Эмкаэлка - Анюта Соколова

— Ты должен был послушаться меня и подменить все камни, — недовольно заметила я.

— И чем бы тогда я отличался от господина Фолера? — Кир убрал рубин обратно. — Нет, Хел. Пусть Его Величество неблагодарная свинья, не будем ему уподобляться. Цена этого камушка — миллиона три, знакомый скупщик в Кадисе заплатит два, мои родители станут свободными людьми.

— А затем? — я уставилась в окно, за которым садилось солнце. — Ты отправишься к ним в Фархиз?

— Затем моё бездыханное тело найдут неподалёку от нашего посольства в Кадисе… Хел, не бледней так! Я создам неодушевлённую копию себя — мне это легче лёгкого. Киар Эрен будет числиться покойником, а мы с тобой, не задерживаясь, рванём в Грион. Тебе нравится северное сияние?

— Ты… — от изумления я не сразу подобрала слова. — Ты возьмёшь меня с собой?!

— Я сильный маг, — твёрдо произнёс Кир. — Найду способ продлить твою жизнь. Не знаю, что сделаю, переверну всю магическую науку с ног на голову, но найду.

— Хочешь понять, где допустил ошибку? — теперь я смотрела на него в упор.

— Ошибку? — он невесело усмехнулся. — Хел, это зовётся несколько иначе. Но мы поговорим об этом потом. Сейчас это было бы бесчестно с моей стороны.

— Главное, не затягивай, — грустно улыбнулась я. — Моё «потом» — восемнадцать оставшихся дней.

— Это мы ещё посмотрим, — Кир упрямо сдвинул брови.

Карета свернула с мощёной дороги на аллею поместья, и я обрадовалась поводу сменить тему:

— Что ты будешь делать с домом? За три дня его не продашь.

— Особняк я снимал, так что просто извещу владельца. Вряд ли он вернёт мне остаток арендной платы, да и чёрт с ним. Чего мне жаль — так это книг. С собой их не увезёшь, бросать опасно. Часть из них — довольно редкие и ценные издания: теория магии, пособия, справочники, описания опытов.

— Ты собираешься отпустить экипаж: попроси извозчика передать письмо в службу Магического Контроля. Они примчатся, не успеешь уложить вещи. Конечно, если тебе не претит делиться секретами фархизских магов с Ширазом.

— Магия не знает границ, — Кир просветлел. — Отличная мысль, Хел! Сейчас и напишу, чтобы не задерживать извозчика.

Он извлёк из саквояжа лист бумаги и принялся энергично писать. К тому моменту, когда карета подкатила к парадному входу, письмо было запечатано. Извозчик невозмутимо выслушал просьбу, стребовал лишнюю монету за услуги и укатил довольный. Я не спешила в дом, прошлась по гравийной дорожке вдоль фасада.

Особняк был окружён изрядно запущенным парком. Раскинулись деревья, разрослись кусты, которые давно не обрезали, вовсю колосилась высокая нескошенная трава. Вечернее темнеющее небо закрывали старые-старые липы с морщинистой от времени корой, аллеи выглядели тенистыми зелёными галереями. Наверное, неплохо было бы провести свои последние дни, бродя по этому парку. Ардан не дал мне такой возможности.

Что ж, я никогда не отличалась сентиментальностью, и липы в Кадисе ничем не хуже, чем в Хортезе. А уж где меня развеют в пыль, и подавно неважно. Дорога — это прекрасно, в дороге не скучно. Каждый день на новом месте, с новыми впечатлениями. В конце концов, во всём есть свои положительные стороны. Я не превращусь в седую дряхлую развалину, не начну ковылять еле-еле и кряхтеть от боли в спине. Красота, да и только!

Кир отнёс вещи в дом и присоединился ко мне. Деревья скрывали закат, лишь розовый отсвет догорал вверху крыши.

— Сегодня переночуем здесь. Утром из деревни придёт кухарка, я отправлю ей Вестника. Надо рассчитаться с доброй женщиной, — в голосе Кира мелькнула грусть. — На обратном пути она зайдёт на почтовую станцию и попросит прислать сюда экипаж. Надеюсь, служащие Магического Контроля прибудут до полудня, иначе книги придётся развеять.

— Они настолько опасны?

— Попадут необученному магу — и беды не оберёшься. Создавать трудно, разрушать легко. Разозлился, вспыхнул, пустил поток сырой энергии — получил землетрясение или пожар. А в Ширазе полно потенциальных магов. Школы-то у вас до сих пор нет.

— Ко мне это «у нас» больше не относится, — фыркнула я. — Меня вышвыривают из страны, на которую я честно работала тринадцать лет. В чём-то Грегори прав: подобным отношением Ардан сам подталкивает людей к государственной измене.

— Разве ты жалеешь, что остановила войну? — спросил Кир.

— Надолго ли? Ардан вцепится в любой повод. Пока его сдерживает Иолана, семья для Его Величества важнее королевства… — я оборвала себя.

Странно, что меня ещё интересует судьба Шираза, политика и многое другое. Пора привыкать к мысли, что я живу сама для себя, причём очень недолго. Что я собиралась сделать «когда-нибудь потом, когда будет время» ещё до знакомства с Диланом? Отдохнуть на море? Оно в другой стороне от Кадиса. Завести кота? И оставить его Киру на память обо мне… Кстати, а почему я не думаю о себе отдельно от Кира? Точно не оттого, что Ардан велел ему «забрать с собой копию Керон»!

Я сбилась с шага. Господи, как так получилось, что такой простой вопрос у меня даже не возник? Кто мне Кир? Почему я послушно иду за ним, рядом с ним, вообще веду себя так, словно мы знакомы не три дня, а всю жизнь? Потому что он хороший человек, надёжный партнёр и видит во мне личность? Или потому, что он доказал, что я ему небезразлична?

— Хел, пойдём домой. Становится прохладно.

«Кир, кто я тебе?» — хотела спросить я и не решилась. Есть вопросы, которые не стоит задавать вслух, потому что ты не готова услышать ответ. Особенно когда не знаешь, как потом жить с этим ответом. Даже если это «жить» — семнадцать оставшихся у тебя дней.

Чай мы пили на кухне. Кир заваривал его сам, старательно отмерял ложкой заварку и сетовал, что в Ширазе днём с огнём не найдёшь нормального чая.

— Одна сухая трава, Хел! И зачем вы присоединяли Кадис?

— Думаю, чайные плантации волновали Его Величество в последнюю очередь. У тебя в буфете не завалялось печенья?

— Мы же впрок наелись в ресторане!

— Ты создал чересчур прожорливую копию. В следующий раз