Дубликат - Леонид Жилеев

с её проблемами, октябрят, Ляксандру и бабу Глашу. Что вон тем облакам до нас всех, пусть даже эти облака и ненастоящие? Полчаса или сколько-то там ни о чём не думалось; потом сам собой стал складываться стишок:

Вот лагерь, в который приехал Семён…

Да уж, лагерь. Пионерский лагерь «Совёнок», он же объект «Убежище» образца 1987 года. Это он, получается, на семь лет младше меня, только я вырос, а он застрял в том лете. Он в этом лете, в этом лете навсегда… М-да. Кстати, с сезонами здесь полный бардак. Сирень цветёт, одновременно же и земляника созрела — дотянулся до куста дикой смородины, сорвал одну ягоду: бр-р-р-р… Ну и кислятина, хотя тоже созрела. Полный лес грибов опять же и всякой мелкой непуганой живности. Из крупных птиц мы имеем сову — одна штука, а самое крупное животное — это барсук, тоже одна штука. А пшеница в полях вокруг лагеря ещё зелёная, и только-только колоски показались. Что ещё странного? Каждую ночь полнолуние, да.

А это пшеница,

Которой много в полях колосится

Вокруг лагеря,

В который приехал Семён…

Квазизамкнутая система пространственных вакуолей. Ёжику же всё понятно! А живут в этой системе квазиживые квазипионеры и их квазивожатая. Пять тысяч Семёнов, пять тысяч Алис, пять тысяч Ольг Дмитриевн — в общем, всех по пять тысяч. Ну, в семье не без урода, поэтому отклонения встречаются. Вот, одно из них сейчас лежит, облака разглядывает — поправка: квазиоблака.

А это девица

С косой цвета спелой пшеницы,

Которой много в полях колосится…

Не так-то всё просто с обитателями. Ну, допустим, есть пять тысяч Славь со сроком жизни в две недели. Ну, можно взять одну, поковыряться в настройках и сделать из Слави Славяну с неопределённым жизненным циклом. Некрасиво, конечно, так говорить, и не дай бог такое ковыряние в своих настройках пережить, но получилось удачно. Это даже если отвлечься от моего отношения к Славяне. Сомневаюсь я, что с живым человеком такое получится. Но вот откуда возникла Ляксандра — я не понимаю. Как будто однажды из этого лагеря выдернули Славю, и системе пришлось срочно создавать замену.

А это вожатая,

Не пьяная и не помятая,

К которой Семёна приводит девица

С косой цвета спелой пшеницы…

«Вожатая» рифмуется ещё и с «бесноватая», но я всё же не рискнул. Интересно, есть ли у Ольги Дмитриевны реальный прототип, или это продукт исключительно программный? Тут оба варианта равновероятны, ничего не могу сказать.

А это Ульянка,

Малолетняя хулиганка,

Которую часто ругает вожатая,

Ни разу не пьяная и не помятая…

Как получится с Ульянкой и Алисой? Вот тоже вопрос. А ещё, если я уеду со всеми на автобусе, вернусь ли я в этот же лагерь? Славяна-то уехала и не вернулась. Это вопрос номер два. Рискнуть и поставить эксперимент: остаться в лагере в день отъезда? Что там Пионер говорил — кажется, что просто засыпал, а просыпался в автобусе? То есть пока не заснул, то ничего и не происходит — так выходит? Вот ещё мысль: если я засыпаю, причём явно не добровольно засыпаю, значит, все чёрные дела здесь происходят, пока мы спим. Значит, я такая же часть всей системы, как и все остальные, только с чуть большей автономией. Значит, чтобы не уснуть, придётся выпить весь запас кофе у бабы Глаши? Баба Глаша мне не простит. Любопытно, как сочетается в одном человеке повариха из пионерлагеря и человек из научной среды? Но ведь сочетается же.

— Сбежал ото всех? А ведь тебя по всему лагерю уже ищут!

Помяни чёрта — он и придёт.

— Официально ищут, или только отдельные личности?

— Ну, в эти детали я не собираюсь за тебя вникать. Твой лагерь — сам и разбирайся.

Поворачиваю голову, отводя взгляд от облаков.

— Давно не появлялся. Ты, конечно, нематериальная проекция, но не возвышайся надо мною башней. Сядь, посиди.

Пионер обходит меня и пристраивается рядом, усевшись на траву. Однако для нематериальной проекции он траву эту ощутимо приминает. Нехотя спрашиваю:

— Всё царствуешь? Ты там хоть короновался уже? Или, может, божеством себя объявил — земным воплощением Великого Генды?

— А ты всё бегаешь? Понимаешь же, что так отсюда нет выхода.

— Всё лучше, чем твой метод. Зачем пришёл?

— Вот забеспокоился, как ты там? А тебя на старом месте нет! Пришлось попотеть, пока нашёл.

— И кто там вместо меня на старом месте? А у меня, как видишь, всё без изменений.

— Не скажи, ты вот лично между лагерями путешествовать теперь можешь.

— Так и ты можешь. Разница в том, что меня лично перебрасывает куда-то без моего ведома, а ты попадаешь в виде проекции, но зато по своему выбору.

— С поварихой здешней общался.

— Ты тоже общался, и на тебя она до сих пор обижается — понял, говорит, её не так и теперь дел наворотил.

— Ну, знаешь, после того, что тут устроил этот кружок физиков, мои лагеря — это просто детская игра в куклы.

— В куклы, да. Ну, ничего другого я от тебя и не жду.

Кого, интересно, принцессой нарядил?..

— Кого-то принцессой назначил и в домик посадил, кому-то руки и ноги оторвал.

— Слушай, оставь своё морализаторство при себе. Знаешь же, что это бесполезный спор.

Лица Пионера я, как обычно, не вижу. Это даже не тень, а просто взгляд на нём не задерживается — вот такая магия. А ещё я и ударить сейчас его по этому лицу не могу: к сожалению, нематериальные проекции — они такие. И всё-таки — что ему надо?

— И всё-таки — ты же не просто так меня искал?

— Я пришёл напомнить о своём предложении.

— Присоединиться к тебе? Видел я этих присоединившихся. Уж лучше безмозглым аборигеном-репликантом быть.

— Ну зачем так грубо? Им не так плохо живётся, как ты думаешь, а во-вторых, если не хочешь, давай просто договоримся, хоть на словах. Меня устроит.

— О чём нам договариваться? Не воевать между лагерями? Так это глупо, как ты это себе представляешь? А о чём ещё? Информацией делиться? Так делимся же, а всю информацию всё равно никогда друг другу не отдаём.

— Да ты пойми, что таких, как мы, здесь единицы. Которые что-то знают, понимают, осознают себя и хотят действовать! Мы