Точка невозврата - Юрий Александрович Уленгов

— Серый, — сказал я. — Рот на замке. Ни слова лишнего. Понял?

Крысеныш энергично закивал. Вид у него был бледный и напуганный. Хорошо. Пусть боится. Меньше глупостей наделает.

— Шило как? — спросил я у Лисы.

Та покачала головой. Шило стоял рядом, привалившись к стене сарая, лицо серое, дыхание хриплое. Ребра — как минимум трещины, а может, и переломы. Не смертельно, но подлатать было бы неплохо.

— Держусь, — прохрипел парень, явно храбрясь, но внешний вид говорил сам за себя.

Еще одна причина не торчать в очереди неделями.

— Готовы? — спросил я, оглядев остальных.

Молот хмыкнул, поправив шестидулку на плече. Вьюга молча кивнула. Рокот окинул взглядом наш маленький отряд — грязный, потрепанный, но все еще боеспособный — и кивнул.

— Готовы.

— Тогда пошли. И постарайтесь не привлекать внимания.

Мы двинулись в лагерь.

Легко сказать — не привлекать внимания. Десять человек в боевой броне, обвешанные оружием, с механическим псом… Ну да. Очень неприметная компания. Сливаемся с толпой, как хамелеоны.

На нас начали оглядываться почти сразу.

Сначала — просто взгляды. Любопытные, оценивающие. Люди у палаток поднимали головы, провожали нас глазами. Перешептывались, показывали пальцами. Ничего удивительного — мы выделялись на фоне этой толпы оборванцев, как… Как отряд солдат в броне посреди лагеря беженцев. То есть — очень сильно.

Потом взгляды стали другими. Настороженными. Тревожными.

— Смотри, какая броня… — донесся чей-то шепот.

— Это откуда такие?

— Корпораты, что ли?

Я шел вперед, стараясь не обращать внимания. Гэл трусил рядом, прижав уши и нервно поводя головой. Чуял напряжение, но вел себя смирно. Умный пес.

— Эй, — окликнул кто-то сзади. — Эй, вы! Это что за тварь?

Я не обернулся.

— Не останавливаемся, — негромко сказал я своим. — Идем дальше.

Мы шли. Проходы становились уже, толпа — гуще. Люди расступались, давая нам дорогу, но делали это неохотно, бросая на нас взгляды — злые, завистливые, подозрительные.

Чем ближе мы подходили к воротам, тем хуже становилась атмосфера.

Ворота я увидел издалека.

Вернее — сначала увидел Стену. Ту самую, о которой говорил Ли. И она впечатляла.

Высокая — метров десять, не меньше. Бетонные блоки, поставленные друг на друга, сверху — колючая проволока в несколько рядов. Кое-где виднелись металлические конструкции, похожие на опоры для прожекторов или камер наблюдения. Стена тянулась в обе стороны, насколько хватало глаз, теряясь за палатками и деревьями.

Серьезное сооружение. Такое за пару дней не построишь. И за пару месяцев тоже. Феникс явно обосновался тут давно и надолго.

Перед стеной располагался фильтрационный лагерь. Тоже огороженный — но попроще: колючая проволока на столбах, быстровозводимые секции из металлической сетки и профилированных металлических листов, кое-где — мешки с песком. Вышки по углам, на вышках — часовые. Внутри виднелись длинные бараки, какие-то хозяйственные постройки, техника…

И очередь.

Очередь змеилась от ворот фильтрационного лагеря и уходила куда-то в глубь палаточного города. Сотни людей. Они стояли плотно, плечом к плечу, медленно — очень медленно — продвигаясь вперед. У некоторых в руках были бумажки, у других — какие-то документы. Люди ждали, переминаясь с ноги на ногу.

Вот, значит, как это выглядит. Очередь в новую жизнь…

— Охренеть, — выдохнул Молот, глядя на это столпотворение. — И че, мы туда?

— Попробуем иначе, — сказал Ли. — Мне нужно к воротам. Там должна быть связь с командованием.

— Ты уверен? — Рокот скептически оглядел толпу. — Представляешь, как они сейчас развоняются?

— Попробуем, — повторил Ли. — Другого выхода все равно нет.

Он был прав. Стоять в этой очереди неделями мы не могли. Даже при всем желании, которого не было совершенно.

— Ладно, — кивнул я. — Пробуем. Только аккуратно.

Мы двинулись к воротам.

«Аккуратно» — это, конечно, было смешно. Чтобы добраться до ворот, нужно было пройти мимо очереди. Мимо сотен людей, которые торчат тут часами, днями, неделями. Людей усталых, измотанных, озлобленных. И вот мы такие — в броне, с оружием, явно собираемся влезть без очереди…

Первые возмущенные голоса раздались почти сразу.

— Эй! Эй, вы куда?

Я не обернулся. Продолжал идти.

— Тут очередь! — крикнул кто-то. — Все ждут!

— Нам нужно, — бросил Рокот через плечо. — У нас раненый.

— У всех раненые! — огрызнулся тот же голос. — А мы че, рыжие⁈

Ропот нарастал. Люди оборачивались, смотрели на нас. Кто-то с любопытством, кто-то с раздражением, кто-то — с откровенной злобой.

— Ишь, какие борзые…

— В броне приперлись, с оружием…

— Корпораты небось…

— Точно корпораты! Смотри, какая экипировка!

Я чувствовал, как сгущается атмосфера. Как нарастает напряжение. Эти люди — не бойцы. Не мародеры. Обычные выжившие, измотанные ожиданием, неопределенностью, страхом. И вся их злость, все их обиды сейчас нашли удобную мишень.

Нас.

— Не останавливаемся, — негромко сказал я своим. — Почти дошли.

До ворот оставалось метров тридцать. Охранники на вышках уже смотрели в нашу сторону. Кто-то поднял бинокль. Хорошо. Пусть видят. Пусть понимают, что мы — не угроза.

Двадцать метров.

— А ну стоять! — кто-то загородил дорогу.

Мужик. Здоровый, бородатый, в грязной куртке. За ним — еще несколько человек. Лица злые, решительные.

— Куда прете? — прорычал бородатый. — Тут все ждут! И вы будете ждать, как все!

— Отойди, — спокойно сказал Рокот. — Не хочу тебя расстраивать, но…

— А мне похер, чего ты хочешь! — бородатый не отступил. — Вы, суки, думаете, если в броне — значит, главные? Значит, можно без очереди?

Толпа вокруг загудела. Одобрительно.

Люди смекнули, что к «Фениксам» мы отношения не имеем, и осмелели. Черт. Надо было внаглую переть, распихивая всех прикладами. Тогда бы не дернулись. Но теперь-то чего уже?

Десять метров до ворот.

— Послушай, — я сделал шаг вперед, поднял руки — ладонями вперед, демонстрируя отсутствие оружия в руках. — Мы не хотим неприятностей. У нас раненый человек. Ему нужна помощь. Нас там ждут.

— Да плевать мне на твоего раненого! — рявкнул бородатый. — У нас тут тоже раненые! Больные! Дети! И все ждут! Неделями ждут! А вы приперлись и думаете — вас пропустят⁈

— Мы не…

— Да валите их, че с ними базарить? — заорал кто-то из толпы…

И толпа взорвалась.

Бородатый ударил первым.

Широко, по-деревенски, размахнувшись, он ударил меня в лицо. Я качнулся в сторону, пропуская удар мимо, и толкнул мужика в грудь. Не сильно, калечить его я не собирался. Просто отодвинул. Ну, может чуть сильнее, чем просто отодвинул.

Бородатого отбросило на несколько шагов. Он врезался спиной в кого-то из толпы, едва устоял на ногах. Глаза вспыхнули яростью.

— Ах ты, сука!

Он бросился на меня снова. И в этот момент плотину прорвало.

Кто-то толкнул Серого — сильно, в спину. Крысеныш