Эмкаэлка - Анюта Соколова

— Она просто оружие, Кир. Послушный исполнитель. Грегори тренировался на ней создавать своих по-собачьи преданных девочек и преуспел. Но мы хотя бы понимали, что «одни из». А вся жизнь Илизы такой же самообман, как идиллическая старость в роскошном поместье с любящим мужем.

— Не согласен, — горячо возразил он. — Долли эта гадина убила самостоятельно, без приказа.

— Кстати, о Долли, — я села с ним рядом. — Как всё прошло?

— Зарастил рану и оставил тело в зарослях рядом с оранжереей. Когда бедняжку найдут, решат, что она скончалась от сердечного приступа. Хотя до сих пор считаю, что это неправильно! Убийца должен быть наказан!

— Против Илизы нет никаких улик. Даже если кто-то в поместье видел, что она куда-то повела Долли, это ничего не доказывает. Мало ли какое поручение дала горничной экономка! А сфабрикуй мы доказательства, Грегори всё равно не допустит суда. Илиза наверняка числится его агентом, он заберёт её в тюрьму Тайной службы и там придушит. Пусть родные без проблем похоронят Долли, а справедливость оставим Господу Богу.

— Ты слишком добрая, Хел, — Кир отвернулся.

— Не со всеми, — я провела пальцами по невидимому колье на шее.

— Нам нужно как-то подстраховаться, — озабоченно сказал Кир. — Предъявим мы Фолеру обвинение, а дальше что? Ты мертва, я фархизец, Илиза долго не проживёт. Он посмеётся над нами и подошлёт очередных убийц.

В окне проплывали поля — бескрайнее пёстрое разнотравье. Солнце играло с мягкими белыми тучками, то пряталось, то высовывало лучик. Очень хотелось выскочить из кареты и побежать, раскинув руки, словно крылья, а потом упасть в душистую траву и смотреть в бездонную высь…

— Кир, я знаю такого свидетеля, над которым Грегори не сможет посмеяться.

Глава 18

— Хеллин?!

На ошарашенное лицо Грегори было чертовски приятно смотреть, особенно меня порадовали выпученные от изумления глаза. Прислугу он не держал из экономии и дверь нам открыл собственноручно.

— Добрый вечер, господин Фолер, — за меня ответил Кир. — Позволите войти?

Мы решили, что говорить будет он: я боялась сорваться и всё испортить.

— Что вы здесь делаете, господин Эрен? — надо отдать Грегори должное, он быстро справился с потрясением. — Зачем вы отправили мне ложное письмо? Вы срываете операцию государственного значения! И что за старуху вы с собой притащили?

Рот Илизы задёргался. Кир лишил её возможности говорить, но слух и зрение вернул. Так она могла идти сама и не спотыкаться на каждом шагу, оставить же её в экипаже мы не рискнули.

— Какая же это старуха — вполне крепкая дама, — весело возразил Кир. — Со стилетом управляется — дай бог молодым! Что же касается операции, то она завершена, и вы об этом знаете. Так мы можем пройти или вы предпочитаете беседовать на лестничной площадке?

— Проходите, — Грегори широко распахнул дверь.

Я не сводила взгляда с его рук. Наверняка он тоже носит артефакт, который в случае опасности подаст сигнал. Кольцо, булавку, зажим для галстука или пуговицу, как Илиза. А ещё у него обязательно должно быть оружие, если не при себе, то где-то в комнатах точно. Грегори перехватил мой взгляд и издевательски прищурился:

— Ну же, Хеллин, вам прекрасно известно, куда идти.

За прошедшие десять лет в его квартире ничего не изменилось. Время словно застыло. На стенах были те же выгоревшие полосатые обои, окна закрывали плотные жаккардовые шторы. Не поменял своего положения продавленный кожаный диван, с потолка всё так же внушительно свисала люстра с подвесками из кадисского стекла, звенящими от малейшего движения воздуха. Дверь в спальню скрывали старинные бархатные занавеси с кисточками разлохматившейся бахромы, кресло, в котором я безудержно рыдала в день своей отставки, по-прежнему накрывал холщовый чехол. Кир усадил туда Илизу, я устроилась на диване, Грегори остался стоять.

— Где колье? — строго спросил он.

— Здесь, — Кир похлопал себя по карману сюртука. — Хотите удостовериться? Ответьте, где принц Азиар.

— Заперт в гостевой спальне. Покажите колье, — тёмные глаза Грегори сузились до щёлок.

Рубины без должного освещения выглядели обычной розово-лиловой галькой.

— Скажите, господин Фолер, неужели, по-вашему, эти камни стоят шести человеческих жизней? — Кир повертел украшение, ловя скудный свет.

— Откуда вы шесть-то насчитали? — проворчал Грегори таким тоном, словно речь шла о завышенной смете на канцелярские расходы.

— Хеллин, я, Илиза, девочка-горничная, Её Высочество Иолана и Его Высочество Азиар. Вы же не собирались оставлять принца в живых, раз поселили его у себя дома?

— Вас так заботят императорские отпрыски? — Грегори не сводил взгляда с колье. — Про горничную вообще впервые слышу. Остальные… Жертвы неизбежны, господин Эрен. Поступая на Тайную службу, агенты знают, что шансы дожить до пенсии у них невелики. Хеллин стоило проучить, Илиза зажилась на свете. А вы сами виноваты — погнались за большими деньгами.

— Как у вас всё складно получается, — Кир убрал колье в карман. — А предать своего короля и своё государство вам совесть позволила?

— Совесть? — Грегори скрестил руки на груди. — Ради блага государства, господин Эрен, я вкалывал, словно каторжник на рудниках, без отпусков и выходных. Не щадил ни себя, ни агентов. Но один король подарил моё родовое поместье жалкому бездельнику из низшего сословия, а второй щедр лишь на символические награды. Все средства он тратит на собственную никчёмную персону.

Пальцы Грегори потянулись к пуговице, я напряглась.

— Ардан Второй — тупое самодовольное ничтожество. Не сегодня завтра в стране вспыхнет восстание, которое поддержат и знать, и мещане, и армия. В самом лучшем случае власть перейдёт Морену, в худшем нас ждёт крах династии Туранов и годы гражданской войны.

— Руки! — жёстко бросил Кир. — Опустите руки, господин Фолер. Мне не хотелось бы разделить судьбу Хел.

— Хел? — брови Грегори сложились забавным домиком. — Боже мой, вы что, прониклись состраданием к эмкаэлке?

Кир с трудом овладел собой и повторил с нажимом:

— Держите руки так, чтобы я их видел, господин Фолер.

— А иначе что? — Грегори не шелохнулся. — Нашлёте на меня понос? Я кое-что о вас знаю, господин Эрен. Вы мягкотелый идеалист и вряд ли способны на решительные меры. Притом сейчас