Город сгоревшей магии - Сана Эванс

– Все хорошо, дорогая. Сейчас станет лучше.

Женщина, кажется, немного успокоилась. Ее обезумевшие глаза закрылись, лицо расслабилось. Теперь она вызывала лишь жалость.

– Простите, – обернулся к нам мужчина. У него были русые волосы и уставший вид, словно он не спал несколько ночей. Голубые глаза окружили морщины, появившиеся явно не по возрасту, а скорее по обстоятельствам. – Ее нужно уложить. Милая, присмотри за своими друзьями, – сказал он Карле и, неся на руках жену, медленно направился в сторону лестницы.

Карла всхлипнула и вытерла рукавом слезы. Мое сердце разрывалось на части при одном ее виде. Я крепко обняла подругу, пока слезы впитывались в мою куртку.

– Что здесь произошло? – спросил Андрес, поднимая с пола разлетевшиеся дощечки.

– Эта семейка и правда… – Мануэль, раздраженно стряхивающий с кожаной куртки и брюк пыль, посмотрел на Карлу, сжавшуюся в моих объятиях, но тут же перехватил мой взгляд и закатил глаза. – Я высадил ее у дома, – указал он на Карлу, – как вы и просили. Но не успел отъехать, как из дома раздался крик. Я ринулся обратно, а ее мамаша впала в какой-то приступ, швыряла мебелью, кидалась на всех. Я попытался ее успокоить, но она толкнула меня на стол. Дальше вы уже знаете. Но откуда у нее, черт подери, столько силы?!

Карла отстранилась от меня и вытерла опухшие глаза.

– Когда у мамы случается приступ, чтобы контролировать ее, нужно несколько человек. – Карла, инстинктивно пытаясь закрыться, потянула вниз рукава и добавила чуть тише: – Но обычно мы с папой справляемся сами.

– Ты в порядке? – положила я руку на ее плечо.

– Да, не волнуйся. Простите, мне так жаль, – перевела она взгляд с Андреса на Мануэля и двинулась к последнему. – Позволь мне посмотреть твою руку.

Мануэль отшатнулся, словно от удара током, когда Карла потянулась к нему.

– Я в порядке.

– Может остаться синяк, я принесу лед…

– Сказал же, не нужно! – грубо прервал он ее.

– Да-да… – Карла обняла себя руками, пытаясь унять дрожь.

Я подхватила ее и усадила на диван.

– Она вся дрожит. Андрес, можешь приготовить ей горячий чай?

Тот кивнул и отправился искать кухню.

– Расскажешь? – осторожно спросила я Карлу. – Мы готовы выслушать. Тебе нужно поделиться переживаниями. Не обязательно копить их в себе. Мы тебя поймем и поддержим.

Позади послышался тяжелый вздох.

– Ну уж нет, я в психологи не записывался, – двинулся в сторону двери Мануэль. – Я сваливаю.

– Конечно, тебе бы самому не помешал психолог, бесчувственный социопат, – кинула я, не оборачиваясь.

– Не забывай эту характеристику и дальше, новенькая.

Хлопнула входная дверь, а за ней послышался звук отъезжающей машины. К счастью, ужасное поведение Мануэля ничуть не тронуло Карлу. Казалось, она вообще упустила из виду, что тот уехал. Она смотрела в одну точку, находясь в своих мыслях.

Мой взгляд упал на показавшиеся из-под рукава синяки. Я вспомнила, как Карла испуганно скрыла их в ночь, когда мы сидели у костра. Я даже и не представляла, через что она проходит каждый день.

Когда Андрес принес дымящуюся чашку чая, она вцепилась в нее дрожащими руками, словно в ней находилось решение всех ее проблем.

– Мне жаль, что вы стали свидетелями этого… – произнесла она сдавленным голосом.

– Тебе не стоит ни о чем переживать, – возразил Андрес, усаживаясь в кресло напротив нас. – Обещаем, что случившееся не выйдет из этого дома. – Он поднял взгляд, вероятно, ища Мануэля, но тут же убедился в его отсутствии. Выражение его лица говорило о том, что он не удивлен поступком брата.

– Часто у нее случаются эти приступы? – спросила я.

– По-разному. Иногда раз в неделю, иногда раз в месяц. Никогда не знаешь, когда это произойдет, чтобы мы могли подготовиться и держать лекарство под рукой. Она может мило беседовать с нами за приготовлением ужина, а через секунду угрожать тем же ножом, которым резала мясо. Может вскочить с кровати посреди ночи и начать бегать по саду, выкапывая что-то из земли… – Карла замолкла и уставилась в кружку. – А иногда она даже не узнает нас с папой.

– Карла, – внимательно взглянула я на нее, – а почему она… Почему она считает, что ты умерла?

– Когда мне было восемь, я упала из домика на дереве в нашем саду, ударилась головой и потеряла сознание. Мама, нашедшая меня, подумала, что я умерла. Я очнулась через пару минут, но эти минуты стали для мамы роковыми. С тех пор у нее и случаются эти приступы.

– Мне так жаль, – взяла я ее за руку. – Ты молодец, что держишься.

Она слабо улыбнулась:

– А кто, если не я? Кроме нас с папой, у нее никого нет.

– Прости, что спрашиваю, – неуверенно произнес Андрес, – но вы не пытались положить ее… ну…

– В клинику? – донеслось сзади.

Отец Карлы подошел к нам, и подруга тут же встала и обняла его.

– Она проходила лечение в психиатрической клинике, но держать ее там постоянно бесполезно. Врачи сказали, что в целом она здорова. И эти неожиданные вспышки не имеют определенного диагноза. – Он погладил Карлу по голове. – Сначала ей приписали шизофрению, но лекарства от этой болезни лишь усугубили ситуацию. Позже ей назначили специальные транквилизаторы, которые мы вкалываем ей во время приступа.

– Она уснула? – спросила отца Карла.

– Да, не волнуйся.

– Завтра она очнется и будет ругать Тимбо, что он сломал стол, – сказала Карла.

– Тимбо? – спросил Андрес.

– Наша собака, – ответил отец Карлы. – Сейчас она с Женевьев. Ей всегда становится лучше, когда Тимбо рядом. И спасибо, что пришли на помощь. Карла рассказывала о вас. Я рад, что у нее появились друзья в школе. – Он улыбнулся и поцеловал дочь в макушку.

Мне захотелось заверить его, что все, кто оскорблял Карлу и сторонился ее из-за болезни матери, и не заслуживали, чтобы с ними дружил такой замечательный человек, как его дочь. И то, как много они потеряли, что не попытались с ней сблизиться. Если бы я могла, то подарила бы Карле все тепло этого мира, чтобы она больше никогда не чувствовала той боли, с которой жила уже девять лет. Вместо этого я улыбнулась и сказала:

– Мы всегда будем рядом.

Попрощавшись с сеньором Гонсалесом, мы с Карлой вышли в коридор.

– Уверена, что мы больше не нужны?

– Да, – ответила она Андресу, – спасибо вам.

– Если что-нибудь понадобится, сообщи. В любое время, поняла? – серьезно сказал Андрес.

Та улыбнулась и кивнула.

У выхода я заметила деревянный комод, уставленный семейными фотографиями. Маленькая Карла сидела на коленях отца, а рядом, обняв обоих, стояла милая женщина с длинными светлыми волосами и искрящимися