Лабиринт - Ирек Гильмутдинов

на обелиск, теперь видя его в новом свете. Казалось, сам воздух вокруг него вибрировал от скрытой силы. Если загадка говорила правду, то прямо здесь, на площади, в самом сердце столицы, под землёй лежит один из обелисков. В такое я никак не мог поверить. Чтобы вот так и у всех на виду. Невероятно. Ведь этот шпиль мог быть запросто продолжением самого обелиска.

Но пока праздник ещё не закончился, а люди вокруг продолжали веселиться, я сделал глубокий вдох и улыбнулся.

Завтра. Именно завтра я начну поиски.

Последняя мысль, прежде чем сомкнуть глаза, была одновременно дерзкой и тревожной: а как отреагирует Император, если шпиль вдруг исчезнет? Ведь если моя догадка верна, то этот древний обелиск — не просто украшение площади, а ключ к чему-то гораздо более важному, как и тот, что у гномов.

Вряд ли Его Величество воспримет это с пониманием.

Я перевернулся на другой бок, но тревожные вопросы не отпускали. Как спуститься в подвалы под шпилем? Кого взять с собой? Вейлу? Пуфа? Или лучше отправиться в одиночку, чтобы не подвергать их риску? Эх, жаль тут нет Бренора, вот кто бы мне пригодился.

Но главное — с чего я решил, что завтра у меня вообще найдётся на это время? Учёба в Академии, работа над дизайном ресторана, создание новых артефактов, тонны бумаг по захвату рынка… Каждая из этих задач требовала полной отдачи. Да к тому же договорился встретиться с Кларисой.

Нет, с этим надо что-то решать.

Но чем больше я пытался отогнать мысли об обелиске, тем настойчивее они возвращались. Будто сама судьба шептала: «Ты близок. Очень близок».

В конце концов, я сдался.

***

Следующее утро.

Домар Уоллор проснулся с первыми лучами солнца, как это было его неизменной привычкой. Ранний подъём, зарядка, освежающая ванна с ароматными травами — всё как обычно. Затем он должен был спуститься к завтраку, который его супруга Пилиния готовила с особой любовью. Сколько бы он ни ел, её стряпня всегда была безупречна — достаточно было одного аромата, плывущего с кухни, чтобы во рту обильно заструилась слюна.

Но сегодня что-то пошло не так.

Спустившись в столовую, он обнял жену, нежно поцеловал в макушку и уселся за стол, вооружившись столовыми приборами. Перед ним красовалась привычная яичница с золотистой корочкой, щедро посыпанная тёртым сыром, с поджаристыми ломтиками колбаски и румяными оладьями из кабачков. Всё выглядело идеально — ровно до того момента, как первый кусочек коснулся его языка.

Мир перед глазами померк.

С гримасой брезгливости он Выплюнул еду в салфетку.

— Дорогой? — встревожилась Пилиния, заметив его реакцию. — Что-то не так?

— Да, — прочистил он горло, стараясь подобрать подходящие слова. — Такое ощущение, будто я… кусок свежего дерьма в рот засунул.

— Домар! — она всплеснула руками, глаза округлились от шока.

Он покраснел, осознав, как это прозвучало, но стоял на своём.

— Прости за грубость, но… попробуй сама.

Пилиния скептически подняла бровь, но отломила кусочек оладья. Едва он коснулся её языка, как её лицо исказилось той же гримасой отвращения.

— Я… не понимаю… — прошептала она, растерянно глядя на блюдо. — Всё сделала, как всегда. Почему получилось такое… убожество?

— Может, специи перепутала?

— Нет, — ответила она неуверенно. — Всё точно так же…

Домар вздохнул и отодвинул тарелку.

— Ладно, у меня ещё есть время. Давай прогуляемся до «Золотого поросёнка» — позавтракаем там.

Час спустя.

Чета Уоллоров сидела в уютной таверне, их желудки предательски урчали, требуя пищи. Когда перед ними поставили тарелки с яичницей, свежим хлебом и жареной картошкой, они с надеждой переглянулись и тут же принялись за еду.

И снова — та же реакция.

— Пфф-брр! — Домар Выплюнул кусок, словно его обманули с самым базовым человеческим правом — правом на нормальную еду.

Пилиния скривилась, едва сдерживая рвотный позыв.

— Что-то не так. Но что…

Они переглянулись, но ответа не было.

— Дорогой, мы с тобой уже седьмую таверну обходим. Может, сходим в «Не лопни маг»? Еда там была самой вкусной, которую пробовала в жизни. Хоть вроде и ничего такого они не готовили.

— Да, конечно, — загорелся Домар. — Вот только где её найти.

Никто из них ещё не знал, что сегодня утром все, кто посетил «Не лопни маг», потеряли вкус к обычной еде, и так же, как они, пришли к выводу, что стоит найти вчерашнее заведение.

***

Лечебница «Древо жизни» оказалась совсем не тем, что я себе представлял.

Но обо всём по порядку.

Мы встретились с Кларис сразу после моих занятий. Она заехала за мной на карете рода. По внешнему виду и по внутренней отделке она куда шикарнее той, на которой разъезжает Ридикус, но вот в удобстве абсолютно аналогична. Каждый камешек или ямку я чувствовал пятой точкой.

Когда подъехали к зданию и я вышел наружу, то от увиденного немного остолбенел.

Внешний вид и атмосфера вогнали в меня в шок. Причём не в хорошем смысле.

Здание больницы представляло собой один огромный прямоугольник… Нет, не так. Будто некий великан взял тесак и выстругал из камня брусок, а после воткнул его в землю. Необычная архитектура для мира, где всё старались сделать с изяществом.

Само строение построено из бледно-зелёного мрамора с прожилками дерева, что пророс сквозь стены и выглядел как вены на теле человека. Его крышу венчает ровная площадка, как на магических башнях. К слову, нигде более я плоских крыш не видал.

На входе установлены огромные колонны, обвитые всё теми же деревьями, а высокие витражные окна изображают сцены исцеления древними святыми давно скрыты за листвой и ветками, что выглядят словно решётки. Глядя на него у меня, возникает только одна ассоциация — клиника для душевнобольных «Аркхам» из фильма про человека-летучую мышь.

Вокруг больницы раскинулся «Сад Тихой Скорби» — место, где растут молчаливые деревья с густой листвой, что словно плачут на ветру. Под такие звуки быстрее с ума сойдёшь, чем обретёшь душевное спокойствие. Когда огляделся, заметил, как между деревьями бродят фигуры в серых плащах.

— «Хранители Безмолвия» следят за тем, чтобы никто не нарушал покой пациентов, — пояснила Кларис. — Пошли внутрь. Нас ждёт главный целитель.

— Расскажи о нём, пожалуйста.

— Да там особо рассказывать-то и нечего. Имя Доусонс Освальд, но мы зовём его Доу. Магистр жизни. А вот кстати и он сам.

К нам