Великолепный Дуся - Матвей Геннадьевич Курилкин

себе через ущелье с моими уманьяр. А тут — ваш придурок немёртвый, и как давай всех жрать! Мстит он, видите ли! Нам-то чего мстить! Короче, я так понимаю, этот бубен принадлежит вашему роду, да? Вы тут все — родственники, правильно? Ну, так давайте я передам этот бубен кому-нибудь из ваших потомков. Жалко, конечно, клёвая штуковина, камлать с ним — одно удовольствие. Но раз уж так получилось, хрен с ним. Верну, так сказать, на родину. А бубен я и без вас сделаю — новый, зато свой.

— Нет больше Степных Лисов, — взвыла какая-то шаманка. — Они все там остались, в ущелье. Жестокие авалонские твари убили всех! Всех! А Мудрый Лис не смог их спасти! И не смог отомстить!

— Тогда я не понимаю, чего вы в принципе бурагозите. Ничего я, получается, не крал, а просто подобрал то, что никому не принадлежит. Вот вообще не понимаю вашего возмущения! Вы там лежали без толку, только иногда каких-то ни в чём не повинных прохожих высасывали. А тут вас подобрали! Я, между прочим, мог бы вас иногда выпускать — на мир посмотреть, себя показать. Да и так вообще — могли бы пользу приносить. Так нет же, устроили тут бунт какой-то! Ни себе, ни людям! В смысле гоблинам.

— Мы не станем служить какому-то… гобле! — Последнее слово старуха прямо выплюнула. — Мы — Степные Лисы, мы — кровь и разум племени! Мы не будем помогать чужаку!

— Ну, тогда я даже не знаю, — пожал я плечами. — Могу выкинуть бубен. Могу его вообще сжечь. Или могу просто вас развеять. Идите нахрен, долбанные нацисты, скатертью дорога, флаг на шею, и поезд навстречу. Нахрен мне нужны такие упёртые. Лисов ваших степных нет больше, вот и вас не будет. Да чего я с вами разговариваю, вообще? Давайте, начинайте снова свою шарманку, а мы с парнями вас повыкидываем сейчас. Будете летать, пташки!

— Нет! Стой! Прекрати! Он пьёт наши силы! Он уничтожит нас всех!

— Да я, собственно, того и добиваюсь. Я хрен знает, зачем он вас жрёт, но меня это полностью устраивает, если честно. Раз вы такие несговорчивые.

— Ять, Дуся, ну ты вообще жестокий! — Поразился моей суровости Митя. — Мы с Витей так-то когда в бубен всосались, оказались… ну вот там, за стенкой. Это ж блин капец, как стрёмно! Тебе не понять, а оно там вообще нахрен без башки летает! И всем нормальным разумным тоже бошки выветривает! Мы вообще еле-еле добрались до твёрдого, а так оно как пылесосом нас сосать начало! Бр-р-р, жуть какая-то! Ты имей ввиду — ты за такое одним танцем не отделаешься?

— Да, в натуре, Дусь! Будешь два раза танцевать! — Добавил Витя.

Послышался громкий хлопок. Очевидно, чья-то ладонь встретилась с чьим-то лицом.

— Ять, Витя… ты торгуешься, как… как Витя, ять! Охренеть вообще! Два раза, врот!

— А чего с ними ещё делать-то? — Говорю. — Договариваться они не хотят… Нет, ну я могу их просто выкинуть, говорю же. Но мне бубен жалко, я уже к нему привык. Понимаю, что без них он в силе потеряет, но и хрен с ним. Наберём потом.

— Не, бубен хороший, это да, — вздохнул Витя. — Но я всё равно думаю, что это слишком жёстко. Эй, уманьяр! А чего вы Дусю не усыновите, раз вам только с Лисами хочется общаться? Приняли бы его в род, да и всё, делов-то. Заодно, может, и возродили бы со временем! Дуся у нас молодой, здоровый. Наделает со временем детишек… так-то он вообще, кажись, только об этом и думает, чтоб наделать, да не даёт никто. Но это — наживное, дадут рано или поздно. А так — парень справный, умный, лихой. Тёмный маг, однако, не хухры-мухры! Вы, вообще, видели такое сочетание — тёмный маг и шаман? Заодно… короче, если он второй раз инициируется, мы его вместе с вами и прикончим, как вы хотели. Плохо что ль? Хорошо!

Ну вот, блин, Витя вообще никак не может без ложки дёгтя своей! Так хорошо меня рекламировал, мне аж приятно стало, и тут бац — давайте вместе Дусю грохнем, если инициируется! Скотина! Но скотина любимая. И ничего мне не «не дают»! Я просто не спрашивал пока ни у кого!

Так-то я даже не думал, что предложение кого-то заинтересует. Где я, а где — уманьяр! Они ж расисты страшные! А между тем, по рядам бывших шаманов рода Степных Лис пошло обсуждение. Оживлённое!

— Гоблина⁈ В род⁈

— Но он сможет его продолжить! Пусть гоблин, пусть! Но наши духи смогут воплотиться! Степные лисы возродятся!

— В гоблинах? Ты хочешь, чтобы они возродились в детях гоблина⁈

— Но они — будут! Будут существовать! Жить! И наше существование обретёт смысл!

— Пусть он сначала остановит… это! Вы разве не видите! Воздушный наступает! Нас всё меньше! — Крикнул Мудрый Лис. Я его уже узнал, по голосу. Это тот самый, последний, у которого я, собственно, бубен и забрал.

И опять все замолчали. И на меня уставились. Блин. Может, того, свалить? Ну как я с этим духом договорюсь-то, если он вообще по-нашенски не разговаривает! Совершенно безмозглая хрень, если честно!

— Ну, это, пропустите, что ли. Щас договоримся, делов-то! — Говорю. И проталкиваюсь потихоньку к краю упорядоченного. А чего тянуть? Не стану я отсюда сейчас просыпаться. И бубен выкидывать тоже не буду. Нафиг надо, таких плюшек лишаться! Я, конечно, ни в какие степные лисы вообще-то не стремлюсь, мне и без них вполне нормально. У меня и так уже два комплекта предков, получается. Земные родители, здешние гоблинские мама с папой, о которых я вообще ничего не знаю. Нафига мне ещё эти спесивые уманьяр? Но с другой стороны… почему бы и нет?

— Это, — говорю, — а совет никто дать не хочет, как его успокоить-то?

— Не заслужил ты ещё советов! — Презрительно крикнул Мудрый Лис. Какой-то он нихрена не мудрый, если честно.

— Мы не знаем, — донеслось от кого-то, кого я не видел. — Ты какой-то неправильный шаман. Нельзя заключать в бубен элементалей, это всем известно! Они неподвластны. Они — свободные духи!

Ну вот, так бы сразу и сказали. А то недостоин, недостоин.

— Дусь, ты это… ты поосторожнее как-нибудь! — Предложил Витя. Я как раз до них добрался.