Сто жизней Сузуки Хаято - Мария Александровна Дубинина

– Что я сделал тогда… когда ты появился вдруг? Ишинори даже остановился. Повернулся к Хаято всем телом и удивленно посмотрел на него.

– Ты не понял? Это была твоя ки!

– Ки?..

Хаято положил ладонь на живот, будто мог нащупать ее сквозь кожу и мышцы. Горячая, яростная сила – она что, правда скрыта внутри него? То, что делает людей оммёдзи?

Она в нем?

Ишинори продолжал спокойно смотреть, словно никто их не искал, чтобы засадить за решетку. Впрочем, ненадолго и для Хаято все перестало существовать, кроме оглушительной реальности, обрушившейся на него вместе со словами Ишинори. И плевать, если он снова станет задавать неудобные вопросы.

Все по-настоящему, действительно по-настоящему. Просто Хаято упрямо делал вид, что ничего этого не существует, так ему было легче.

– Идем, – мягко произнес Ишинори и протянул руку. – Какие бы мысли тебя сейчас ни терзали, отпусти их. Нам надо закончить с делом.

Наваждение схлынуло, и Хаято не коснулся протянутой руки, но пошел за Ишинори не только от безысходности.

Вскоре он догадался, куда лежал их путь. За раздвижной дверью скрывалась библиотека, где они впервые увидели Сёхэя. Хаято не понял как, но почувствовал уверенность, что внутри никого. Удивляться решил потом, поэтому посмотрел на Ишинори в ожидании объяснений.

Тот сдвинул створку и, не оглядываясь, пригласил:

– Заходи.

Ишинори прошелся вдоль полок со свитками, ни на чем конкретно не задерживая взгляд, пока не остановился в самой дальней части помещения. Хаято не представлял, что они здесь делают, поэтому просто следовал за ним.

– Извини, похоже, мое молчание стоило тебе свободы, – вдруг сказал Ишинори. Он застыл возле закрытых оконных ставень спиной к Хаято. – Ты ошибочно решил, что я подозреваю Сёхэя.

Хаято бросил на него удивленный взгляд.

– Ты извиняешься? Это какая-то новая хитрость?

– Никаких хитростей. Просто я… ошибся на твой счёт.

Но Хаято все ещё не мог поверить, уж больно странно было слышать раскаяние в голосе Ишинори.

«Не верь. Он снова обманет».

Хаято прижал пальцы к виску и постарался отогнать назойливый внутренний голос. Только не сейчас. Он не готов снова корчиться от боли на глазах у Ишинори.

– Почему не Сёхэй? – хмуро спросил он. – Между прочим, этот тип собирался окрутить дочку старика и едва ли не прямым текстом заявил ей, что если избавиться от папаши, то им двоим ничего не помешает быть вместе. А точнее не помешает Сёхэю добраться до его богатств.

Ишинори повернулся и с осуждением воскликнул:

– Ты скрыл это от меня!

– Ты не спрашивал, – ответил Хаято, скрещивая руки на груди. – Разве у тебя не все было схвачено?

– Разумеется не все! – Ишинори беспокойно подергал себя за волосы, опомнился и пригладил потревоженные пряди. – Но ведь ты мне сказал бы. Да?

Можно было соврать, чтобы замять тему, но Хаято просто пожал плечами, мол, понимай как хочешь. Это его ответ на бесконечные недоговорки, но вместо удовлетворения он ощутил лишь усталость. Хотелось… домой?

Ишинори ушел ненадолго, а вернулся с какими-то бумагами. По его лицу нельзя было понять, зол он, раздосадован или пристыжен – впрочем, как и всегда. Хаято откуда-то точно это знал.

– Вот, – Ишинори протянул листы, – они из комнаты Ютаки.

– Ю… – Хаято понял не сразу, а потом недоверчиво сощурился. – Так ты подозреваешь Ютаку? Но почему?!

– Прочти, а я пока расскажу.

Хаято держал в руках чью-то переписку. Одна из сторон, разумеется, сам Ютака, ведь она была найдена в его жилище, вторая же, очевидно, не особо владела навыками письма, и иероглифы «плясали», начертанные будто неуверенной детской рукой. Только смысл в этих записках был вовсе не детский.

– «Он должен умереть», – прочитал Хаято, взял следующий лист. – «Используй это». Это?

– Уверен, речь о яде.

– Кто-то писал Ютаке и предлагал отравить Окамото? Почему не договориться лично?

Ишинори посмотрел на него как на ненормального.

– Ты бы на такое пошел? Открыть свое лицо тому, кто может тебя выдать в случае провала?

Хаято вынужденно согласился.

– Нет, наверное, нет.

– Но есть и еще одна причина, – вдруг добавил Ишинори и, дождавшись внимания от Хаято, продолжил: – Если они просто не могли встретиться.

В голове тут же пронеслось воспоминание: призрачная процессия, идущая сквозь ночь, покачивающийся фонарь впереди и красивая девушка с печальным лицом. И Хаято выпалил, прежде чем обдумал все:

– Она живет в пагоде на башне!

Приготовился к вопросам, но Ишинори будто только и ждал от него этого вывода. Улыбнулся так, словно они всегда были заодно.

– Сокровище, которое прячет Окамото Такаюки, и талисман, что способен отвести от него даже смерть. Это, должно быть, все она.

Он еще улыбался, когда заметил выражение лица Хаято.

– В чем дело?

– Девушка, заточенная наверху, – он не знал, как подобрать слова к тому, что вдруг почувствовал. – Неужели для Окамото она всего лишь «талисман»?

– Кто знает? Мы не проверим, верны ли наши догадки, пока не поговорим с ней.

Хаято видел в его глазах азарт, которого не замечал прежде. Ишинори желал не просто закончить с делом, а убедиться в своей правоте. И было в этом что-то неприятное, царапающее.

Как будто для него пленница в башне тоже была лишь вещью. Может, как и Хаято.

– Начертание вот этих иероглифов, – Ишинори ткнул пальцем в листок, – посмотри. Это письменность Чжунго.

– Да? – удивился Хаято. Он сразу даже не заметил разницу и лишь чуть позже вспомнил странный сон про отравленный чай и город Чанша на грани войны. Безумие – думать, что познания Хаято пришли оттуда, но другого объяснения он придумать пока не мог.

Ишинори забрал у него письмо и вместе с остальными спрятал за поясом.

– Я и не заметил, когда ты успел ее выучить, – хмыкнул он. – До чего же удивительная болезнь тебя свалила.

– Ну, я полон сюрпризов, – неловко пошутил Хаято, на что Ишинори задумчиво покачал головой.

– Да, это я вижу…

Теперь им предстояло понять, как действовать дальше. Ишинори надеялся с помощью загадочной незнакомки разгадать состав яда и создать лекарство, чтобы спасти жителей деревни, но как попасть туда, куда не ведет ни одна лестница, он не знал. Нагава тоже оказался бессилен, а больше спросить им было не у кого. Наверняка вот-вот заметят исчезновение Хаято, и тогда поместье превратится для них обоих в капкан.

– Нельзя и дальше сидеть тут, – произнес Хаято. – Скоро начнет темнеть, и мы можем подкараулить эту девушку ночью, если ее снова будут водить вокруг замка.

– А если нет? Лучше постараться до ночи отыскать способ попасть на башню, – возразил Ишинори.

– Ты говоришь так только потому,