Люби смерть - Стелла Так

Не успела я опомниться, как парень с ревом вонзил клинок мне в плечо, пригвоздив к темному дереву стены. Я громко взвизгнула и зажмурилась, ощущая, как рвутся связки и сухожилия. Кровь из раны ручьем полилась на пол. Откуда-то птичка достала второй клинок, покороче. Как в замедленной съемке, острое лезвие летело в сторону моей сонной артерии.

– Достаточно! Достаточно, Цубаса, – новый порыв ветра сдул волоски с моего лица, острие клинка оказалось в нескольких дюймах от цели.

Я, не отрываясь, смотрела на парня-ворона, пока произнесенные слова не дошли до моего рассудка. Отведя взгляд, я увидела что-то страннное. Точнее, кого-то. В дверном проходе стояла женщина с кипенно-белыми волосами, хотя на ее лице не было признаков старения. Из одежды на ней была простая синяя рубашка с запахом и брюки в тон из такого же материала, как и штанцы у птички. На ее лодыжках висели серебряные колокольчики, обвязанные синей лентой, а ноги были босыми. В руках она держала изогнутую палку, на конце которой тоже висели колокольчики. Больше всего в ее образе меня напрягли три белых пушистых хвоста, заостренные на конце, как лисьи. Ее Арканум был зловещим. Похожий на Арканум экзорцистов, но что-то в нем было странное и демоническое, и волосы у меня встали дыбом. Не от голода, а от страха.

Бок о бок с женщиной стоял Ямамото, бледный и измученный. Он провел слегка дрожащей рукой по волосам. Мне бы было его даже жаль, если бы из меня не лилась кровь вместе с приступом гнева.

– Это она? – спросила женщина-лисица.

– Да… это она. Лиф Янг, студентка второго курса из группы «Омега» в Нью-Йорке.

Лисица с интересом склонила голову набок. Бубенчики на ее посохе забренчали, как от дуновения легкого ветерка. Птичка продолжала держать трясущейся рукой катану рядом с моим горлом, будто ему требовались все силы, чтобы не проткнуть меня насквозь. Лезвие катаны жгло рану в плече, ведь я так и оставалась прибитой к стене.

– Птичка, вытащи это из меня, пока я не загнала ее тебе по самую глотку, – прорычала я парню, но вместо этого он прижал клинок к моей сонной артерии. Капля крови скатилась по шее и впиталась в воротник кофты.

– В этом нет необходимости, прошу вас… – заговорил Ямамото несколько неуверенно.

– Нам сказали, что она неопасна. Экзорцист мертв, а из меня она чуть Арканум одним глотком не высосала. Это не человек, а монстр.

– А что мы такие злые? Потому что я ощутила твою похоть? – с улыбкой спросила я. Парень агрессивно вздохнул, а я завелась. Сила, смешанная с гневом, – это вкусно. Аж слюнки текут.

Я облизнула губы, чтобы проверить, не течет ли у меня взаправду слюна. Если я подвинусь всего на дюйм, то я бы могла его схватить, а потом…

Словно прочитав мои мысли, птичка всадил клинок в мое горло, не задевая важную артерию. Уверена, он обезглавит меня, если я дернусь. Я не могла оторвать взгляда от его темно-серых глаз, похожих на грозовые тучи.

– Я знал, что нельзя было впускать сюда лабораторных крыс, подобно этой.

Лисица коснулась руки парня и спокойно проговорила:

– Ну-ну, Цубаса. Не груби, – упрекнула она его. Голос женщины звучал молодо и одновременно так по-древнему.

Парень – Цубаса – заскрипел зубами.

– Она высосала жизнь одного из экзорцистов. Нам притащили дикого, неуправляемого зверя с паразитом в виде демона! Мы в опасности.

– Если вспомнить, то и ты был не менее диким, когда пришел сюда, друг мой. Относись с уважением к другим так же, как мы отнеслись к тебе.

– Это абсолютно разные вещи, – процедил Цубаса сквозь зубы, но лисица лишь помотала головой, улыбаясь.

– Какая же это битва, если лишь один из воинов держит клинок? – задала лисица странный, асболютно не связанный с темой разговора вопрос, но он сработал, и придурок с тяжелым вздохом опустил оружие и сделал шаг назад. В его взгляде было столько отвращения, что он напомнил мне Фалько, и я широко улыбнулась. Наверное, забавно было бы вскрыть его, как устрицу.

Ямамото прервал мои размышления тем, что встал рядом со мной и опустился на колени перед лисицей. Он склонил голову так низко, что лоб его коснулся пола.

– Я приношу свои глубочайшие сожаления, Дзен Кицунэ. Из-за моей невнимательности погиб экзорцист. Учитывая важность миссии, я хочу принять наказание за мисс Янг. Это полностью моя вина. Мы не хотим распрей.

Не скрывая раздражения, я бросила взгляд на Ямамото и услышала недовольный фырк Кью в моей голове. Лисица – Дзен – подошла к профессору и коснулась его макушки рукой.

– Мы будем оплакивать смерть экзорциста Тенсина, а не мстить за него. Так душа его обретет покой. Нам всем стоило быть внимательнее и осторожнее.

Спина Ямамото расслабилась.

– Дзен… – хотел он сказать что-то еще, но женщина уже шла мимо него, и один из кончиков хвостов коснулся его шеи.

Наконец она встала передо мной и молча смотрела несколько мгновений. Я хотела отвести взгляд от светло-голубых глаз, но не могла оторваться.

– Лиф Янг, я Каннуси Дзен Кицунэ – восьмая верховная жрица храма Юрей в префектуре Токио, Япония. Для меня большая честь познакомиться с тобой даже в столь напряженной обстановке. Я бы хотела принести свои извинения за поведение Цубасы. Он иногда может переусердствовать, но уверяю тебя – мы не хотели причинить тебе вред. Только лишь избежать дальнейших жертв.

Я фыркнула. Мысли мои метались и путались с мыслями Кью.

– Ребятки, вы нам мешаете. Пошли вон, – прорычала я на лисицу.

– И чем же мы тебе мешаем, Лиф?

– Добраться до нашего источника.

Ответ озадачил всех в комнате, кроме Дзен. Она склонила голову.

– Поскольку ты обратилась к себе как «наш» и «нашего», то смею предположить, что демон и человек сосуществуют вместе?

– Я богиня, – вырвалось из моих уст, будто это все объясняло.

– Да как она… – начал Цубаса, но лисица подняла руку.

– Понимаю, – спокойно сказала она таким тоном, будто действительно понимала, а не демон во мне страдал манией величия.

Голубизна ее глаз вспыхнула, словно солнечный свет, преломленный через алмаз.

– Но даже Мегами я не позволю убивать без разбора. Эта земля – священна. Экзорцисты, люди и демоны сосуществуют в мире. Новые смерти нарушат хрупкое равновесие.

– Свали, лисичка. Или мы убьем всех, кто встанет на пути, – я не отступала.

– Надо убить ее, Каннуси, – Цубаса произнес жестко. – Я чувствую ее голод. Она уже наполовину безумна. Это не то секретное «оружие», что нам обещали, а угроза для всех нас.

– Что ж, любой клинок обоюдоострый, – загадочно заметила Дзен. – Если мы хотим пса, который кусается, не стоит удивляться, если он поранит и нас.

– Дзен Кицунэ, прошу вас, дайте Лиф шанс. Это демон говорит за нее, не она, – тихо проговорил Ямамото.

Глаза Цубасы потемнели от гнева. Его крылья нервно расправились – не до конца,