Обратный отсчет - Токацин

…Сарматы переглянулись.

— Ну, тут одно из двух, — пробормотал Гварза. — Или им понравилась Би-плазма. Или нам опять ждать гостей.

Урджен переглянулся с другими вожаками и оскалил клыки.

— Вождь Ваардзаг! Тут много воинов. Много оружия. Чего ждать? Поедем к ним.

Другие недобро ухмыльнулись.

— Охота была хорошей, — сказал один из них; теперь, когда все перекрасились в фиолетовый, Гедимин совсем перестал их различать. — После хорошей охоты — хороший набег. Кьюссы слабы. Пламя — сильно. Наши звери, наши и ваши воины, рука Пламени…

— Вот и Геджер вернулся, — заметил другой, исподлобья глянув на сармата. — Геджер силён! Взять дань с Джеры…

Джагулы заухмылялись, подталкивая друг друга.

— Вдвоём взять дань со всех племён! — широко ухмыльнулся Урджен. — Теперь потрогаем Кьюссов. Вождь Ваардзаг! Ближе всего к нам Ахгет. Но я говорю — идём в Ларрат. Низкие башни — частый недолёт.

— Про небо забыл! — недовольно оскалился на него другой Джагул. — В Ахгете не полетаешь. А над Ларратом небо открыто.

— В Джеру, — вмешался третий. — Джера слабее всех. Взять виру для вождя Геджера…

Гедимин ошалело мигнул.

— Хватит, — Айзек чуть повысил голос, и Джагулы притихли. — Отложить набеги. Но за округой следите — и будьте начеку. Смотрите за небом… ну, и за землёй — не повредит. Так говоришь, Вепуат, груз не тронули?

Сармат качнул головой.

— Ничего не тронули. Даже копья — а они висели снаружи.

Гедимин уже пять минут разглядывал свою ладонь и досадливо щурился. «Надо станцию просканировать. Проверить устойку. И сходить к Альготу. Наварил он там уплотнителя?.. Да, и ещё — ткацкий цех. И светильники… надеюсь, шихту не растащили? А может, переплавить лампы с плохой церой? Лишний свет под землёй не повредит…»

— И вреда вам, в общем-то, не причинили… — пробормотал Айзек, задумчиво щурясь. — Мн-да. Когда берёшь клятву с Кьюссов, надо тщательно подбирать слова.

Урджен презрительно фыркнул.

— У Кьюссов нет чести. Их слова — пыль! Зря не хочешь идти в Ларрат. Летучим магам нужно много сил. А они все больны. А башни там низкие.

Гварза тяжело вздохнул.

— Урджен… Если сарматы пойдут в Ларрат, мародёрить там будет нечего. Всё заберёт Пламя.

Он смерил Гедимина выразительным взглядом. Тот угрюмо сощурился. Уже пятнадцать минут горячие волокна шевелились на его висках и норовили растечься по плечам. Сармат осторожно погладил обшивку пальцем. «Погоди. Сейчас к тебе пойду. Только Гварза от меня отстанет…»

— Ну что ж, — Айзек поднялся на ноги. — Работы много, а времени мало. Гедимин, Вепуат, следите за дозиметрами. Все странные вспышки, пятна, — сразу ко мне! Гварза, посты придётся удвоить. На пост без ипронового шлема не пускать! Джагулы…

Он повернулся к кочевникам, и те навострили уши.

— Кьюссы войдут в Элидген с почтением и дарами для Пламени. Кто полезет без даров и почтения — разбирайте на трофеи.

— Оружие… — недовольно ощерились двое вожаков.

— Будет вам оружие, — буркнул Айзек. — Всем. За округой следить в оба!

…Гедимин привалился боком к реакторной крышке и прикрыл глаза. Тёплые волокна обхватили его тело, переплелись на груди. Перед глазами сармата то вспыхивали, то гасли чёткие картинки — небесный остров, платформы из грубых камней, сместившийся гейзер…

«Туда больше не ходи,» — прогудело внутри черепа, и горячее щупальце толкнуло сармата в лоб. Тот мигнул от неожиданности.

— Больше и незачем, — отозвался он, поднимаясь на ноги. — Не пришлось бы идти… в другую сторону. Не хочу я никаких набегов…

Он покосился на реакторную крышку. Думать о возможном изъятии твэлов и сборке «Гельта» было неприятно, но и отделаться от этих мыслей не удавалось. «Если придётся — это будет именно „Гельт“. Мощный выброс „омикрона“. Чтобы выжгло и повзрывало все те странные штуки. Всё, что нарушает законы физики.»

По ту сторону прозрачного купола недовольно зашипел туун-шу. Он висел низко над землёй, а по его панцирю сновал электрический ящер. От его прикосновений вся броня трещала. С земли за существами следил озадаченный Вепуат.

— Ага, — сказал Киф, перебравшись на голову туун-шу. — Так и есть. Хорошо ты его откормил. На двоих хватило бы. Теперь жди. Не завтра, так послезавтра — а он заснёт. Обмотаешь лапы, подтянешь к крыше. На землю не клади — грызуны доберутся. Он прочный, но и они настырные.

Вепуат мигнул.

— Заснёт? Сейчас? — он покосился на небо. — Погода терпимая, еды — хоть заешься…

По шипам Кифа пробежали искры.

— Месяц Воды. Он всегда нелётный. Неделя-две на откорм тем, кто не доел — и в спячку. Твоего докармливать не надо, он уже, считай, спит. Теперь — до месяца Камня.

— Так и будет спать? — Вепуат заглянул «трилобиту» в полуприкрытые глаза. Может, Гедимину померещилось после разговоров о спячке, но туун-шу и впрямь выглядел вялым и странно подёргивал лапами — будто искал, за что уцепиться.

— То есть — все полёты отменяются? — недоверчиво спросил Вепуат. Киф спрыгнул на землю и встряхнулся, разбрасывая искры.

— Сказал же — до месяца Камня. Чисти ему панцирь, растопырится — обдай водой. Струёй не лей, разбрызгивай.

— Значит, тренировок больше не будет… — Вепуат провёл ладонью по панцирю туун-шу.

— Они тебе ни к чему, — отозвался Киф. — Чего ты ещё не умеешь? Зверь тебя слушает, ты его — тоже. Если дело пошло без верёвок — мне тут уже делать нечего. Полечу в Хигесг, пока совсем не полило.

Он оглянулся на купол. Дождь притих, но водяная пыль висела в воздухе — и Гедимин подозревал, что скоро начнётся ливень.

— Тогда — до встречи, — Вепуат со вздохом сложил руки в прощальном жесте. — Камни я тебе отдал. Жаровню забирай тоже…

— И тот кувшин, в котором вода не остывает? — ящер наклонил голову набок. Вепуат кивнул.

— И его. Скажи своим, чтоб не пропустили торг. Если что не так со зверем — можно будет тебя найти?

— Само собой, — ответил ящер; после слов о кувшине он заметно приободрился. — Можешь его, пока спит, даже к нам отогнать. Род Тик за ним присмотрит.

Вепуат покачал головой и снова погладил «трилобита» по броне между глаз.

— Они все будут спать?

— Все, — ящер щёлкнул длинным пальцем по пернатой обшивке,