Фантастика 2026-164 - Дмитрий Ромов

Мы вошли в подъезд и поднялись к квартире дяди Лёни. Я позвонил в дверь. Никакой реакции не последовало. Тогда я тихонько постучал. Снова тишина…

Толкнул дверь плечом. Она была заперта. Я достал телефон и позвонил. На результат не надеялся, но, неожиданно, Соломка ответил.

— Он меня заставил! — сразу выпалил он.

— Дядя Лёня, не кипишуй, — ответил я и кивнул Чердынцеву, чтобы он шёл за мной. — Знаю. Ты хорошо заныкался? Ты ж понимаешь, он за тобой придёт.

Мы спустились и зашли ко мне домой.

— Я сразу понимал, — вздохнул Соломка. — Заныкался нормально. Ночь перекантуюсь.

— Смотри только нигде не светись ни на вокзале, ни…

— Знаю, — бесцветно ответил он.

— Могу тебя забрать и спрятать получше.

— Тебе зачем? — подозрительно спросил он.

— Не хочу, чтобы тебя того самого…

— Я никаких показаний давать не буду. Ты понял?

— Короче, не парь мне мозг, дядя Лёня, блин. Говори, куда подъехать. Не бойся. Я мстить не собираюсь. Успокойся. Просто поговорим без протокола и всё. Я не злопамятный, помогу тебе. Слово даю.

Он долго молчал. Я терпеливо ждал, а Чердынцев рассматривал завалы у меня дома.

— Ладно, — наконец, отозвался Соломка. — Давай завтра. Я забегу домой, возьму кое-какие вещички и поедем тогда…

— Во сколько?

— В девять…

— Договорились, — ответил я, и он тут же отключился.

— Знатно поработали, — кивнул Чердынцев, имея в виду обыск. — Слушай, я не пойму только, зачем тебе этот Соломка? Как ты его показания будешь использовать, если улика уже уехала в другое место? Ты же не скажешь суду, типа я подбросил пистолет Раждайкину, правильно?

— Во-первых, я не знаю, как дело повернётся, в какую сторону. И дополнительный свидетель мне не помешает, это уж точно. А во-вторых, просто жалко старика.

— Смеёшься? — удивился он. — Этот старик тебя чуть на нары не отправил.

— Это так, — пожал я плечами. — Только у него выбора не было. Я так думаю.

— Выбор есть всегда, вообще-то…

Он не договорил. У меня зазвонил телефон. Это была Сучкова.

— Алло, — ответил я.

— Взяли, — тихо сообщила Жанна. — Но это ещё ничего не значит. Сейчас будем допрашивать.

— Ты? — спросил я.

— Не только.

— А взяла ты?

— Я, — ответила она, и в её голосе проскользнули нотки удовлетворения и торжества.

— Ну, не давай ему спуску! — бодро воскликнул я и облегчённо выдохнул. — Помни, Жанна из тех королев, ну, ты знаешь, да?

— Всё, короче, — усмехнулась она. — Заканчивай трёп.

— Узнаю беспощадную гарпию. Давай, детка, выклюй ему печень!

Она не ответила и отключила телефон.

— Хорошие новости? — прищурился Чердынцев.

— У Раждайкина в багажнике нашли ствол, предположительно орудие убийства, — улыбнулся я. — Сейчас допрашивать будут.

— А ещё есть что-нибудь?

— Данные камер наблюдения неподалёку от места преступления.

— Негусто…

— Посмотрим, что там придумает следователь…

— Интересный ты мальчик, Серёжа, — покачал он головой и усмехнулся. — Ладно, завтра в девять, да?

— Да.

— Хорошо. Подумаю пока, куда можно твоего урку спрятать.

* * *

Утром я встал пораньше. Написал Насте, что в школу сегодня не пойду и сделал зарядку. Умылся, позавтракал, стоя у окна и поджидая, когда появится Соломка. Видно его не было. Я позвонил по вчерашнему номеру. Он не ответил.

Тогда я позвонил Кукуше, Мише и Князю. Передал распоряжения Перебитому носу и Золотухе. Потом набрал номер Сучковой. Она тоже не ответила. Утро начиналось с игнора. Во двор заехала тачка Чердынцева. Он вышел и, увидев меня в окне, махнул, мол открывай. Я его запустил, он поднялся и вопросительно кивнул:

— Клиэнт готов?

— Не знаю, — покачал я головой. — На звонки не отвечает. Пойдём, поднимемся.

— Ну, пойдём, — согласился он. — Кофейку сначала налей.

— Может, омлет? Или глазунью? Что предпочитаете?

— Предпочитаю глазунью, но я её уже ел сегодня. Так что давай только кофе.

Я налил из джезвы горячую тёмную жидкость и протянул чашку своему гостю.

— Пролил, блин, — покачал я головой, взял тряпку и вытер раковину и стол. — Возьмите салфетку, чтоб на себя не капнуть.

— Давай.

Он аккуратно промокнул чашку салфеткой и сделал глоток.

— Неплохо, — кивнул он. — Какой кофе?

— Турецкий, вон банка стоит, — сказал я и показал пальцем на бежевую банку.

— «Эфенди»? Действительно неплохо. Я вообще гейзер предпочитаю, но у тебя хорошо получилось. Надо купить такой.

Он допил кофе, взял мамину шоколадную конфету из вазочки, развернул и закинул в рот.

— М — м-м, — покачал он головой, — хорошо, Серёга. Ну, ладно. Пойдём знакомиться с твоим Соломкой.

Мы поднялись на этаж дяди Лёни и встали перед дверью. Я нажал на звонок и… и ничего не произошло, никто не отреагировал. Внизу закурлыкал домофон.

— Какой он громкий у вас, — хмыкнул Александр Николаевич.

Подъездная дверь внизу открылась, послышались громкие детские голоса, возник сквозняк и…

…дверь в квартиру дяди Лёни, увлекаемая сквозняком, приоткрылась, скользнув на смазанных шарнирах…

— Нехороший… — сказал Чердынцев, нахмурившись, и повернулся ко мне, — нехороший знак, Сергей. Я бы сказал, просто паршивый…

Это было точно. Сердце застучало, и на душе моментально сделалось паршиво…

21. Подавать холодным

Повеяло морозом. Мы с Чердынцевым уставились друг на друга. Внизу веселились, шумели и топали дети, а здесь у нас было холодно и безрадостно.

— Надо вызывать полицию, — наконец, сказал майор.

Я нахмурился и помотал головой. Молча толкнул дверь и перешагнул через порог.

— Сергей! — воскликнул он, но было уже поздно.

Я пошёл по коридору. Заглянул в гостиную… Пусто. Прошёл дальше. В спальне Соломки тоже не оказалось. Не было его ни в ванной, ни в туалете. Вещи лежали на своих местах, в шкафах беспорядка не было, никакого бардака и вообще ничего подозрительного… Оставалась только кухня. Дверь была прикрыта, и я, подойдя к ней, остановился.

Постоял несколько секунд, прислушиваясь к внутреннему голосу и к объективной реальности, данной нам в ощущениях… Кроме мути ничего не услышал и просто толкнул дверь. Она глухо стукнулась о стену и… на кухне его тоже не было…

Я ещё раз позвонил Соломке. Результат был тем же.

— Ни следов борьбы, ни следов спешного отхода, ничего, — помотал я головой, вернувшись на лестничную площадку. — Либо он не возвращался, либо сработали враги человеческие очень аккуратно.

— А почему тогда дверь не закрыли? — покачал головой Чердынцев.

— Дверь, похоже, ключом открыта…

— Ну, этого мы не знаем. Думаю, надо подождать. А не мог он сам, убегая в спешке, позабыть закрыть дверь?

— Вряд ли. У него всё по полочкам, всё чётко. Уж закрыть дверь бы он точно не забыл. Сами гляньте, какой порядок.

— Тогда могли его недруги пожаловать. Вскрыли квартиру, не обнаружили его и ушли. А дверь не закрыли… может, спугнул кто-нибудь… да