Сон мертвеца - Ася Виленица

разных неподходящих личностей вроде Хана, – затем, одним движением перебравшись ближе, он оказался прямо напротив меня. – Тебе понадобится платье. На Ортане такого точно не купишь, придется выбраться куда-нибудь…

– Достаточно будет выбраться в мою квартиру, – прервала я его.

– Я не уверен, что твои вечерние платья подойдут для летнего бала. У нас строгие требования к фасону, тканям. Цвета не должны совпадать с королевскими, но при этом нам с тобой надо гармонично смотреться вместе.

Он выглядел и говорил так уверенно и даже заносчиво – именно сейчас я увидела в нем типичного выходца из высшего сословия мира туманов. Все время, проведенное в этом доме, я регулярно сталкивалась с отголосками характеров разных миров, то и дело вспыхивающих в искателях. Придирчивость Кана и Джуна в подборе одежды; чрезмерная забота Ан-Ёна о цветке; жесткий, словно монументальная металлическая конструкция, характер Во’она; отсутствие понимания «личного пространства» у банглаорцев. Порой возникало ощущение, будто я нахожусь на самой границе между всеми мирами Веера. Стою на распутье, наблюдая за происходящим, а за спиной – мой мир с его закостенелыми правилами и традициями. Мы во многом друг друга не понимаем, но это, кажется, и не обязательно. В голову тонким ручейком прокралось осознание, что делает всех вокруг именно командой. Они, может, и не понимают, но определенно принимают друг друга. Я подавила желание закатить глаза и лишь спокойно прервала Кана:

– Если у меня завтра не найдется ничего подходящего, то я обещаю питаться доставкой весь день твоего следующего дежурства по кухне.

Кан склонил голову. Не было понятно, думает ли он или попросту пытается оценить мое ментальное состояние.

– Идет, – наконец, сказал он и протянул руку, – но… – завершающее нашу сделку рукопожатие было остановлено в последний момент. – Ты действительно будешь есть доставку, а не голодать весь день в обнимку с коробкой печенья.

– Все по-честному, съем все, что закажешь, – рассмеялась я, и мы пожали руки.

– Твой проигрыш создаст отличный прецедент, – впервые за вечер подал голос Ан-Ён.

– Да, – поддержал его Хан, – еще пара таких споров, и мы снова вернемся к жизни на доставках.

Я не стала возражать, позволив им думать, что все действительно пройдет так легко.

* * *

Выйдя утром после душа, завернутая лишь в полотенце, я не испытала ни капли возмущения, обнаружив Эйрика, сидящим на заправленной кровати. По идее, я должна была бы злиться на то, что понятие «личное пространство» в этом доме умерло так же, как и свобода личности на Ортане, но на этого парня злиться как-то не получалось.

– Ты ведь не про цветок пришел спросить, да? – Я откинула со лба мокрые пряди и проверила, что полотенце держится достаточно крепко.

– Ааа, – парень лишь слегка смутился, – да нет, я хотел поговорить про Марка. Он очень переживает из-за вчерашнего. Взвалил всю ответственность на себя, как обычно.

– Заметила, – я кивнула, все еще слегка ошалевшая от утреннего визита и подобных откровений. – Но если ты думаешь, что я не пыталась его переубедить…

– Нет-нет, – прервал меня Эйрик, – вероятно, ближайшие дни он будет несколько навязчив в своей компании, желании защитить и помочь. Таков его способ переживать чувство вины. Не могла бы ты просто молча принимать все это?

– Могу даже быть ему за это благодарна, – я улыбнулась. – А еще я буду очень благодарна, если ты сейчас дашь мне одеться.

– Ох. Да, извини. Спасибо тебе за понимание. – Он кивнул мне и быстро вышел за дверь.

Я же занялась составлением списка вещей, которые мне еще надо было забрать из квартиры. Если у меня вновь после портала разыграется тревожность, то будет хотя бы на что опереться. Первый вариант списка оказался весьма внушительным, как будто я на год сюда съезжать собралась. Я решительно вычеркнула половину, и второй вариант выглядел уже куда более реалистичным. Грядущий визит домой поднимал настроение, а грядущий бал вообще звучал как ожившая сказка. Даже несмотря на контекст кражи запрещенных артефактов.

Сегодня за еду отвечал Ан-Ён, поэтому, спустившись к завтраку, я ощутила знакомый запах кукурузных оладьев. За прошедшие полторы недели он готовил уже третий раз. Делал он это прекрасно, но в его арсенале, увы, было всего два блюда. Кукурузные оладьи и кукурузный суп. Мне даже начинало казаться, что в его прошлом была страшная темная история, связанная с этим овощем. Иначе с чего он так рьяно уничтожал его популяцию?

– Доброе утро, – зевнула я, – а разве Эйрик не спускался?

– Спускался, – очередная порция теста с шипением отправилась на раскаленную поверхность сковородки.

– Ушел досыпать или тренироваться?

– Да-а, – протянул он, – с Марком.

Этот мужчина, судя по моим наблюдениям, жил в парадигме сохранения энергии. Я еще ни разу не заметила, чтоб он сделал или произнес что-то сверх требуемого. Однако были и исключения.

– Орхидея зацвела, – Ан-Ён махнул головой в сторону гостиной. – Не так уж плохо, оказывается, ты с ней обращалась.

Я оглянулась. Ближе к основанию стебля на растении красовался только начавший раскрываться бутон ярко-пурпурного цвета с темно-зелеными прожилками. Пока этого не было заметно, но я знала, что внутри бутона покоятся длинные ядовитые отростки, используемые растением для охоты на некоторых крупных насекомых и мелких грызунов.

– Значит, все-таки восточная, – блеснула я скудными знаниями флоры Юнцайеса. – Она же безопасна для людей, пока не живет в болоте?

– Кто тебе такое сказал? – усмехнулся Ан-Ён, складывая порцию готовых оладий на тарелку. – Убить не убьет, конечно, но вырубить на несколько часов вполне может, а там уже от обстоятельств и здоровья зависит.

Я в очередной раз задумалась, какие цели преследовал мой бывший парень, преподнося мне такой прощальный подарок. Мне-то казалось, мы разошлись вполне мирно, как взрослые люди. Хотя всегда оставалась возможность, что он надеялся на благотворное влияние орхидеи на мой мозг. Я слышала, ее яд в малых количествах используется в ряде лекарств для восстановления функций мышления.

– Не переживай, – Ан-Ён воспринял мое молчание не совсем верно. – Пока я кормлю ее достаточным количеством мяса, она будет безобиднее котенка.

– Я поливала ее мясным бульоном и скисшим молоком, – мне удалось перехватить пару оладий прежде, чем тарелка снова перекочевала ближе к плите. По-видимому, парни еще долго сидели вчера в гостиной после моего ухода, поэтому вставать никто не спешил.

– Это почти верно. Тебе доставили ее с какой-то инструкцией? – Он налил нам в небольшие стеклянные кружки свежезаваренный синий чай.

– Куда уж там, – я глядела на завитки пара и ждала, пока напиток остынет. – Моя подруга родом с Юнцайеса. Она подсказала, что обычная вода и химия из цветочного мне не подойдут.

– Но забрать у тебя орхидею она, конечно