Бутоны зла. 31 история для мрачных вечеров - Борис Хантаев

Заметив мой взгляд, Тема хмыкнул и пожал плечами.

– Привычка. Обычно у меня много работы, это последнюю неделю затишье. Поесть никогда нормально не успеваю, поэтому приучился есть быстро.

Неудивительно, что с его скоростью Тема насытился первым. Откинувшись на спинку стула, он скрестил на груди руки и устремил на меня мрачный взгляд своих непроглядных глаз. Казалось, утонув в них, можно было разглядеть вспышки молний и расслышать раскаты грома.

– Знаешь, если существует такая вещь, как прошлая жизнь, – вдруг проронил он, – готов поклясться, что в ней мы тоже были знакомы. – Его пристальный взгляд прошелся по моему лицу. – Быть может, даже больше, чем просто знакомы, – ухмыльнулся он, но глаза его остались серьезны.

Я не знала, что ответить на это. «Да, мне тоже так кажется. Будто однажды мы потерялись, а теперь случайно нашлись»?

Мой взгляд вобрал в себя его татуировки. Я заметила ворона, череп, темный замок и много изображений поменьше.

– Что они означают? – спросила я.

Он окинул себя задумчивым взглядом и пожал плечами.

– Иногда мне просто приходят в голову мысли, образы, такие яркие, словно однажды я видел их своими глазами. Самые интересные я воплощаю в татуировках.

– Так готично и мрачно, – заметила я.

Он вскинул бровь.

– Тебе не нравится?

Я искренне удивилась.

– Ну почему же, они интригуют.

Тема открыл было рот, но ответить не успел. Его мобильник на столе издал драматичный звук, парень взглянул на загоревшийся экран и чертыхнулся.

– Клиент написал. – Он выглядел одновременно рассерженным и виноватым. – Это срочно. Извини, Весь.

Я поднялась из-за стола.

– Было бы за что извиняться. Мне все равно уже пора. – Я подмигнула ему. – Удачной работы.

Он белозубо улыбнулся в ответ.

* * *

За неимением работы я решила посвятить день уборке. Перед сном, уставшая, но довольная, я лежала в постели, размышляя о том, как сильно и неожиданно изменилась моя жизнь. Меня, словно щепку, оторвало от одного берега и понесло совсем в другом направлении. Погруженная в мысли и мечты, я не заметила, как задремала.

Не знаю, сколько я проспала, когда неведомый толчок изнутри заставил меня резко открыть глаза. Я села на кровати, напряженно вглядываясь в полумрак. Он казался странным, по большей части грязно-серым, но темным по углам. Будто там, безмолвно наблюдая за мной, клубилось неведомое нечто.

Я была не из пугливых. Но отчего-то сейчас ужас накатил на меня, вцепившись в спину острыми когтями, во рту пересохло, язык прилип к небу. Я не глядя нашарила телефон на прикроватной тумбочке и набрала последний сохраненный номер. Тема ответил после первого же гудка.

Его голос был хриплым спросонья, но в нем чувствовалось напряжение:

– Веся? Что случилось?

Я понятия не имела, как объяснить ему то, что происходило, чтобы не прослыть сумасшедшей.

– Мне кажется, – прошептала я, – что в доме кто-то есть.

В трубке послышались проклятия.

– Закройся в ванной или в чулане, где угодно, – жестко скомандовал Тема. – Я сейчас буду.

Я едва удержалась от истеричного смешка. Закрыться в ванной? Да я от страха даже пошевелиться не могла. Темнота в одном из углов сделалась особенно непроглядной. И внезапно от нее отделилась тень.

Длинный силуэт, неприглядный, словно обсидиан, пополз по стене по направлению ко мне. Зубы застучали во рту, меня затрясло. Я прижалась к спинке кровати, не имея понятия, что предпринять – затаиться или бежать, – когда на входную дверь вдруг обрушились удары кулака.

– Веся!

– Тема! – не выдержав, вскричала я.

Тень на стене, точно испугавшись грохота и криков, обратилась в черный дым и истаяла в воздухе. Спотыкаясь, я бросилась к двери, щелкнула замком, и Тема ворвался в комнату.

Крупные теплые ладони легли мне на плечи.

– Ты в порядке?

Я поспешно закивала, хотя это было далеко от правды.

– Кто забрался к тебе в дом? Ты его видела?

– Д-да, – выдавила я.

Глаза Темы вспыхнули, как угли.

– Где он?

Парень задвинул меня за спину.

– Кто-то из соседей? – допрашивал меня он, сверля напряженным взглядом темноту. – Бывший парень?

– Нет! – шепотом вскричала я и закусила губу. – Это… это не человек.

Тема резко обернулся и вперил в меня недоверчивый взгляд.

– То есть как «не человек»?

Но ответить я не успела. Жуткие тени, скользнув по стенам, отделились от них, обратившись в странные зыбкие черные фигуры. Одним неуловимым движением они кинулись на Тему и сшибли его с ног.

– Что за… – только и успел прорычать он.

Тени обвили тело парня, словно веревками, и пригвоздили его к полу. Я вскрикнула. Тема принялся вырываться, но тени держали его крепко. Я бросилась к нему, толком не зная, что делаю, как вдруг высокая плотная тень выросла у меня на пути. Черные щупальца-руки обвили мою шею подобно удавке. Я задергалась, из горла вырвался жалкий хриплый стон.

– Веся! – что есть мочи заорал Тема.

Перед моими глазами поплыли черные пятна. Тело сделалось непослушным, чужим. Оно хотело сдаться, отступить перед неведомой силой. Но сердце мое вспыхнуло яростью, в груди зародилось рычание.

Я не сдамся. Сдаться – означает умереть, а я хочу жить. Пальцы закололо, словно к ним пристали электрические разряды. Тьма вздернула меня в воздух за шею, утробный рев Темы сотряс комнату. Покалывание в моих пальцах сделалось нестерпимым. Из горла вырвался крик. И я взорвалась.

Лучи ослепительного света ударили по сторонам, разгоняя кошмары и мрак. Хватка на моей шее ослабла, а потом и вовсе исчезла, и я обессиленно рухнула на пол. Мой взгляд нашел Тему, и я ошарашенно раскрыла рот.

Глаза его сделались воистину непроглядными. Чернота просочилась из зрачка в белую склеру. Его руки по локоть были тоже черны, точно он перепачкал их в саже. Пальцы Темы, зажатые в кулаки, держали мертвой хваткой две верткие длинные тени.

– Убирайтесь отсюда в Навь, – прорычал вдруг Тема. – Явь – не ваш удел. Здесь вам делать нечего.

Если задуматься, Тема говорил странные непонятные вещи, но мне они представлялись удивительно ясными. «Есть Навь, Правь и Явь, и так было всегда», – уверенно подумала я и вздрогнула. Что-то переменилось.

* * *

Тема смотрел на меня ошарашенно.

– Леля? – хрипло прошептал он. – Моя Леля.

А в следующий миг я оказалась зажатой в его медвежьих объятиях. Его губы крепко прижались к моим волосам.

– Это ты. Леля. Наконец-то.

Странная мысль прыгнула мне на ум. Все верно, меня звали Леля. А Темновит – второе имя Чернобога[45]. Мои глаза изумленно расширились. Привычная реальность разлетелась осколками, точно битое стекло.

Мы никогда не были людьми. Не по-настоящему.