ЭнергоМорф II. Защитник. Том I - Максим Балашов

— По поводу разницы во времени — всё вроде и просто, и сложно одновременно, — продолжил Вед, отхлебнув из вновь появившегося бокала. Коктейль сменил цвет с оранжевого на фиолетовый, а зонтик стал полосатым. — Если объяснить попроще, дабы твой маленький мозг смог понять, — он постучал себя по виску, — то вселенные движутся не в одном направлении. По сути, миры спускаются или поднимаются по спирали. Как винтовая лестница в старом замке: одни этажи выше, другие ниже, третьи вообще в подвале. Соответственно, и время в них движется по-разному. Где-то быстрее, где-то медленнее, где-то стоит на месте, как болото. А когда миры проходят в пространстве очень близко — на расстоянии вытянутой руки, так сказать, — то Равновесие может играть со временем в этих мирах. Что и произошло с Землёй и Фарадом. Где-то замедляя, а где-то ускоряя течение минут, часов, дней. Вы движетесь в разных направлениях, по разным спиралям, так что это не только возможно, но и неизбежно. Как смена дня и ночи.

— Очень интересно, — ответил Крас с выражением лица как у придурка, который только что проглотил учебник по высшей математике, но ничего не понял, кроме того, что учебник был невкусным. — Но ничего не понятно. Абсолютно. Хоть убей.

— Да твою ж мать! — Вед всплеснул руками, едва не пролив коктейль. — Ты точно бездарь. На кой чёрт тебе дали «обучаемость», если ты два плюс два сложить не можешь? — Он снял очки и уставился на Краса своими древними, прожигающими насквозь глазами. — Ладно. Слушай сюда и запоминай. Короче: если знать координаты мира — точные, как в GPS-навигаторе, — и вектор его направления — куда он движется, вверх или вниз по спирали, — то можно в него переместиться и жить там, например, тысячу лет. А в твоём родном мире за это время пройдёт десять минут. Или час. Или год — зависит от разницы в скорости течения времени. — Он сделал паузу, давая Красу переварить. — Время не может идти вспять. Это как река, у которой нельзя изменить направление движения. Нельзя заставить воду течь от устья к истоку. Нельзя воскресить мёртвых… кх-кхм, тут я погорячился, но об этом пока рано. Нельзя вернуться в прошлое и убить Гитлера, купить биткоины в 2009-м или не знакомиться со своей бывшей. — Вед понизил голос: — Можно замедлить, растянуть или, наоборот, ускорить, но повернуть назад нельзя. Это аксиома. Даже для нас, для тех, кто живёт между мирами. Хотя мне не известны все секреты Равновесия, возможно оно и не такое умеет.

Вед отставил бокал, и тот снова растворился в воздухе, даже не пикнув.

— Да даже на твоей планете был ионик, как же его звали… Изиштейн? Азерштан? — Он наморщил лоб, отчего морщины стали похожи на трещины в сухой земле. — Точно помню, еврей какой-то. Носил такие смешные усы и показывал язык фотографам. Во! Точно! Эйнштейн! — Вед щёлкнул пальцами. — Он открыл теорию относительности. Это, конечно, очень корявое объяснение — примитивное, плоское, как блин, — и подгонял он её под законы физики своего убогого мира, где даже магов считают фокусниками и шарлатанами. Но, чёрт возьми, был близок к истине. Очень близок. На расстоянии чиха. Если бы у него был доступ к другим мирам, если бы он увидел своими глазами, как время петляет и скручивается в узлы… — Вед мечтательно закатил глаза. — Он бы точно поседел раньше времени. А он и так был седой.

Крас какое-то время молчал, переваривая услышанное, потом покачал головой.

— Значит, Эйнштейн был почти прав, — резюмировал он. — А я — почти ничего не понял. Но хотя бы перестал бояться. Спасибо и на том.

— Не за что, — буркнул Вед, натягивая очки обратно на нос. — Вопросы ещё будут? Или ты насытился знаниями на сегодня? Потому что у меня тут коктейль заканчивается, а ты всё никак не угомонишься.

— Эйнштейн! — оживился Крас, чувствуя, что наконец-то может блеснуть остатками школьных знаний. — Я слышал про гениального учёного много хорошего. Очень знаменитый мыслитель прошлого века. Язык показывал, усы носил, бегал без носков. — Он улыбнулся собственной шутке, но улыбка тут же погасла, уступая место любопытству. — А что значит «ионик»? Такое странное слово. Оно из твоего языка или из нашего?

— Разумный, способный подключаться к ионосфере и тянуть оттуда различного рода информацию, — Вед произнёс это буднично, как будто речь шла о подключении к вайфаю. — Как правило, это учёные, писатели, философы, предсказатели. Те, кто в состоянии услышать голос вселенной и перевести его на человеческий язык. В развитых мирах данный вид обработки знаний поставлен на поток и пользуется большим спросом. Там ионики — элита, их берегут, холят и лелеют. Разумные обмениваются информацией друг с другом на огромных расстояниях, не прибегая к физическому контакту. Телепатия, но более узкого профиля. В отсталых же мирах, подобных твоему, одарённые делают это неосознанно. И, как правило, их открытия обгоняют науку на несколько столетий. — Вед отхлебнул уже третьего или четвёртого коктейля (Сергей сбился со счёта), и глаза его заблестели. — Таких случаев масса даже на вашей захудалой планете. Геродот, Евклид, Ньютон, Да Винчи. Список длинный. Гениальные ребята в понимании многих вещей опережали своих современников на голову, а то и на две. Им просто никто не верил. Сжигали, травили, называли еретиками и сумасшедшими. Вот еврейнштейн — из их списка. Ведь его теорию так до сих пор и не доказали практически, чисто теоретически. И не скоро смогут это сделать, если вообще смогут, учитывая, как быстро движется ваша наука — черепашьим шагом в гору. И ей постоянно мешают развиваться могущественные силы.

Движением руки Вед остановил, открывшего было рот Сергея — тот уже набрал воздух для следующего вопроса.

— Предугадывая твой следующий вопрос, отвечу сразу, — сказал он назидательно. — Ионосфера — это информационное поле. Чтоб тебе было понятнее — такая огромная база данных со знаниями. Все мысли, которые когда-либо проносились в головах разумных и не только — людей, эльфов, демонов, тараканов, — там записываются. Навечно. Ничто не исчезает. Даже самая глупая мысль хранится где-то в этом поле. Огромнейший массив данных, к которому теоретически можно подключиться, как к глобальной библиотеке. Разумные, умеющие им пользоваться, ценятся на вес золота. — Вед усмехнулся. — Именно там можно почерпнуть знания