Без страха и упрёка 2 - Андрей Борисович Земляной

— Два красных дыма с противоположных сторон объекта.

Тихонов посмотрел на снимок.

— Значит, к самой базе придётся подойти близко.

— Иначе бомбардировщики могут накрыть соседние склады.

Сулакшин просмотрел таблицу связи.

— После передачи остаёмся в эфире?

— Получаете подтверждение и сворачиваетесь. Смотреть, как работает авиация, никто не остаётся.

Руденко помолчал и добавил:

— И особенно проследите, чтобы Штурмин понял: внутрь не входить, документы не брать и генералов по подвалам не искать.

Тихонов едва заметно усмехнулся.

— Это придётся объяснить отдельно.

На подготовку ушёл следующий день. Пулемёт не брали: если дело дойдёт до большого боя, операция уже провалена. Каждый нёс «ППС» с прибором беспламенной бесшумной стрельбы, пистолет, гранаты и запас патронов. Борис Ласкин взял часть груза радиостанции, Копытин — дымовые шашки и несколько мин на отход, Восканян — винтовку. Катерина сократила медицинскую укладку до необходимого минимума.

Перед выездом Руденко привёз новые сведения.

— Утром к объекту пришли дополнительные радиостанции, бронемашины и два танка. В районе Старобельска отмечено движение нескольких штабных автомобилей. Возможно, готовится большое совещание.

— Тогда поспешим, — сказал Тихонов.

На аэродроме их ждал «Ли-2». Самолёт доставил группу ближе к фронту, после чего армейская разведка на грузовике довезла их до участка перехода. Последние километры ехали без света, пропуская колонны с боеприпасами и тягачи с орудиями.

Линию фронта пересекли по руслу высохшего ручья. Артиллерия работала редко, над степью время от времени поднимались немецкие осветительные ракеты, но до глубоких оврагов их свет почти не доставал.

К рассвету группа уже лежала севернее дороги на Калач.

Днём отоспались в заброшенной кошаре, ночью обошли город по балкам, пересекли железнодорожную ветку и к утру добрались до района старой машинно-тракторной станции.

Снаружи она действительно выглядела почти безупречно.

Во дворе стояли грузовики, возле одного автомобиля двое солдат возились под поднятым капотом, из кузницы тянулся дым, у сарая лежали снятые колёса. Несколько человек в рабочих комбинезонах таскали детали между корпусами.

Но уже за первый час Алексей насчитал слишком много охраны.

Часовой сидел на чердаке крайнего здания и наблюдал не за двором, а за дорогой. Ещё один пост находился возле оврага с генератором. Патруль из трёх человек регулярно обходил внешние подступы, а у въезда находились две замаскированные пулемётные точки.

Сулакшин отполз к заросшей канаве и вернулся минут через сорок.

— От стенки ремцеха кабели уходят в землю. Пять линий точно, возможно, больше. Грунт свежий.

— Куда?

— К Калачу, на запад, на юг и к полевому узлу за оврагом.

Тихонов ещё раз посмотрел на мастерские.

— Значит, место нашли. Теперь нужен хозяин.

Группа разошлась вокруг объекта. Восканян занял высоту западнее дороги, Копытин проверил северный овраг и будущий маршрут отхода, Алексей с Гарсиа нашли подходы к точкам постановки дымов. Сулакшин остался с радиостанцией в низине, Катерина рядом с ним, Борис прикрывал дорогу.

Первый день ничего не дал.

Приезжали связисты, санитарная машина, несколько офицеров, но через час все уехали.

Ночью пришлось сменить позиции. Немецкий патруль дважды заходил в посадку, и одному из солдат удалось пройти от Восканяна меньше чем в десяти шагах.

Солдат остановился, закурил и несколько минут смотрел в темноту. Сарик даже не повёл винтовкой: исчезнувший часовой поднял бы тревогу раньше, чем на объекте появился нужный человек.

Утром девятнадцатого ноября на северо-западе заговорила артиллерия.

Сначала пришёл далёкий гул, затем земля под локтями начала непрерывно дрожать. Во двор базы выбежали офицеры, связисты потянулись к подземным помещениям, грузовики стали освобождать проезд. Через двадцать минут с западной стороны подошли первые штабные машины.

— Наши начали, — тихо сказал Борис.

— Дорогу смотри, — ответил Тихонов.

К девяти утра движение заметно усилилось. Через Калач шли грузовики, санитарные машины и подразделения связи. Несколько автомобилей свернули к базе, но Вейхса среди прибывших не было.

Восканян сообщил о колонне в десять семнадцать.

— Третий Первому. С запада четыре легковые, машина связи, броневики и танк. До объекта около двух километров.

Тихонов поднял бинокль.

Возле ворот уже собиралась охрана. Из здания мастерской вышли старшие офицеры, солдаты торопливо убрали с проезда грузовик, который весь предыдущий день изображал неисправность.

Колонна показалась из-за подъёма. Впереди шли бронеавтомобиль и танк, за ними несколько легковых машин, автомобиль связи и ещё один броневик.

Машины остановились в разных местах двора.

Из второй легковой вышел высокий худощавый генерал в серой шинели. Офицеры возле мастерской подтянулись, и несколько секунд лицо прибывшего было хорошо видно в профиль.

Тихонов передал бинокль Алексею.

Штурмин сравнил человека с фотографиями. Высокий лоб, вытянутое лицо, короткие седые волосы, характерный наклон головы во время разговора.

— Он, — сказал Алексей.

Тихонов продолжал наблюдать ещё несколько секунд.

Вейхс переговорил с встречавшими его офицерами и вместе с ними вошёл в центральный корпус. Следом прошли не меньше десятка человек, двери закрылись, машины начали убирать под навесы.

— Пятый, давай «Гром».

Сулакшин развернул антенну, сверил частоту и передал ключом условную группу цифр, дождался ответа и отбил ещё две «квитанции». Ответ пришёл почти сразу.

— Гром принят. Поднимаются.

— Сворачивайся. Остальным приготовиться.

Следующие полчаса тянулись особенно медленно.

На базу успели прибыть автобус со штабными офицерами, две машины с румынскими флажками и ещё один автомобиль связи. Во дворе стало тесно, телефонисты бегали между зданиями, возле навеса заработал второй генератор.

А потом с востока пришёл гул моторов.

— Пошли, — приказал Тихонов.

Алексей и Гарсиа двинулись раздельно. Штурмин использовал канаву, где лежали телефонные кабели, Энрико двигался южнее вдоль старой ограды машинного двора. Ближайшие посты находились меньше чем в трёхстах метрах.

Самолётов ещё не было видно.

Алексей поставил шашку возле развилки, запустил замедлитель и сразу начал отходить. С южной стороны почти одновременно поднялся первый густой столб красного дыма, через несколько секунд загорелся второй.

На базе мгновенно поднялась тревога.

Часовой у ворот закричал, солдаты схватились за оружие, пулемёт начали разворачивать к северной канаве.

— Всем отход! — передал Тихонов.

Первые «Пе-2» появились над районом уже тогда, когда Алексей спускался по склону к оврагу. Позади затрещал пулемёт, очередь прошла выше и срезала сухие стебли впереди. Штурмин скатился на дно канавы, пробежал несколько десятков метров пригнувшись и встретил Гарсиа у поваленного забора.

— Цел?

— Да. Пошли.

Они успели добежать до северного оврага, когда над головами нарастил вой моторов.

Первый взрыв ударил где-то за спиной настолько тяжело, что земля под ногами качнулась. Следом пришёл второй, третий, несколько разрывов слились в один грохот, по