Единичка - Элла Чак

– Какой ужас… – иронично ответила Лея.

Рудо не заметил ее интонации, продолжая на полном серьезе:

– Вот именно! Если бы она не прибила жабу, я бы вообще перестал ей доверять!

Нэл скривила рот. Конечно, Кайл успел им все разболтать, а ведь она просила помалкивать. Наверное, еще и выставил как заслугу. Не сегодня-завтра медалью наградят за убийство красной жабы.

– Я встретила агента. В канализационной трубе, – перебила Лея нытье друга. – Обычно послания оставлялись в надежном месте. Я даже успела снять перчатки, умыться от помоев, пока не вышла в нишу. А она там. В красной комиссарской коже.

– ОНА?! – вскрикнули одновременно Рудо и Кайл. – Комиссарша!

– И что вас удивляет? Да, комиссарша. Да, девушка.

– Нет, ничего… – отмахивались парни, – просто большой риск.

– А я не рискую каждый день? Вообще-то, я тоже девушка! – обратила внимание Лея на очевидный факт, несмотря на то что она все время в комбинезоне, а голос ее охрип.

– Да, конечно! – замялись парни.

– И что комиссарша?

– У нее были яркие розовые волосы. Назвалась «Роузи». Придумала, наверное, – продолжила Лея. – Роузи тоже удивилась, увидев меня. Раньше мы никогда не пересекались. И она начала говорить. О том, что в послании. Агент поможет внедрить нашего прямо перед тестированием. Сектор ищет нового химика. Я говорю Роузи, что у нас новенькая появилась. Умная. Иваныч ее расхваливает. А Роузи такая: хоть бы она не оказалась рыжей и молодой.

Кайл искусал себе губу до болячки и боролся с желанием снять перчатку и покусать еще и ногти.

– Чего? – поперхнулся Рудо пушинками мангуба, опускающимися с неба через дыру в крыше.

– Как же это?.. – отпрянул Кайл. – Ерунда какая-то.

«Мне конец…» – закатила глаза Нэл.

– Вот так! – развела руками Лея.

– Ты спросила Роузи, в чем там дело? Почему она боится рыжей девчонки?

– Спросила. Оказывается, в лаборатории одиннадцать лет подряд работала ученая под кодом Ли-Св-Ис 09–18/семь.

– Это ее тетя Ли. Она устраивала диверсии и тормозила производство новых бет.

– Так Нэл рассказала. А вот Роузи говорит, что Ли – родственница Нестора. Точнее, его дочь! Поэтому ей разрешали покидать Сектор! Поэтому она могла возвращаться в нору к Нэл! Не яды она искала, а растила свою смену.

– Но… но… но… – лопотал Рудо.

– Лея, это бред! – озвучил его недоумение Кайл. – Ли провела бы Нэл в Сектор сама. Зачем ей внедряться через нас?

– Кайл, ты совсем дурачок? Так сильно в нее втюрился, что не видишь: Нэл теперь знает, где Штаб! Она вернется в Сектор и сдаст нас с потрохами! А она смелая, конечно, – поразилась Лея.

«Втюрился?.. – повторила Нэл. – Чего? В меня?!..»

Кайл снял с головы защитный экран. Он весь взмок. Перед глазами стояла картинка Нэл в душевой. И комиссарский спасательный маяк у нее на шее. Что, если это не трофей… если это был ее собственный?! А на крыше она отказалась брать ружье. Сказала, что не собирается убивать. Кого? Своих, что ли?

Нэл уставилась на мерцающие звезды. Еще немного, и Лея назовет Либери закамуфлированным триглом. Да, она внучка Нестора, а Ли его дочь. Но это не означает, что она работала на Сектор. Оказывается, в Секторе Ли никто не любил. Завидовали ее вылазкам. Решили, что эти поблажки она получила из-за родства с Нестором. Еще и такая же рыжая, как он.

– А Смит предупреждал, что дикарка – обманка Сектора! – не мог угомониться Рудо. – И что теперь делать? Иванычу доложить?

– Уже доложила. Таков порядок. Поэтому не хотела, чтобы Нэл пошла с нами. Пусть Иваныч решает. А тебе, Кайл, не нужно жалеть. Перестань о ней волноваться. Еду носить, организовывать поиски. Она с той жабой мило скоротала ночь под звездами! Небось болтали, как старые приятели.

– Она вернулась в крови. Напуганная, я же видел. И сумку с ноутбуком спасла.

– Кайл, – обратилась к нему Лея, словно к маленькому, – в Секторе нет тупых Лидеров. Они все продумали. Правдоподобная идеальная ложь. Имитация погони. Распотрошили бурундука, забрызгав его кровью Нэл. Теперь все мы ей верим. В Штабе ее считают особенной. Смелой. Люди готовы идти за ней куда угодно. Я же слышу, что говорят в отрядах.

– Нет, Лея, она убила жабу! Она сама сказала мне в душевой.

– В душевой? Голая? – кивала Лея, выдавая ухмылку. – Как ты вообще ее слова расслышал?

– Вода не лилась. Я прекрасно все слышал, – не понял он ее иронии.

– Ты слышишь только то, что хочешь. Нестор создал Систему. Она слушалась его, а Система слушается только Лидеров. А у нас как раз внучка Лидера в Штабе!

Кайл отшатнулся. Даже Нэл на крыше вагона чуть не подавилась падающими на нее пушинками мангуба. Их приземлилось уже столько, что Нэл накрыло мягким теплым одеялом.

– Мне жаль, – сочувственно коснулась Лея перчаткой Кайла, – я тоже прикипела к Нэл как к сестре. В отличие от нее, я не вру. А она? В ней ты уверен? Доверишь свою жизнь? Или жизнь Смита? Рудо?

Лея спрыгнула в распахнутые двери. В свете луны она смотрела на законченные граффити Кайла: девушка в защитной второй коже, с опущенным экраном и единственной чуть заметной прядью рыжих волос.

Рудо поторопился следом:

– Я с тобой, Лея! Подожди!

Он только махнул Кайлу, но тот был рад, что остался один.

Уханье ушастых сов и кроличьих сычей наполнило воздух раскатистыми колебаниями. Закрыв глаза, Нэл слышала, как тяжело вздохнул Кайл, падая на длинное сиденье вагона. Наверняка он смотрит сейчас в этот обвалившийся проржавевший потолок на те же звезды, что и она. Их разделяла всего пара метров, и оба они думали друг о друге.

– Нэл… – бормотал он себе под нос, – кто же ты?

Она ухватилась руками за края люка и сделала кувырок. Спрыгнула прямо перед ним. Облако сорвавшихся с сарафана Нэл пушистых семян мангуба наполнило вагон.

– Судя по их количеству… – отмахивался от пуха Кайл, – ты просидела на крыше минут тридцать? Тебе пересказать или?..

– А ты бы пересказал мне в Штабе? – уселась она на длинный диван, вытряхивая пух мангуба из желтых резиновых сапог.

– Да, – сразу ответил он, – я бы захотел тебя выслушать.

– А именно? Оправдание? Или очередную ложь?!

Она не знала, откуда берется в ней эта злость. К единственному человеку в Штабе, который пока еще на ее стороне.

– Прости, – тут же взяла она себя в руки, – ты вроде еще меня не ненавидишь.

Она стянула гольфы, опуская горячие ноги в прохладные побеги ромашек. Нэл прохаживалась босыми ступнями по влажным стеблям, наслаждаясь их живой упругостью под рецепторами кожи.

– Это правда, – произнесла Нэл. – Нестор – отец Ли и мой дедушка. Он создал Систему, а значит, был Лидером.

– Нэл…

– Нет, Кайл! Ты