Фантастика 2026-164 - Дмитрий Ромов

— Ты чего? — удивилась Катя.

— Просто вспомнил кое-что…

Ведь я знал его, как облупленного, как свои пять пальцев даже ещё лучше! Я покачал головой.

— Ай да Никитос! Вот это верность, да, Катя?

— Верность, — помрачнев ответила она, — это моё любимое слово. Именно поэтому я предпочитаю эту дату отмечать в одиночестве.

— Кать, ну, не надо искать искупление, забвение или что ещё ты там ищешь на дне стакана. Как видишь, тридцать лет прошло, а это не помогает.

— Какое прощение, дурачок малолетний? О чём ты говоришь? Ты вообще не представляешь… Чего ты развеселился?

— Тебе показалось.

Это была не весёлость. Это было торжество, прозрение, неожиданное откровение, потому что я понял. Я был в этом абсолютно уверен. Я знал Никитоса и теперь знал код его сейфа. Это была дата моего рождения! Хрен бы кто догадался! Код! Ну, конечно!

— И где он будет в этот день, Кать?

— Поедет на дачу, натопит баню, а может, останется дома… Я не знаю. Но то, что он нахлобучится и даже не вспомнит обо мне, это совершенно точно. Это день, когда я могла бы исчезнуть. Навсегда. И он бы даже не заметил.

— Исчезнуть навсегда — это мысль. Хорошая мысль.

— Ладно, Серёга, поехала я. Давай на следующей неделе созвонимся. Надо пережить памятную дату. Не сердись…

— Давай, Катюха! Ты без макияжа хороша, кстати. Огонь.

— Хорош троллить, — нахмурилась она и забралась в машину.

* * *

Когда я возвращался из школы, мне позвонила Жанна Константиновна.

— Здравия желаю, — ответил я.

— Слушай сюда, — сразу взяла она быка за рога, правда, голос её прозвучал тихо, будто она говорила украдкой.

— Начальство решило провести у тебя новый обыск. — сказала она.

— Начальство решило? — спросил я, останавливаясь. — Или это ты решила?

Она не ответила, а в трубке раздалось шуршание и пощёлкивание, будто она убрала телефон в карман.

— Я вообще узнала случайно, — отозвалась после паузы Сучкова.

Возникло ощущение, что она оглядывается, проверяя, не слышит ли её кто-нибудь.

— Они в этот раз всё мимо меня сделали, — прошептала она.

— Почему? Подозревают что ты со мной в сговоре? Или считают тебя непригодной для этого дела?

— Непригодной⁈ — возмущённо переспросила она, повысив голос. — Ты сам непригодный. Засранец! Короче, ты меня понял? Я узнала случайно, но это точно. Скорее всего, уже сегодня. Поэтому будь готов. Слышишь? Алло… Всё, не могу говорить…

Она отключилась.

Соломка. Ну конечно, я тут же набрал её снова.

— Жанна Константиновна…

— Слушаю, Сучкова, — казённым тоном ответила она.

— Жанна, достань мне адрес Раждайкина.

— Я вас поняла. Да, посмотрим, что можно сделать. Всего доброго…

Посмотрит она, что можно сделать… Ну, теперь всё стало понятно. И я рванул домой. Пробежал оставшееся расстояние минуты за две и, добежав до угла, резко сбросил ход и пошёл спокойной и расслабленной походкой с беззаботным видом.

Бросил быстрый взгляд на окна Соломки. Вот, сучий потрох! Он стоял и палил из окна, наблюдал за мной. Я неспешно зашёл в подъезд, а там уже припустил, что было духу. Припустил, стараясь производить как можно меньше шума. У квартиры, прижавшись спиной к двери, на корточках сидела Настя.

— О, а ты чего здесь? — удивился я, доставая ключи.

— Так у меня же на один урок меньше, чем у тебя, — развела она руками и встала.

— И ты что, целый урок здесь просидела?

Я открыл дверь и шагнул через порог.

— Ну нет, я там заходила ещё кое-куда…

— Понятно.

— Хочешь ко мне на обед? — улыбнулась она.

— Нет, Настя, не получится. Мне сейчас убегать надо.

— Убегать? Куда? Я хотела с тобой потусоваться до галереи…

— Настя, нет. Некогда. Давай потом, ладно?

— А что у тебя за дела-то? Что с тобой? Серёж…

Не глядя на неё, я быстро включил приложение и начал отматывать на ускоренной, помогая пальцем, подгоняя время, чтобы узнать, приходил ли Соломка, пока я получал знания в школе.

— Ты меня гонишь что ли? — с обидой в голосе спросила Настя.

— Твою мать! — воскликнул я. — Вот же старый хрен!

— Ты чего… — она округлила глаза.

На экране телефона появился дядя Лёня!

— Морда протокольная… Что, Настя? Иди, пожалуйста, я тебе потом позвоню.

Она молча повернулась и вышла, а я внимательно следил за Соломкой.

Потянул за ползунок, а за окном раздался звук подъехавшей машины. Сердце внезапно ёкнуло. Подпрыгнуло и заволновалось.

Я бросился к окну и… увидел у подъезда пазик. И не простой пазик, а явно ментовский! Хлопнули двери и оттуда лениво начали выбираться оперативные сотрудники, представитель Следственного комитета и кто-то ещё. Подъехал чёрный крузак… Мышь под ложечкой больно царапнула железным когтем…

В квартире стало тихо, как перед выстрелом.

— Пу-пу-пи-ду… — негромко сказал я и повторил ещё раз. — Пу-пу-пи-ду, твою мать…

ОТ АВТОРА:

* * *

Единственная на АТ серия книг о службе советских пограничников в Афганистане.

Бывалый офицер в отставке гибнет и попадает в СССР 80х. Чтобы спасти брата, а потом и свою заставу, он должен стать пограничником на Афганской границе.

Читать здесь: https://author.today/work/393429

19. Секунды решают все

Время — это то, чего всегда не хватает остро и катастрофически. Даже когда тебе кажется, что всё ещё впереди, что ещё столько можно успеть, приходит миг и ты внезапно понимаешь, что времени уже и нет. Ты ждёшь, ждёшь, ждёшь чего-то, а потом бах, и всё уже в далёком прошлом… Интересная тема. Вечная. Чем ты старше, тем больше можешь об этом сказать, опираясь на собственные наблюдения. Я прищурился, снова глянув в окно… Сейчас всё решали секунды…

Не выпуская телефона из рук, я подлетел к входной двери и позвал Настю. Резко, сухо, негромко.

— Настя!

— Что? — недовольно протянула она.

— Быстро иди сюда!

— Что-что?

— Бегом! — воскликнул я, следя за осторожными действиями Соломки на экране.

Вот он зашёл в мою комнату, то бишь в гостиную и, не мудрствуя лукаво, просто отодвинул шкаф и сунул за него свёрток приличного размера. Я метнулся к шкафу, отодвинул, вытянул сюрприз. Увесистый, металлический, завёрнутый в промасленную тряпицу. Я не сомневался в том, что это такое. Схватил свой рюкзак и сунул находку туда. В прихожей зазвонил домофон.

— Открыть? — спросила Настя.

— Нет! — резко бросил я и кинулся в спальню, сдвинул кровать и одним движением отогнул плинтус.

Там, в щели в основании стены под досками перегородки, поставленной вместо находившейся здесь когда-то двери, лежал ещё один свёрток. В этом свёртке была моя «Беретта»,