Системный рыбак 6 - Сергей Шиленко

Ну надо же! Оказывается, действовать, как порядочный человек в этом мире всё же выгодно. Ох уж эти праведные практики…

— Верховный старейшина, — Серена снова уткнулась лбом в пол, — простите, я была ещё более слепа, чем решила вначале.

Игнис молчал несколько секунд, разглядывая её согнутую спину с выражением учителя, который устал объяснять очевидные вещи.

— За покушение на жизнь моего ученика ты должна будешь выполнить одну его просьбу, когда он потребует этого.

— Праведную?

— Разумеется, только праведную. А в дополнение к этому ты в качестве воспитательной меры получишь строгое наказание, когда мы вернемся в секту.

Давление исчезло также мгновенно, как появилось, но Серена не спешила вставать, пряча радостную улыбку от глаз Игниса

— Старейшина, так мне не послышалось? Ваше уединение, длившееся целый век, закончилось?

— Да, я наконец достиг прорыва на пути культивации, мой ученик вдохновил меня. А сейчас встань и прекрати позориться перед смертными.

Обещанное строгое наказание явно не испугало Серену, её лицо просто сияло от счастья. И по её дальнейшему короткому обмену репликами со старейшиной, я понял, что секта Феникса семи добродетелей целый век жила без своего Грандмастера Алхимии, якобы сильнейшего алхимика на континенте, да к тому же практика, находящегося всего лишь в одной ступени от достижения статуса «Небесный».

И вот из-за того, что он решил вернуться, секта не только обрела прежнюю силу, но и стала на порядок сильнее.

Серена встала и направилась к столу Флоренсов, Изольда тут же подвинулась, почтительно освобождая ей место. Маргарет смотрела на Амелию с таким выражением лица, будто хотела провалиться сквозь землю, похоже, старуха наконец поняла, что её красочные пересказы едва не привели к катастрофе.

Игнис тем временем полез за пазуху и достал небольшой медальон на серебряной цепочке с выгравированным на его поверхности фениксом, распростёршим крылья. Вокруг птицы сияли семь перьев, каждое из которых светилось своим оттенком.

— Да, чуть не забыл, — Игнис протянул мне медальон. — Это знак моего личного ученика. Думал отдать его раньше, но еда оказалась настолько хороша, что попросту забыл. Старость, знаешь ли, память уже не та.

Он подмигнул мне с хитрецой, которую я видел у него во время наших посиделок у костра. Несмотря на величественный облик, внутри он остался тем же ворчливым обжорой.

— А теперь, если никто не возражает, я бы хотел вернуться к еде. Кажется, там оставалась ещё порция рагу?

Зал медленно оживал. Шёпот пробежал по рядам столов. Люди переглядывались, ещё до конца не веря тому, что только что своими глазами видели практика такой высокой ступени. Рональд Серебряный Лотос сидел с застывшим лицом, явно пересматривая свои жизненные решения. Ферум-старший вцепился в подлокотник кресла до побелевших костяшек.

Я убрал медальон Игниса в карман и моя рука случайно коснулась другого предмета, лежащего там, — маленького металлического значка с изображением летающего поросёнка, объятого пламенем.

Точно, у меня же ещё одно дело осталось.

Поросёнок просил передать значок представителю секты Пылающий Горн, и эта представительница как раз сидела за столом в дальнем углу рядом с Каем.

Я двинулся в их направлении, и тут женщина, стоявшая напротив Кая, повернулась ко мне.

Я остановился.

Её лицо… Это лицо я уже видел раньше: высокие скулы, полные, чуть изогнутые в намёке на улыбку губы… Огненно-рыжие волосы отливали тем особым оттенком, что бывает у закатного солнца над горами.

Я видел её совсем недавно в испытании Броулстара. Она чем-то походила на Беллатрикс, гениальную ученицу самого главы секты, с характером как у вулкана и будоражащей воображение грудью.

Но эта женщина казалась старше и взрослее. Черты её лица уже обрели резкость, а во взгляде таилась глубина, которой не видел у той юной пигалицы, но при всём при этом сходство просто поражало.

Наверное, Броулстар создал иллюзию на основе реальных людей, что было вполне логично. Зачем придумывать персонажей с нуля, когда можно взять готовые прототипы?

Но потом мой взгляд упал на её левое запястье, и… мир замер.

Браслет!

Тонкий, почти незаметный под широким рукавом, сплетённый из белоснежной духовной нити, которую я сразу узнал. Ведь это моя собственная нить, которую я случайно оставил на теле Беллатрикс, когда спасал её из пожара в купальнях!

Сердце пропустило удар, потом забилось в два раза быстрее. Мысли путались, отказываясь складываться во что-то осмысленное.

Я развернулся и резко пошёл прочь.

Коридор между залом и кухней оказался пуст, и я, прислонившись спиной к стене и тяжело дыша, достал из кармана значок секты. Металлический поросёнок насмешливо таращился на меня, выпучив глаза.

— Эй! — постучал ногтем по изображению. — Просыпайся, нам надо поговорить.

Пластинка в моих руках потеплела, а потом дрогнула и начала расти, выскользнув из пальцев. Металл потёк, как расплавленный воск, формируя знакомую фигурку.

Спустя мгновение передо мной парил розовый поросёнок размером с апельсин. И так забавно хлопал своими крохотными крылышками.

— Чего тебе, наследник? — раздражённо пропищал он. — Я тут пытался отдохнуть после трёхсотлетней вахты, а ты долбишь по мне своим пальцем, словно дятел.

— Последнее испытание Броулстара, — я говорил тихо, почти шёпотом. — Это была не иллюзия, да?

Поросёнок фыркнул так громко, что его крылышки затрепетали.

— А где ты услышал слово «иллюзия»? Ни я, ни мастер ни разу его не произносили, это уж ты сам решил, что всё ненастоящее, — хрюндель издал тяжёлый вздох. — О небеса, и этому тугодуму мастер передал своё наследие!

— Эй, следи за языком, — я сузил глаза. — Иначе в меню моего ресторана появится новое блюдо из свинины на гриле.

Поросёнок побледнел, ну, насколько могло побледнеть существо, которое и без того розовое.

— Ладно, ладно, не кипятись, — он отлетел на пару сантиметров назад. — Что ты хочешь знать?

— Всё с самого начала.

Поросёнок вздохнул, его крылышки на секунду замерли.

— Пламя Фиолетовой Бездны способно сжечь всё, что угодно. Мастер Броулстар объяснял тебе это во время обучения, помнишь? При достаточной концентрации оно может прожечь даже время и пространство, создав туннель в прошлое.

Так и есть, теперь я вспомнил тот разговор в недрах вулкана, когда старик рассказывал мне про природу фиолетового огня.

— Мастер много лет копил энергию для прорыва на пятую ступень, — продолжал поросёнок. — Но так как его жизнь подходила к концу, он понял, что не успеет, и направил всю собранную силу на создание испытания. Пламя прожгло туннель в прошлое, и твоя душа переместилась в последнюю неделю пребывания Броулстара в секте триста лет назад.

— Если я путешествовал во