Ученик гоблина 5 - Марко Лис

— Я не знаю, Менос, — пожал плечами наставник. — Раньше это было нечто сродни перетягиванию каната. Но после слияния Монарх больше не выступает противовесом рунам огненной стихии. Может пройдут годы прежде чем ты что-то заметишь, а может одна единственная активация оставит на сцилле рубец. Вот и думай, хочешь ли проверять насколько пагубным может оказаться их дальнейшее использовании в условиях таких перемен.

— Не хочу, — буркнул я в расстроенных чувствах. — Но и без оружия перед схваткой с разумными Плетями оставаться тоже не хочу.

— Можем попробовать обменять руну, — влез Арах. — Орбита не высокая, но сама по себе она ценная.

Я задумался.

Сейчас, возможно, лучший момент, чтобы провернуть подобное. Вокруг хватает Высших, кого действительно может заинтересовать обмен.

— Давай попробуем.

— Тогда гони руну, — гоблин требовательно протянул руку.

Показалось, словно частичку оторвал от сердца, когда извлёк и передал Араху огненную руну. Сам-то я насчёт обмена ни к кому подойти не мог. Это дела только рунников.

Гоблин тут же принялся ею играться. Он воспламенял ладони и сразу проверял, что может ими поджечь. Зелёная трава мигом иссохла и вспыхнула, превратившись пеплом. Небольшая ветка тоже загорелась от одного прикосновения. И даже штанина начала тлеть, а вот кожа, показавшаяся сквозь пропаленную в ткани дырку совсем не пострадала.

— Даже не почувствовал почти, — восхищался Арах.

Он даже всерьёз вознамерился сам у меня её выкупить.

— Ты рунный голодранец, нэк, — со смехом напомнил ему учитель. — Или забыл правила обмена?

— Не забыл, — Арах вынужден был признать правоту старика и отказаться от идеи стать обладателем огненной руны.

Ему нечего было предложить в качестве равноценного обмена. Вот и получалось, что и я ничего не получу и Араху руна служить будет, выдавая силу по минимальной границу возможного. То есть, ни одному из нас пользы не будет.

— Наивные, — покачал головой шаман. — Думаете, всё вот так просто, стоит только захотеть и новая руна уже у вас в руках?

— Не поверю, что во всём отряде не сыщется ни единого желающего заполучить руну огня, — Арах поднялся с бревна, воинственно взмахнув сжатым кулаком, в котором на мгновение мелькнул небольшой ярко-оранжевый шарик, похожий на раскалённый уголёк. — У нас хороший товар, мы не какие-то нищие оборванцы.

— Вообще-то мы и есть нищие оборванцы, — хохотнул я. — Но к обмену это никак не относится.

— Валяй, — старик махнул рукой, устраиваясь поудобнее. — Только смотри, не вздумай сам согласовывать условия сделки — сначала узнай, что предлагают, потом возвращайся сюда.

— За кого вы меня принимаете, нэк? — оскорбился Полуухий, гордо задрав нос, и тут же зашагал прочь, деловито обходя расположившихся на привале воинов.

Смысла тащиться за ним хвостом я не видел никакого. Пусть сперва сам разнюхает, кто вообще готов рассматривать подобные предложения, а уже потом, вдалеке от лишних глаз, мы обсудим детали и решим, соглашаться или нет.

Так что я остался сидеть на месте, продолжая безуспешную войну с многострадальным походным мешком, время от времени поглядывая, как щуплая фигурка Араха мелькает между группами отдыхающих наёмников.

Начал он с орков. Подошёл к костру, у которого расположилась троица закованных в клёпаную кожу рубак, что-то с воодушевлением затараторил, активно жестикулируя перед их Высшим. Один из орков смерил его скучающим взглядом и отвернулся обратно к котелку с похлёбкой, даже не удосужившись ответить. Второй что-то буркнул, судя по интонации, явно грубое. Рунник же и вовсе не шевельнулся, продолжая наьлюдать за горящими в костре ветками.

Гоблин, ничуть не смутившись отказом, тут же двинулся дальше.

Солнце тем временем медленно, но неумолимо клонилось к горизонту.

Дневная жара, ещё пару часов назад казавшаяся невыносимой, начала понемногу спадать, уступая место приятной прохладе. Тени от дубов растянулись длинными, причудливыми полосами по вытоптанной траве, а лёгкий ветерок снова принёс с собой привкус соли, напоминая о грядущем переходе через солончак.

— Что застыл? — учитель бесшумно опустился рядом со мной, протягивая кусок вяленого мяса и ломоть подсохшей лепёшки. — Ешь. Сегодня готовить не будем.

— Спасибо, — я вцепился зубами в мясо.

— Переживаешь, что Арах не справится?

— Не особо, но всё равно как-то неспокойно.

— Если найдётся достойная для обмена руна, он её не упустит. Даже если владелец и не думал ничего менять.

— Он и правда способен уговорить кого угодно.

— Уговоры уговорами, а вот доводить дело до результата — это уже немного другое умение, нэк, — хмыкнул старик, с хрустом откусывая от собственной лепёшки. — Впрочем, талант у него есть. Жаль только, что применяет он его через раз.

Некоторое время мы молча жевали.

Лагерь вокруг постепенно менял своё разморенное зноем настроение на более собранное. Воины проверяли снаряжение, подтягивали ремни на доспехах, точили клинки. Кто-то деловито перепаковывал мешки, стараясь распределить вес поровну между обеими лямками, и я смотрел на них с огромной завистью. Ну почему у них получается, а у меня нет⁈ Кто-то наскоро жевал холодную кашу, оставшуюся ещё с полудня. Все кто последние часы лениво валялся в тени, теперь неохотно поднимались, разминая затёкшие конечности.

— Скоро выдвигаемся? — спросил я, отряхивая крошки с колен.

— Как только на небе покажется созвездие Гидры, — Зуг’Гал прищурился, глядя на выцветающее небо, где сквозь остатки дневной синевы уже начинали робко проступать первые, едва заметные звёзды.

Разумный выбор времени, между прочим. Последней глупостью было бы переть через соляную равнину днём. Там от зноя не то что мы или орки, сами демоны Низшего мира испекутся заживо.

А вот когда солнце окончательно скроется, жара спадёт и наступит ночь, это самое время для перехода — не жарко и не холодно.

К тому же, ночью высока активность самых разных тварей, так что это ещё одна веская причина отдыхать именно днём. Риски нападения куда меньше и часовым будет проще отслеживать возможные угрозы.

— Это же солончак. Зачем кому-то жить посреди этого… Кому нужна соленая, выжженная пустыня без единого кустика и капли пресной воды? — задал я вполне логичный вопрос.

— В нашем мире водится столько всего необычного и непонятного, что порою это почти невозможно осознать. Но скажу тебе так, Менос, куда бы ты ни пошёл, где бы ни оказался, будь уверен, там всегда найдётся тварь, что с радостью тебя сожрёт. Насколько бы пустынным и безжизненным не выглядело место,