Девятая стрела Хаоса - Алексей Анатольевич Рудаков

– Погано же вы живёте, – сплёвывает он в щебень: – Полез бы кто ко мне в логово – сразу б по лбу чоппой словил!

– Может это и правильно. Только прошу, – поднявшись на ноги, направляюсь к кораблику: – Мне же опять прикоснуться придётся. Вы того, на слова, ну, что из меня полезут, внимания не обращайте. А лучше, – замерев против люка, глубоко вдыхаю: – Подальше отойдите. Мало ли что.

Запись номер МХХР-24-ССВА-061

– Именем Его, – поднеся руку к кодовой панели жму цифру два: – Да будут преграды, на пути слуг Его, – теперь мой палец касается цифры семь: – Сняты! Ибо свет слов Его, – жму цифру один: – Истинен! Амен! Амен! Амен! – Кнопка с нулём трижды уходит вглубь панели.

Щёлк!

Вся панель – с цифрами, решёткой микрофона и динамика, откидывается на скрытых петля.

– Хм, командир? – Стоящий рядом Тал-ка сдвигает шлем на затылок: – А просто код набрать? Два-семь-один? И три нуля? Нельзя было? Без слов этих?

– Это не слова. – сняв перчатку подношу руку и открывшемуся на месте панели сканеру: – Сие была молитва, двери отворяющие.

– Молитва? Как по мне, то вы просто при нужном слова кнопку жали.

– Так и есть, – выдохнув, кладу ладонь на панель: – Так запомнить код проще. И вообще, – чувство мощи Империума накатывается на меня и восторг от того, что я её часть – пусть малая и ничтожная, но часть, переполняет всё моё существо:

– Что ты, синемордый, можешь в этом понимать?! Имя Его превыше каких-то там железок! Возрадуйся, ничтожный! Ты только что стал свидетелем чуда! Трижды обратился я к Нему, и Он…

– Его опять закоротило? – Подошедший ко мне орк занёс свою лапищу над моим плечом, но прежде чем зелёные пальцы вцепились в наплечник, дверь вздрогнула и медленно, со скрипом, принялась втягиваться в борт, открывая проход внутрь корабля.

Секунда, и на меня, сбивая с ног, обрушился поток хлама.

Какие-то рычаги, шланги, обломки плат с торчащими во все сторону разлохмаченными проводами – река мусора, вываливавшаяся из нутра лежащего на боку корабля, сбила меня с ног и почти погребла под собой, опрокинув на спину.

– Ты как? Жив? – Отскочивший в сторону при начале этого обвала орк оттащил меня в сторону и, усадив спиной к стенке траншеи, пощёлкал пальцами перед лицом:

– Э? Командир? Варбос? Ну? Скажи чё ни будь.

– Чё ни будь, доволен? – Стащив с головы шлем я шумно выдохнул: – Фууух! Никогда бы не подумал, что в таком небольшом корабле может быть столько хлама. Это ж как его запустили?!

– Во! Очухался! – Довольно щёлкнув пальцами, Торр оставил меня, и, подойдя к вывалившимся обломкам, запустил в них обе руки издав довольное ворчание.

Ну да, орк же – ща он там много вкусного накопает.

– Командир? – Присевший рядом со мной на корточки Тал-ка мотнул головой в сторону черневшего проёма: – Вы не против, если я зайду туда? Вам, я думаю, лучше отдохнуть. Да и вообще, – потеребив застёжки шлема, он бросил на меня короткий взгляд: – Вам, командир, лучше держаться подальше.

– Согласен, – киваю, чувствуя, как краска начинает заливать лицо: – И ты, шас-вре, тоже там. Ну, поосторожнее давай.

– Конечно! – Обойдя Торра, увлечённо раскладывавшего прямо на земле сложный пасьянс из обломков, Тал-ка, чуть потоптавшись у входа, решительно взялся руками за края проёма и, чуть пригнувшись, просунул голову внутрь.

– Ха! – Его голова высунулась наружу несколько секунд спустя: – И вы, имперцы, называете это кораблём?! Груда хлама! У вас здесь даже шлюза нет! А это? – Он презрительно фыркнул, ковыряя пальцем что-то в проёме: – Резина! Вы используете резину для уплотнения швов?! Какое варварство! Нет! Вам, – развернувшись, он ткнул пальцем в мою сторону: – Дико повезло, что мы сторонники доктрины Великого Блага! Будь мы хоть чуть кровожаднее, то ваша никчёмная и дикая раса давно бы была сметена с полотна галактики!

– Торр? – Не меняя позы киваю на Тал-ка: – И его коротнуло, тащи нашего героя наружу.

В себя Тал-ка пришёл спустя пару минут, а как пришёл, то, выслушивая наш пересказ произошедшего, посерел – мы краснели, тау – серели.

– Простите, – поникнув головой он завертел в руках шлем: – Не понимаю, что на меня нашло.

– Может мне сходить? – Торр, рядом с которым громоздились горки отобранного хлама, встал, и, потянувшись посмотрел на нас: – Вы там были, значит и мне пора.

– Стой! Нет! – Проорали мы хором с Тал-ка, а Уй-кан и Сид-ла, бросившись к нему повисли на руках орка.

– Торр, – поднявшись на ноги, я подошёл к нему: – Вот нам только не хватало, чтобы и ты свихнулся. А ну как в драку – во имя Горка и Морка полезешь? Нам же тебя не остановить.

– Я?! В драку? Вы чего, серьёзно?

– Абсолютно! – Тал-ка, встав рядом со мной, часто-часто закивал головой: – Там что-то есть. В корабле, – вытянув руку он указал на проём: – Стоит коснуться и тебя такой патриотизм накрывает! Нет, дружище, – трёхпалая клешня легла на зелёную грудь: – Не стоит туда лезть.

– Не стоит, это ты верно говоришь, – кивнув, подхожу к кораблю и, сложив руки за спиной, заглядываю внутрь: – Но надо. Иначе нам отсюда не выбраться.

– Я, поначалу, – Тал-ка, тоже с руками за спиной встал рядом: – Подумал, что это Дух Машины. Тот, о котором ты нам рассказывал, – повернув голову, он посмотрел на меня: – Что он так на тебя подействовал. Но потом, когда и меня накрыло, решил, что нет, не он. Чего ради, ему, на меня воздействовать? Я же – чужак? Вот был бы страх – тогда да, согласился бы. Ну, что дух машины – своим радуется, отсюда и патриотизм, а чужаков прочь гонит.

– Логично, – кивнув, заглядываю внутрь, пытаясь хоть что-то разглядеть в царящей там темноте:

– А лезть придётся.

– Может ты молитву какую знаешь? – Отступивший назад Тал-ка не скрывает своего смущения: – Я вот подумал – это же твой, ваш, то есть корабль: – Техника ваша мне не знакома, у нас всё иначе, но вдруг что-то внутри услышит твои слова и поймёт, что мы не враги?

– Услышит?

– Ну да, – кивает он: – Я понимаю, что звучит бредово, но может стоит попробовать? У тебя же вон, – показывает он на мой молот, лежащий рядом: – На нём разве не молитвы выгравированы? И ты веришь, что символы, в определённом порядке нанесённые на оружие, делают его сильнее. Может и тут сработает?

– Это, – подтянув молот, глажу покрытую священными письменами рукоять: – Работает.

– Ну так попробуй! Вдруг и слова сработают?!

– Хорошо. – Отложив оружие становлюсь на колени: – Только вы отойдите. Молитва – дело интимное, особенно, когда она от сердца идёт. Не смущайте меня.

Все четверо отходят и я, сложив руки перед грудью, начинаю:

– Отче мой! Слуга и раб, недостойный праха у ног твоих касаться, к Тебе взывает!

Краем уха слышу вздох Торра: – А ничего себе, командир-то наш! Эк он ради всех нас унижается! Да ни один орк не позволит… Возвышаю голос, перекрывая его шёпот:

– Творение слуг твоих верных, тех-жрецов возвышенных, пред собой вижу! Молю тебя! Снизойди! Благословение своё ясное на…

Договорить не успеваю – выскочившее из темноты блестящее щупальце с четвёркой широких когтей на конце, бьёт меня в грудь, опрокидывая на спину. Миг, и к нему присоединяется ещё одно, точно такое же – разница лишь в том, что это заканчивается глазом объективом, обшаривающим мою распростёртую на спине фигуру. Ещё немного и с режущим слух цоканьем из темноты выступают суставчатые лапы, заканчивающиеся острыми даже на вид, когтями. Толкаясь ногами пытаюсь отползти от проёма, но ещё пара щупалец, таких же, как и самое первое, с когтями, мигом оплетают моё тело и вздёргивают в воздух.

– Инквизитор? Здесь? – Шипит, подлетая к моему лицу то, что заканчивается окуляром: – Прикажи своим опустить оружие!

Вывернув шею вижу, как тройка тау, пятясь и расходясь в стороны, держит на прицеле выход из корабля, а орк, рыча что-то неразборчивое, примеривается для броска, занеся над головой крупный камень.

– Прикажи им остановиться! – Голос исходит от корабля и я, перевожу взгляд на вход. Там, вцепившись руками в подлокотники многоногого кресла, видна сгорбленная фигура техножреца, закутанного в обрывки мантии. Его лысую и бледную голову опоясывают перепачканные кровью бинты и он, задрав вверх исцарапанное лицо, повторяет: – Прошу – не стреляйте!

Запись номер МХХР-24-ССВА-062

Техножрец Виталий Рокил, принадлежал к Легио Кибернетика – подразделению Адептус Механикус, отвечавшей за разработку различных роботов – как боевых, так и мирных, навроде утраченного мной сервитора –