Несгибаемый граф-2 - Александр Яманов

Я не бог весть какой воин. В прошлой жизни отслужил срочную и немного повоевал. Только погиб слишком быстро, чего греха таить. Но кое-что в голове осталось. Да и военная наука шагнула далеко вперёд. А к безопасности надо относиться очень серьёзно. Сидящий напротив поручик подготовил справку о положении дел с криминалом за последние два года. Скажу вам, что без всякого Пугачёва проблем и даже жути хватает. А ещё такое ощущение, что с разбоем никто не борется. Вот и пришлось вводить новинки для предотвращения любых неприятностей.

Например, вместо обычного часового я ввёл систему сменных постов и патрулирования. Теперь у ворот или объекта не один человек, а трое. Двое скрыты, а боец снаружи ведёт наблюдение. Каждые полчаса внешний часовой сменяется. Если к посту приближается кто-то подозрительный, он подаёт сигнал свистком, и внутренние бойцы занимают позиции.

Или касательно обоза, который не просто вереница повозок с грузом. Это движущаяся крепость, и строить её надлежит по всем правилам. Обязателен головной дозор и арьергард. Всадники не просто смотрят вперёд или контролируют тыл, но постоянно сканируют местность. Скорость движения — не более пяти вёрст в час по пересечённой местности. Быстро — это не значит безопасно.

При ночёвке обоза запрещается ставить повозки как попало. Формируется круг, внутрь загоняются лошади, выставляются три поста — не у костра, а в темноте, на расстоянии двадцати шагов от лагеря. Костёр должен быть только один, в центре круга, и гореть так, чтобы снаружи нельзя было разглядеть, сколько людей внутри. Часовые сменяются каждые два часа. Особое внимание надо уделять разведке перед выходом.

Естественно, такие сложности касаются сопровождения ценных грузов. Но всё равно людей необходимо держать в тонусе, чтобы такой порядок службы отложился на подкорке.

У летучего отряда, который должен также выполнять функции моей охраны, свои инструкции. Главное — в его составе должны находиться только люди, способные принимать решения, не ожидая приказа. Основа тактики — внезапность и скорость. Нельзя атаковать разбойников с фронта, если можно зайти с фланга или тыла. Шумный бой — это поражение. Наша задача — не перестрелка, а захват или уничтожение с минимальными потерями.

Касательно моего сопровождения, то оно строится на принципе «матрёшки». Внешнее кольцо — разведка, по паре всадников в авангарде и арьергарде, оценивающих обстановку и выявляющих слежку. Среднее кольцо — четвёрка, держащаяся на расстоянии прямой видимости и при необходимости прикрывающая фланги. Внутреннее кольцо — два телохранителя, которые находятся непосредственно при графе. Они не несут багажа и не выполняют поручений, их задача — только защита. При передвижении в экипаже один сидит рядом с кучером, смотрит вперёд и по сторонам, второй — внутри кареты или на запятках, исполняя роль грума.

Осознав мою методику, в шок впал не только фон Шик, служивший на австро-турецкой границе, но и Козодавлев, прошедший две полноценные военные кампании и хлебнувший лиха. Поручик всё допытывался, кто написал столь полезную инструкцию. Он ведь тянул лямку в разведке и сразу осознал необычность такого подхода. Вернее, люди умели воевать и без моих заумностей, где всё чётко разложено по полочкам.

Дядька с Перваком тоже удивились, попросив встроить их в защитную схему. Ну прямо дети малые, всё им в игрушки играть. Хотя забава должна получиться интересной. Я ведь предложил народу учения перед выпуском, когда отряд разобьётся на группы и станет проверять свои навыки в атаке и обороне. Будет познавательно и смешно.

Ветераны и алексеевцы сначала не совсем поняли, о чём речь, но быстро втянулись, начав готовиться к соревнованию. А чего им? Кормят, поят, поместили в отличные условия, ещё и повышают боевые навыки. Публика подобралась специфическая, и мужики с ребятами мне понравились. Думаю, через три месяца я получу неплохих бойцов, которых далее можно разделить, выбрав трёх-четырёх человек в качестве личной охраны и ещё пару — для особых поручений. Угу, именно так. Ермолай не понял, о чём я, зато фон Шик сразу догадался, пообещав изучить людей.

Тем временем возок вздрогнул и остановился. Через некоторое время дверца открылась, и в салон сунул голову Первак, дёрнувшись от наставленных на него пистолетов. Вообще-то, обучение у нас идёт и в дороге, куда мы захватили трёх оставшихся с первого набора бойцов, дав им шанс.

— Что нужно делать перед тем, как открыть дверь? — с плотоядной улыбкой спросил поручик, вмиг скинувший состояние дрёмы.

— Виноват. Нужен условный стук, — проблеял телохранитель, только что лишившийся десятой части жалования. — Застава, ваше сиятельство. Мы перед въездом в столицу, надо предъявить предписание на груз.

Это понятно. Дворян у нас трогать запрещено, тем более требовать них какие-то там документы. Но со мной едет обоз со всякой всячиной. Поэтому начальник заставы просто обязан его проверить. Вообще, с этими постами, охраняющими въезд в крупные города, просто цирк. Разбойников надо ловить активно, а не пассивно. А сомнительный элемент лучше просеивать уже в городе. Ведь различные мутные персонажи спокойно проникают в столицу, обходя заставы. Об этом докладывал курляндец, после покупки трактира изучивший данную тему.

Зато в Москве разбойного и сочувствующего элемента больше нет. Мы его вычистили совместными усилиями полиции, дворян и армии, когда проводили перепись домовладений. Началось всё с назначения ответственных за вывоз мусора с каждой улицы, а закончилось войсковой операцией. Надеюсь, проведённых мер хватит надолго. Хотя думаю, посланники Пугачёва и просто криминал ещё попробуют просочиться в город.

— Так пусть Прокофьев занимается всеми вопросами. Мне чего, лично возы солдатам показывать? — с недоумением спрашиваю охранника.

— Понял! — произнёс Первак и исчез.

Всё-таки он туповат. Федот посообразительней, поэтому сейчас занимается более важным делом. А за мою безопасность можно пока не беспокоиться. Всё-таки у нас немалый обоз с десятком вооружённых людей. Только идиот решит напасть на такую силу. Ещё возок с графской короной на двери как бы намекает, что лучше поостеречься.

Выхожу на морозный петербургский воздух, который обжёг ноздри и заставил прищуриться. Солнце уже клонилось к закату, но света ещё достаточно, чтобы разглядеть въездную заставу во всех деталях. Рогатки и опущенный шлагбаум, выкрашенный чёрно-белыми полосами. Перед забавной конструкцией выстроилась небольшая вереница подвод и саней. Два солдата в заиндевевших тулупах неторопливо прохаживались вдоль обозов, заглядывая в мешки и повозки, а третий — унтер-офицер с красным от холода носом — сверял какие-то бумаги. Надо же, он читать умеет! Хотя на такую должность абы кого не поставят.

Теоретически, можно ехать дальше, но не хочу оставлять своих людей. Уж больно