мои опасения, Симар не зажал. Выплатил за высадку как положено, и теперь в нашем банке, роль которого играла железная шкатулка, сооружённая Торром, было десять тысяч кредитов и одна жемчужина. Её нам на том водном мире подарили. За помощь. Как по мне, то могли бы и больше отвалить – ведь всё же именно я завалил того монстра.

Ну да ладно. Пусть их. За грех жадности им, у подножия Трона, ответ держать.

И на том – спасибо.

Третьей точкой нашего маршрута был пустынный мир. Четвёртая планета системы Илин.

Камни, песок, кусты. Местные занимались разведением овец, чья шерсть очень ценилась среди миров Фронтира. Им мы везли древесину, ага – ту самую, с предыдущей планеты, ну а взамен нас ждали тюки шерсти, которые следовало переправить на следующую точку маршрута, где бы её очистили, переработали и принялись бы продавать портным и прочим, выделывавшим из неё практичные и удобные одежды.

В общем, если возвратиться к началу, вы видите причину, приводившую мастера Симура в крайне мрачное состояние.

До Илин Четыре оставалось меньше суток полёта, когда пойманный сигнал бедствия заставил «Счастливую Кнопку» резко переменить курс. Это в обжитых мирах торговец, подобный нашему хозяину мог бы позволить себе не заметить подобное. А что такого? Кораблей много, авось кто ни будь другой свернёт с курса, спеша оказать помощь. Даже если потом и обвинят в преступном уклонении – заплатит штраф, да уйдёт в другую часть Империума. Делов то.

Но здесь, в пространстве Фронтира, такое каралось жёстко – смертью. И избегнуть кары можно было только сбежав отсюда. А куда? Куда бежать, если в обжитых мирах прибытие подобного корабля, сразу вызовет пристальный интерес профильных структур? Мало ли где он странствовал, мало ли, с какими расами дела вёл? А нет тащите ли вы, подхваченную не пойми где, заразу Хаоса? И когда вы, капитан, последний раз, душу исповедью, облегчали? Давно? Хм… А нет ли в этом ереси? В таком пренебрежении вопросами, связанными со спасением души? Ну – и так далее.

В общем – тем, кто оказался на Фронтире, лучше было здесь и оставаться.

И, как прямое следствие, соблюдать все правила – что писанные, что неписанные. Причём вторые – те, что были основаны на законах выживания и взаимопомощи, соблюдались куда строже положенных на официальные бланки.

Система Калвиус,