Так себе ученица - Яна Каляева

Мы могли бы заниматься этим вечность — но Кримсон пустила кровь. Замерла на мгновение и полоснула себя кинжалом по предплечью. Хлыст из бледного стал темно-красным, почти черным по краям. Багровая волна прокатилась по арене, и даже звери на секунду замерли.

Первый удар — прямой, на поражение, в грудь. Я ушла влево. Второй — широкий, подсекающий. Я перекатилась и выстрелила с двух рук. Третий — захлест, попытка обвить мои ноги. Я прыгнула, плеснув эфира в мышцы, и хлыст прошел подо мной.

Весело, конечно, но надо перехватывать инициативу — а как? Магия крови дает, кажется, бесконечную энергию… Ладно, буду держаться, сколько смогу!

А смогу недолго, мой-то резерв не подпитывается кровью.

И тут Ахад отшвырнул Шрама, как надоевшую игрушку, и напрыгнул на Кримсон. Леопард бросился защищать хозяйку, но горгон уже врезался в Алую Королеву всей своей немалой массой. Она упала на спину, но не растерялась — вскинула хлыст вверх. Шрам снова напал на горгона, они сцепились — но мне хватило того, что противница на секунду отвлеклась.

Я рванула вперед и с двух рук почти в упор расстреляла руку, держащую хлыст. В упор и резиновые пули ломают кости! Кримсон вскрикнула, хлыст развеялся. Не давая ей опомниться, я швырнула обширный импульс прямо ей в грудь — ребра должны уцелеть, но дышать стерва не сможет…

Я придавила шею противницы ногой. Это победа — и пока не объявлен конец боя, я могу все! Я вышла на песок, чтобы покарать эту тварь.

Но лицо Мариам… не ненависть, не злоба, не страх… я не могу разобрать, что в нем! Хотя поле боя мое, я чего-то не понимаю, а значит, не контролирую!

А, ладно. Измывательства над беспомощными никогда не были моей сильной стороной.

Я прицелилась и выстрелила Алой Королеве в лицо. Пули вошли в песок справа и слева от висков — я клянусь, она ощутила поднятый ими ветер.

— Ой, ну надо же, промахнулась, — я усмехнулась. — Сегодня тебе повезло, но если еще хоть раз…

Браслет Кримсон загорелся красным.

— Победитель — Русская Борзая!

Я бросилась к Ахаду — он уже бежал ко мне, виляя хвостом. Горгон припадал на одну лапу, через всю морду проходила царапина, бок кровоточил — но желтые глаза светились от счастья. Я обхватила горгона руками и расцеловала, пачкаясь в его крови.

— С первым боевым выходом на песок, дружище!

Ахад восторженно раскрыл пасть и еще интенсивнее завилял хвостом — хотя только что казалось, что это уже невозможно.

Хотя бы один из нас двоих был искренне рад победе.

Глава 13

Я пробую пунш

Если честно, я уже раскатала губу, что снова займу первое место в общем рейтинге, но после испытания группы «Сталь» оказалась все же второй после Тарика, который прошел весь турнир без единого поражения. Кримсон стала третьей, Коготь — четвертым, за ними шли Инадзума, Скиннер и Апрель. Юсуф занял обидное восьмое место, Штиль — девятое, а Плеть теперь замыкала первую десятку.

Это было естественно и совершенно заслуженно. Мне доводилось воевать бок о бок с черными уруками, и я знала, что каждый из них — даже тот, кого племя держало за слабака — непревзойденная боевая машина. Их натиск можно сдержать разве что пулями, но полноценный огнестрел в боях между гладиаторами запрещен, а резиновые шарики для этих монстров едва ли опаснее мух. Способности магов относительно легко сбалансировать с помощью негатор-колец, а как это происходит у воинов? Не сомневаюсь, что Тарик даже с голыми руками управится с любым из соучеников. Значит ли это, что именно он станет первым чемпионом и возглавит Семерку?

Все это наводило на невеселые мысли. Вчера мы соревновались в поединках, и сами бои были вроде как честными — но значит ли это, что чемпионами Арены действительно станут самые сильные и искусные бойцы? Ведь гладиатор — это не только воин, но еще и артист. Публика может не слишком хорошо разбираться в боевых техниках, восхищается она в первую очередь яркостью образа. Плеть, безусловно, интересная девушка, но магия звука — не самая зрелищная штука. Она, быть может, хороша для разнообразия, но тянет ли на главный объект восхищения миллионов фанатов по всему миру? Не верю, что Арена пускает такие вопросы на самотек.

Плеть явно вывели из участия в третьем испытании намеренно, чтобы не позволить ей остаться первой в рейтинге. Это, конечно, было в интересах Кримсон — но ее ли одной? Тот взгляд, которым Алая Королева обменялась с куратором Салимом, и выражение сосредоточенности на ее лице, словно она исполняла какое-то непростое задание… Однако не значит ли это, что мне теперь стоит переживать и за Тарика? То, что урук превосходит соучеников как боец, еще не значит, что чемпионом сделают именно его. Уруки — они ну, вы понимаете, уруки. Они поражают воображение, но… не удивляют.

Стоило все это с кем-нибудь обсудить, и хуже всего, что я знала, с кем именно. Странное дело: безумно скучать по человеку, которого видишь каждый день, причем даже куда больше, чем хотелось бы. Пусть мы с Илюхой не состоялись как пара, но ведь я могла бы поговорить с ним как с другом, как с учителем, как с сослуживцем по делам Тайного приказа, в конце концов. Вот только в какое положение я его поставлю? Он ведь работает на Арену и запросто может быть в курсе всех этих интриг, но не иметь права раскрывать их мне. Он никогда и не обещал, что Арена — предприятие по-настоящему честное.

От всех этих мыслей я смогла заснуть только к рассвету и на утреннюю тренировку плелась, точно на казнь. Все тело ныло, руки и ноги едва слушались — сказывалось утомление, накопившееся за третье испытание. Сейчас, когда адреналин схлынул, каждая мышца отчаянно ныла, да и запоздалая слабость от перерасхода эфира накатывала волнами. С настроением дело обстояло ничуть не лучше. Я предпочла бы не видеть Илюху никогда, чем видеть в том качестве, в котором он сейчас.

Однако, когда я вместе с остальными учениками заползла на малую Арену, ланисты там не было. Вместо него нас ждал молодой куратор. Я припомнила, что его зовут Али.

— Что, удивлены? — улыбнулся Али. — Готовы были превозмогать? Но сегодня не нужно. Ланиста взял три дня отпуска по случаю Рождества. Остальные занятия тоже отменены. Можете считать, что у вас каникулы.

Мы неверяще