Тот самый Константин. Книга 3 - Сергей Александрович Соколов

— Стооо-ЯТЬ! — Перфид дёрнулся, будто от удара хлыстом. — Ты никуда не пойдёшь, Орзо. Мы будем сражаться плечом к плечу.

— Святой, ты с ума сошёл? — взгляд высшего духа стал молящим. — Какой «сражаться»? У меня коленки стучат! Это ты отбитый, подстать кающимся, а мне страшно! Так страшно, что я силой воли слова выговариваю, а не мычу бессвязно!

— Это неважно, Орзо, — пришло время прояснить один ключевой момент. — Мне нужна твоя сила, а не твоя храбрость. Я ведь не зря говорил, что ты не просто раб, а часть моей души. Ты и я — как две половины одного целого. Понимаешь? Разумеется, я главный.

— Святой, мне это совсем не нравится, — перфид смотрел огромными, полными паники глазами.

— Привыкнешь.

Все слои моей души пришли в движение, повинуясь воле. Губы зашевелились, выпевая тихий речитатив магических формул времён «Истока». Слова обретали форму, возводя вокруг меня плывущие в воздухе начертания древних рун. Их хоровод становился всё агрессивнее, через десяток секунд напоминая бушующий вихрь света. Орзо забыл о страхе, заворожённо наблюдая, и постепенно теряя очертания.

— Unio Essentium!

Гул стих, сменившись неестественной, звенящей тишиной. Я открыл глаза и взглянул на мир немного иначе. «Единение сущностей» свершилось.

Тут же стало жарко. На мгновение задумавшись, я сбросил куртку и засучил рукава толстовки. «Нужно соответствовать содержанию», — мелькнуло на задворках сознания.

Воля начала менять мою визуальную оболочку, создавая сплетения магической материи. Пальцы поправили ворот мантии, рождённой чарами. Задержав взгляд на алеющих демонических рунах власти, покрывавших руки, я потянулся к голове, чтобы окончательно убедиться. Ладони коснулись волос, заскользили по плавному изгибу тонких, гладких рогов.

— Теперь есть хоть какой-то шанс… Смотри внимательно, Орзо, что значит быть «настоящим демоном»…

Глава 11

Левый приток р. Вереща.

Хелиан принял из рук брата Лура зверя — нечто среднее между крысой и медвежонком, к которому приделали веслообразный хвост. Затуманенный светлым заклятьем «Благодати», бобр не шевелился и напоминал чучелко. Глазки-бусинки, обычно бойко сверкающие, потухли. Даже когда по влажной шкуре, будто проступая изнутри, поползли и засветились причудливые узоры — руны духовной алхимии, — эти стеклянные пуговицы-глаза оставались неподвижными и пустыми.

«Так вот как он это провернул… Отдал частицу своей души», — мгновенно понял Хелиан. Он провёл ладонью, излучающей мягкое золотое сияние, по боку животного — руны мигнули и бесследно растворились. Кающийся ещё раз пристально осмотрел водоплавающую тварь и молча вернул её Луру.

— Отнеси туда, где взял, — приказал Хелиан, и пока Лур удалялся, «пастух» замолк, погрузившись в расчёты. «Глобальный поиск теперь бесполезен. Можно попробовать локализовать площадь, но еретик не дурак. Наверняка прикрылся скрывающей магией. И контур выставил…»

Его размышления прервал резкий, противный зуд у основания черепа. По одинаковым, сведённым судорогой лицам двух других братьев и по спотыкающейся походке возвращающегося Лура было ясно: они почувствовали то же самое. Эту вибрацию было не спутать ни с чем.

— Инфернальная магия, — указал Хелиан рукой на запад, в гущу побуревшего рогоза. — Совсем близко.

Группа быстрым шагом, почти бегом, ринулась в указанном направлении, неслышно ступая по заснеженной траве и ловко скользя меж голых ветвей. По мере приближения к источнику скверны все четверо выхватили оружие. Боевые молоты и короткие клинки вспыхнули бело-золотым пламенем, освящая путь. Воздух загудел от боевых литаний усиления, которые кающиеся читали на ходу.

Лозняк оборвался, и четвёрка мужчин, окутанных светящимся сиянием, вырвалась на небольшой чистый пятачок, в центре которого росла низкорослая сосна. На одной из её корявых ветвей болталась привязанная за горлышко трёхлитровая банка с алой демонической руной на боку, доверху набитая грязью.

Светлые ауры кающихся тут же погасли.

— Очередная трусливая уловка еретика, чтобы сбить нас со следа, — констатировал немногословный Тагон, ловким движением убирая короткие мечи в ножны.

Словно в ответ на высказанное презрение, руна на банке вспыхнула ярче, и всю четвёрку передёрнуло от незримой волны инфернальной силы.

— Мерзость, — коротко бросил Лур, делая три решительных шага вперёд и занося молот, готовясь разнести приманку вдребезги.

Хелиан лишь успел вскинуть руку и открыть рот, как под ногами его брата вспыхнул огненный круг — сработала ловушка. В тот же миг на стенках склянки проступили тончайшие огненные руны, заставив камень душ внутри неё сдетонировать и выстрелить содержимым во все стороны. Помимо грязи, в банке оказались ещё и ржавые гвозди. Ослепительная вспышка на мгновение поглотила мир, и в ответ тела кающихся вспыхнули яркими коконами защитных аур.

Когда всё погасло, Хелиан медленно уронил руку с молотом, который инстинктивно выставил вперёд как щит, и окинул взглядом последствия.

— Брат Лур, ты цел?

— Сила Его стала мне доспехом, — патетически провозгласил кающийся, опуская оружие и почти не глядя выдёргивая изогнутый ржавый гвоздь из запястья. — Пустяк.

— И я задет, — сообщил Тагон, указывая на два бурых, быстро растущих пятна на штанине выше колена.

— Брат Хелиан… — несколько озадаченно произнёс Арий, облизывая обломок гвоздя, который он вытащил из ладони. — Яд. Гвозди отравлены. Судя по кислятине на языке — алхимической эссенцией жидкостей одной из тех гнусных тварей, что питается падалью.

После этих слов кающиеся застыли, а на их лицах проступила гримаса короткого напряжения — будто они попытались применить какую-то технику и потерпели неудачу. Никакого свечения, никакого эффекта. Недоумение впервые поколебало каменные черты младших братьев, и их вопрошающие взгляды скрестились на Хелиане.

— Эта мирская плоть не познала таинств Его, — принялся пояснять «пастух». — Моя вина, братья, ибо не оценил всех последствий. Эти тела более хрупкие, чем наши: в них нет благословений на укрепление, к которым мы привыкли; нет инстинктов очищения от скверны, нет регенерации и стойкости. В этой оболочке нет ничего от нашей сути. Не пренебрегайте защитой и будьте осмотрительны с усилениями — эта плоть может не вынести мощи Его.

— Услышали тебя, — отозвался за всех Арий, вместе с младшими братьями осенив себя крестом. — Но, брат Хелиан, как быть? Оболочка отравлена, а мы…

— Всё — волей Его. Пусть она и ведёт.

— Да будет так, — Арий вновь кивнул, уловив суть. — Это серьёзный вызов нашему духу, встретим его со смирением.

— Не сомневался в вас, братья. — Хелиан склонил голову, потом выпрямился и вгляделся в темноту. — Нужно предостеречь остальных.

Закрыв глаза и уперев пальцы в