Многоликий странник - Кирилл Шатилов

Ведана тем временем продолжала:

… Из трех сотен воинов выделены были те, кто умел обращаться с камнем прочным, и набралось их с дюжину, и стали они возводить неприступные стены, как учили их отцы их и деды их. Десять десятков стражу и днем и ночью несли, а остальные же кто печи клал да каменщикам помогал, кто ратникам, кто по доброй воле землю вскармливать начал. Выяснилось скоро, что удачное место найдено ими, потому что ни один ворог не отвлекал их от трудов праведных и благих. И когда дошло это до них, стали они десятки попеременно на стражу выставлять, а тех, кто не занят был, заняли в печном деле и возведении стен…

– Что? – удивилась Аина. – Почему ты остановилась?

– Да вот подумалось мне тут… – Ведана отстранила свиток, чтобы на него случайно не упали капли, и сделала несколько глотков. – Я ведь много раз это место читала, как и ты, а только сейчас одну необычность заметила.

– Про камни?

– И ты тоже? Да, именно. Тут ведь ни слово не говорится о том, что пришельцы первым делом стали рыть каменоломни. Вместо этого в одном отрывке дважды труд каменщиков упоминается рядом с печами. Пенни, ты понимаешь, о чем мы?

– О чем?

– Недавно одним умельцем был придуман способ, как получать подобие камней, обжигая обыкновенную глину. Причем, сдается мне, что это открытие и его последствия подлили масла в огонь и ускорили свержение Ракли. А тут оказывается, что способ этот мог существовать издавна, ещё до постройки Замка.

– Век живи, век учись, – глубокомысленно согласилась Аина. – Может быть, спать начнем укладываться? Меня что-то в сон так и тянет. Завтра ещё целый день впереди. Нам сколько времени дали?

– Три дня.

– На все свитки? Их же уйма целая!

– Пока мне доверили только два.

Аина в сердцах стукнула красивой рукой по столу.

– Ты бы сразу это сказала! Теперь мне все стало понятно. Знаешь, что Корлис задумала? Она дала тебе два свитка, ещё кому-то два, и ещё кому-то два. Чтобы просто проверить, как мы справимся, а потом сравнить. И тех, кто её больше устроит, она назначит доделывать весь перевод.

– Хитро, – согласилась Ведана. – Кстати, вполне возможно. Припоминаю, что по дороге к ней я встретилась с Иеготой, которая имела, как всегда, вид хитрый и обиженный. Поздоровались и разошлись. Кажется, в руках у нее была дорожная сумка. Я ещё удивилась, зачем она ей. Хотя у меня за плечом была такая же. Да, забавно. Что же получается, мы сейчас состязаемся с ней?

– Скорее, с её девочками, – некрасиво скривила рот Аина. – Ни Скелли, ни его люди не любят излишне усердствовать. Но результат им ясен, и они стрясут его с любого.

– Ты по-прежнему уверена, что Иегота ставленница Скелли?

– Более чем. Одна её физиономия чего стоит.

– А мне расскажете, чтобы я тоже попереживала? – подала голос Пенни.

– Ну, переживаний на твой век ещё хватит, – заверила девочку Ведана. – А уж если мы посвятим тебя в то, о чем ведём речь, то можешь и в беду попасть. По неосмотрительности.

– Вы же обещали делиться со мной, а если что, то ведь меня просто-напросто казнят, – напомнила Пенни. – Так что говорите, я ничего никому не скажу.

Такой подход обеих женщин успокоил, а Ведану явно позабавил. Она подлила Пенни кипятку и окончательно свернула свиток. По-видимому, ей тоже захотелось вздремнуть.

– В Замке за рукописи отвечает Скелли. Он очень влиятелен там. Даже, наверное, больше, чем Лодэма – здесь. При том, что он совсем не стар. Не молод, но и не стар. То, о чем мы недавно говорили, во многом дело его рук. Причем руки у него оказались длинными и проникают теперь и в Обитель. Вот и Иеготу он к нам подослал. Она – его глаза и уши.

– Неужели Корлис всего этого не понимает?

– Прекрасно понимает. Но она умна и опытна и потому делает вид, будто ничего не происходит. И мы тоже. Не сговариваясь, чтобы никого не подвести. Сейчас я уже думаю, что с собственной работой над переводом мы можем не спешить.

– Почему?

– Да потому что Иегота выиграет. Не может не выиграть. Судя по всему, обойдя Лодэму, Скелли напрямую обратился к Корлис, рассчитывая, что она возгордится такому доверию и станет ещё одной Матерью, желающей Лодэме скорейшего конца. Потому что некоторые считают, будто Грёндор’айтен слишком задержалась на этом свете.

– И Корлис? – Пенни очень не хотелось, чтобы среди подобных нежитей оказалась женщина, которой она пока ещё доверяла.

– Нет, она не из таких, – уверенно заявила Ведана, а Аина согласно кивнула. – Корлис всегда была за справедливость и терпеть не может Скелли. Насколько мне кажется, – поправилась она, убоявшись прямоте своих собственных суждений. – Непонятно только, почему она не могла мне хотя бы намекнуть, что дает нам часть рукописи просто для отвода глаз. Это было бы честнее.

– Из соображений безопасности, – буркнула Аина. – Ты же сама сказала, что мы тут все делаем вид.

– Между своими не должно быть секретов. Я уверена, что если у нее разговор со Скелли был, то она наверняка рассказала о нем Лодэме и теперь действует по согласованному плану.

– Чтобы об этом скоро знали все? Ну уж вряд ли. – Аина встала из-за стола, поставила пустую кружку на печи и на всякий случай подбросила в топку ещё два поленца. – Вы как знаете, а я ложусь. – И опустилась на свой холмик сена.

Пенни так увлеклась разговором, в котором почти ничего не понимала, что хотела во что бы то ни стало услышать его продолжение. Однако пример подруги подействовал на Ведану заразительно. И скоро обе лежали под одеялами и молча смотрели в потолок, ожидая, когда Пенни погасит последнюю лучину. Наконец, комната погрузилась в неприветливый, остывающий мрак.

Пенни не спалось. Сначала она думала о том, что сегодняшний день принес ей целую гамму чувств и новых ощущений. Утром все было таким новым и радостным, а к вечеру выяснилось, что здесь, как и всюду, жизнь идет своим ходом, и многое скрыто под поверхностью. Рассуждения подруг, мягко говоря, ужаснули её. С одной стороны, как выражается Ведана, тут все «свои», но даже старшим Матерям приходится играть в игры, чтобы не получить предательский удар в спину. Да ещё быть в зависимости от Замка. До сих пор Пенни совершенно не интересовало, что там происходит. Она