Так себе ученица - Яна Каляева

class="p1">Большой Шланг уже начал собирать вокруг себя водяные кольца. Трезубец в его руках гудел, вытягивая влагу из воздуха. Широкая водяная плеть хлестнула по песку, пытаясь сбить меня с ног. Я перекатилась, одновременно выхватывая травматические пистолеты, и с колена выпустила две пули. Противник легко уклонился, но его атака сбилась — струя опала, не долетев до меня.

Он тут же перехватил трезубец. Теперь из трех зубцов летели плотные водяные шары — мелкие, но быстрые, как автоматная очередь. Я уклонялась и отвечала импульсами, которые в основном поглощала вода. Мой удар попал Шлангу в плечо, но он даже не поморщился. Зато я заметила, что напор ощутимо ослаб — противник быстро тратил резерв.

Тогда гидромант сменил тактику — воткнул трезубец в песок, и вокруг вздулся колышущийся водяной купол. Я выстрелила — пули увязли в жидкости, потеряв скорость. Шланг спрятался в своем пузыре, как в аквариуме, и оттуда принялся выбрасывать длинные щупальца, пытаясь захлестнуть меня за ноги. Одно дотянулось — я рухнула на песок, но тут же перекатилась и выстрелила в основание купола. Вода задрожала, пошла рябью. Я выбросила эфирный импульс — купол лопнул, щедро окатив нас обоих. Водоворот пошатнулся и рухнул на одно колено, выставив перед собой трезубец, откуда била уже совсем вялая струя. Твою ж Галадриэль, как-то оно все… двусмысленно выходит. Ладно, авось хотя бы зрителям нравится. У меня оставалось четыре пули, но я решила не калечить парня и свалила его эфирным импульсом под колено. Шланг упал, его браслет загорелся красным.

— Победитель — Русская Борзая, — объявил куратор Салим.

Водоворот поднялся сам, и мне стало приятно, что я все-таки не Кримсон.

— Я не очень-то и старался, — пробормотал он. — Берег силы. Против тебя все равно шансов не было…

— Тебе виднее, — тактично ответила я. — Спасибо, это было… освежающе.

Мокрая форма облепила тело, не оставив во мне никакой, хм, загадки — кажется, «Врата моря» демонстрируют товар лицом, то есть не лицом, а… замнем для ясности. Салим открыл нам проход, и я рухнула на трибуну, прижавшись к теплому боку Ахада. Сняла негатор-кольцо для восстановления резерва. Один из младших кураторов забрал пистолеты для перезарядки и протянул мне бутылку с водой, хотя последнее определенно было лишним.

Если вдуматься, Большой Шланг повел себя разумно. Наш ланиста строит обучение так, что каждый постоянно чувствует себя ничтожеством, недостойным даже подавать гостям Арены ананасную воду. Но вообще-то даже с негатор-кольцом и этой убогой пародией на огнестрельное оружие я сильнее большинства своих соучеников. Такова объективная, ска, реальность.

Я попыталась разобраться, как прошли остальные бои, но тут объявили второй жребий, который свел меня со Штилем. Мы встретились взглядом и улыбнулись друг другу.

В руках Расмуса был короткий меч, на тренировках он использовал его как защиту от моих атак: сталь заземляла импульсы, отводила их в песок. С негатор-кольцом я была недостаточно сильна, чтобы пробивать в лоб его щиты.

Ударил гонг. Штиль начал с того, что воткнул меч в песок — и земля вокруг меня пошла волнами. Я пошатнулась, но устояла и выстрелила. Противник принял пули на щит и снова взбудоражил землю.

Мы чередовали атаки и защиты, как фигуры в танце. Щит Штиля поглощал мои выстрелы и импульсы, а земля в это время уходила у меня из-под ног. Он поднимал песчаные бури — я уклонялась и уворачивалась. Эфир переполнял мышцы, в воздухе повис крепкий запах свежего пота Расмуса — и моего, наверное, тоже. Один раз мне удалось попасть импульсом ему в бедро — он рухнул на одно колено, но сохранил равновесие. Тут же выставил меч, и мой следующий удар приняла сталь.

Мы кружили по песку около четверти часа — я краем глаза заметила, что остальные три пары уже завершили бои. Расмус дважды доставал меня земляными ловушками — я падала, но тут же вскакивала, не прекращая атак. Подумалось, что жребий, который свел нас на песке, был не таким уж слепым — кураторы знали, что мы с Расмусом чертовски хороши вместе и равны ловкостью и силой.

Эта досужая мысль обошлась мне дорого — я не успела отреагировать на неожиданную атаку. Вместо очередной каменной волны Штиль метнул меч в песок у моих ног и в ту же секунду ударил эфиром. Меч стал якорем — вокруг него земля вздыбилась и сжалась в каменный мешок, запирая мне ноги. Я вскинула пистолеты, но Расмус уже был рядом, молниеносно перехватил оба моих запястья, завел за спину, зафиксировал.

Наши мокрые от пота тела вжались друг в друга, его губы слегка коснулись моего уха — это не было неприятно, даже наоборот.

— I’ve got ya, — выдохнул он.

Я нежно улыбнулась и ударила его головой в основание шеи — туда, где нервы сходятся в узел. Годы изучения нейрофизиологии прошли не зря! Захват ослаб, я высвободилась и толкнула противника на песок. Поставила ногу на грудь и навела оба ствола. Черт, не стоит стрелять с такой дистанции, точно будут серьезные травмы, на щит у Расмуса эфира уже не хватит…

Однако стрелять не пришлось, браслет на запястье Штиля вспыхнул алым. Хм, вряд ли дело в истощении резерва… Видимо, куратор рассудил, что мыоба уже показали себя в лучшем виде.

— Победитель — Русская Борзая.

Я протянула руку, Расмус принял ее и поднялся.

— Ты в порядке? — тихо спросила я.

— Ага. Черт, как ты была хороша!

Я фыркнула, но внутри стало тепло.

— Спасибо. Ты тоже очень ничего, Расмус.

Мы сели на трибуне рядом с Ахадом. На следующий раунд нас не вызвали, так что появилась возможность передохнуть. Жаль, до душа добежать я не успевала, пришлось обойтись салфетками.

Во время передышки я наблюдала за боем Кримсон с Солярисом — сейчас мои симпатии были на его стороне, поэтому я даже мысленно не называла не в меру пылкого эльфа Перегревом. Он сжимал в руках огненный стек — длинный прут, который раскалялся добела, когда по нему пускали эфир. Тактика пироманта была проста: раскручивая стек, как пропеллер, он создавал вокруг себя огненный смерч. Это выглядело чертовски красиво. Солярис атаковал первым — пламя срывалось со стека кольцами, вихрями, россыпями искр. Пиромант выкладывался сразу, понимая, что в бою с Кримсон нельзя экономить силы. Я видела, как натянулась кожа на его фактурном лице.

Алая Королева выглядела расслабленной, почти небрежной — словно не сражалась на песке, а вышла на балкон своего особняка.