Егерь. Прилив - Николай Скиба

— Был у меня один знакомый с Западных Архипелагов, — продолжил Варг, откидываясь на табурете. — Мойра, звали его. Торговец зверями, крупный, серьёзный, с тремя кораблями. Так вот, Мойра рассказывал, что на континенте водятся зверьки, которые чуют потенциал. Смотрят на зверя — и видят, сколько он будет стоить через год, через пять, через десять. Мойра говорил — за такого зверька можно купить всё, что хочешь. Правда, Мойра много чего говорил, половина — враньё, но эту историю он рассказывал трезвый, а Мойра трезвый врать не умеет.

Барут слушал молча. С непроницаемым лицом.

— Так вот, — Варг подался вперёд, — я не спрашиваю, что умеет твой зверёк. Не мое дело. Но если он умеет хотя бы половину того, что описывал Мойра… — Варг причмокнул, — … тогда ты не просто торговец, Барут. Ты — ходячее состояние.

— Я торговец, — ответил Барут ровно. — Фукис — мой питомец. Больше тебе знать не нужно.

— Замечательно! — Варг просиял. — Ещё один, который говорит «тебе знать не нужно»! Два таких за одно утро — я что, притягиваю скрытных людей? Впрочем, ладно. Не хочешь — не говори. Давай к делу. Стёпа сказал, что ты придёшь. Проценты, да-да. Но вижу и ещё что-то. Только что именно?

— Я остаюсь на островах.

— Остаёшься? — Варг приподнял бровь. — Торговец с континента, с дорогим зверьком, без клановой поддержки — остаётся на Южных островах? Добровольно?

— Добровольно. Мне нужна база. Склад, контакты, доступ к местным поставщикам. Я собираюсь выстроить торговый маршрут между Югом и Севером. Информация, товары, зелья, ингредиенты — всё, что можно продать и купить.

— Амбициозно, — Варг кивнул. — И зачем тебе я?

— Потому что ты — единственный на островах, у кого это уже есть. Склад, контакты, сеть. Я собираюсь это использовать.

— Использовать! — Варг рассмеялся. — Честный человек! Не «развивать вместе», не «объединить усилия» — использовать! Мне нравится. Хуже нет, когда врут про «общее благо» и «взаимную выгоду», а потом крадут товар со склада. Ты хотя бы сразу говоришь, что хочешь использовать мою сеть. Вопрос — что я получаю взамен?

— Маршруты, которых у тебя нет. Покупатели на континенте, которых ты не видел. И товары, которые на Юге стоят медяк, а на Севере — золотой. И наоборот.

— Например?

— Яды скорпикора. Железы виверн. Хитин каменного краба. Здесь это расходный материал, на континенте — роскошь. Разница в цене — от пяти до двадцати раз, в зависимости от качества.

Варг перестал жевать. Маленькие глаза заблестели.

— Двадцать раз, — повторил толстяк. — Уверен?

— Что-то придумаем.

— Ты точно не врёшь?

— У меня зверёк на плече, которого ты уже оценил. Стал бы владелец такого зверя врать ради сомнительных действий?

Варг откинулся на табурете. Прищурился и думал. Думал быстро, потому что лицо менялось каждую секунду.

— Ладно, — сказал он. — Допустим. Ты даёшь маршруты, я даю базу. Вопрос — доли. И тут, Барут, я тебе скажу прямо: Варг не работает на равных с новичками. Без обид. Ты пришёл на мою территорию, в мой город, к моим поставщикам. Я здесь двадцать лет. Ты — двадцать минут. Это стоит денег.

— Сколько? — спросил Барут.

— Семьдесят мне, тридцать тебе.

Барут не изменился в лице. Фукис на его плече даже не шевельнулся. Торговец помолчал, потом сказал:

— Сорок мне, шестьдесят тебе.

— Тридцать пять.

— Сорок. И вот почему. — Барут поднял палец. — Ты торгуешь ингредиентами на местном рынке. Твоя наценка — десять, может пятнадцать процентов. Потолок. Потому что вокруг — десяток таких же торговцев, которые сбивают цену. Ты конкурируешь за одних и тех же покупателей, и каждый год маржа сжимается. Верно?

Варг молчал. Лицо не изменилось, но грудинку он отложил.

— Я открываю тебе рынок, на котором нет конкуренции, — продолжил Барут. — Континент. Империя, где яды и ингредиенты с Юга — экзотика, за которую платят любые деньги. Наценка — не пятнадцать процентов, а пятьсот. И единственный, кто может обеспечить стабильный канал поставок — это я. Потому что я знаю покупателей. У меня связи в четырёх королевствах, торговые дома, которые годами ждут качественный южный товар. Я — тот человек, который способен открыть границы юга для кораблей просто потому что у нас есть связи. Без меня ты будешь торговать ядом до конца жизни на своём Юге и думать, что это хорошая цена.

Наступила пауза. Я не встревал — это была та битва, из которой мне победителем не выйти.

Варг смотрел на Барута и не улыбался. Маленькие глаза считали, взвешивали и проверяли. Ищейка, которая наткнулась на след и решает — бежать или подождать.

— Пятьсот процентов наценки, — повторил Варг. — Это цифра или фантазия?

— Цифра.

— Ты не покажешь мне, что умеет твой зверёк, верно? — спросил Варг.

— Не покажу. Но ты увидишь результат. Мы можем наладить торговлю зверями и перевернуть рынки. И тогда ты сам поймёшь.

— Хитрый ублюдок, — сказал Варг и рассмеялся.

Потом вдруг перестал и подался вперёд.

— Ладно, Барут. Сорок на шестьдесят. Но — с условиями. Первое: склад мой. Ты хранишь товар на моей территории, по моим правилам. Второе: мои люди — мои. Ты не переманиваешь, не подкупаешь, не шепчешься за спиной. Третье: первый месяц — пробный. Если за месяц я не увижу денег — сделка закрыта, и ты уходишь с островов с тем, с чем пришёл. Без обид, без претензий, без драмы. Согласен?

Барут смотрел на Варга. Фукис на плече повернул голову и посмотрел на толстяка большими глазами.

— Согласен, — сказал Барут. — С одним дополнением. Те сорок процентов от виверн, которые Стёпа выбил у тебя — они идут в общий фонд. Стартовый капитал партнёрства. Не мой и не твой, понимаешь? Общий.

Варг прищурился.

— Ты вкладываешь свои деньги в общее дело?

— Да.

— Зачем? Мог бы оставить себе.

— Потому что партнёр, который вкладывает свои деньги — надёжный партнёр. А партнёр, который прячет — ненадёжный. Ты сам это знаешь.

Варг молчал. Для него три секунды тишины — это как для другого человека три часа раздумий.

— По рукам, — сказал он и протянул руку. — Барут, ты мне нравишься. Потому что жёсткий. С жёсткими можно строить. С умными — только считать. А строить и считать одновременно — вот это бизнес.

Фукис пискнул. Барут кивнул.

Я стоял у стены и молчал. Два хищника только что разделили территорию — без крови и без единого повышенного тона. Каждый получил то, что хотел, и каждый уверен, что обыграл другого. Через месяц выяснится, кто прав. Через год — кто умнее.

Мне в этой игре делать было нечего. Мои