И носило меня, как осенний листок - Алекс Войтенко

Оказалось, что это действительно русские люди, которым пришлось покинуть Россию еще в середине прошлого века. По вероисповеданию — Молокане. Я не особенно разбираюсь во всех этих течениях, но как мне объяснили в нескольких словах, приверженцы этой веры, не признают ни креста, ни икон, ни попов, в общем ничего. В чем-же в таком случае состоит их вера я так и не понял, но по большому счету, мне это было и не важно. Меня напоили чаем, расспросили о том, как я сюда попал, обсудили смену власти в России, вынесли вердикт, что такой беспредел не может тянуться долго, и к тому же на России, свет клином не сошелся, а русские везде живут, и в Русской Америке тоже, и наконец мы распрощались. Тогда я не придал значения этим словам, решив, что молокане сослались на какие-то другие староверческие общины. Все оказалось совсем иначе, правда узнать об этом я смог много позже. За время общения, прошло больше четырех часов, но зато, я попил настоящего русского чая из самовара, с настоящими русскими кренделями. В общем все остались довольны и пригласили заезжать в гости, если вдруг окажусь в этом городе. На прощание, я отдал детворе кулек с конфетами, что брал с собою в дорогу. Не жалко. Я куплю себе еще, а им будет гостинец от дядьки Саши. Заодно мне показали короткую дорогу в сторону выезда из города.

Глава 11

11

Следующим городом на моем пути оказался Кармел. Мое внимание привлекло большущее кафе находящееся прямо на въезде в город. Чем-то оно было похоже на Мак-Дональдс будущего, вот только вместо рыжего клоуна, обычно стоящего возле здания и стилизованной буквы М, на крыше находилась довольно большая курица, машущая крыльями, а чуть ниже привлекающая внимание надпись: «Fried Chicken». Когда я подъехал ближе заметил выставленные на окнах плакаты с различными блюдами, приготовленными из той самой курицы. Что ж, подумал я, жареную курицу последний раз мне готовила еще жена, почему бы не вспомнить ее вкус, тем более, что время приближалось к ужину, и пора было подкрепиться.

Все оказалось очень даже неплохо организовано. Первым делом, тебе предлагали выбрать ту курицу, которую ты бы хотел съесть, причем не из готовых, а из слегка подмороженных. Если судить по словам одного из работников, все эти куры совсем недавно были живыми и спокойно себе клевали зерно на заднем дворе.

— Если вы мне не верите, сэр, мы можем пройти на задний двор, и лично для вас я приготовлю именно ту курицу, в которую вы ткнете пальцем.

Мне в принципе было абсолютно все равно, и потому я указал на одну из тушек, лежащих в холодильной витрине, с прозрачным стеклом. Работник тут же достал тушку из холодильника покрутил перед моим лицом, подвесил на одну из конечностей металлический жетон с номером. А на мой удивленный взгляд добавил:

— Это для того сэр, чтобы вы убедились, в том, что это именно выбранная вами курица.

После чего поднеся опять по ближе ко мне произнес:

— Вот видите, ее номер тысяча триста восемьдесят второй.

Потому записал эту цифру на небольшую картонку и протянул ее мне.

— Выбирайте любой столик, сэр. Как только курица будет готова, ее тотчас вам доставят. Это займет около получаса.

Я выбрал столик на открытой террасе, и пока курицу готовили, потихоньку пил чай, и просматривал свежую прессу. Жареная тушка оказалась выше всяких похвал, и хотя мне и пришлось отдать за нее целых два доллара, я ни разу не пожалел об этом. Хотя обычно подобная порция стоит не больше одного. Доев ее и выпив еще пару стаканов чаю, вымыл руки под краном, надел свою шляпу и направился к выходу. У самой калитки возле выхода с террасы, меня догнал официант, протягивая небольшую коробочку.

— Что это? — удивленно спросил я у него.

— Это десерт к вечернему чаю.

— Я не заказывал десерта.

— О, не беспокойтесь, стоимость десерта входит в стоимость вашего ужина, кроме того. — добавил он протягивая мне небольшую картонку с изображенной на ней курицей. — Если вы предъявите завтра эту открытку, в кафе расположенном в центре Сан-Хосе, адрес находится на обороте. То совершенно бесплатно получите кружку ароматного кофе, или чая на выбор, и свежую булочку к нему.

Несколько удивленно я взял то и другое, поблагодарил официанта и направился к своей машине. Уже подъезжая к одному из отелей, улыбнулся предприимчивости хозяина. Ведь это же надо додуматься продать посетителю жареную курицу стоимостью в один доллар за два, при этом погасить праведный гнев клиента подаренными эклерами стоимостью самое многое в четвертак, и вдобавок предложить ему бесплатную кружку чая с булочкой, будучи на сто процентов уверенным, что воспользуются этим предложением не более половины клиентов. А тем, кто воспользовался, наверняка захочется прикупить что-то еще в том кафе, где они получат кружку чая.

С этими мыслями я принял ванну и завалился спать, все же подумывая о том, что именно на мне хозяин курятины и не сэкономит…

Сам того не ожидая оказался на стадионе во время матча университетских команд Стэнфорда и Калифорнийского университета. Вообще, американский футбол очень отличается от европейского. Я хоть не был болельщиком, но в детстве все же играл в него, гоняя мяч с пацанами на лужайке около дома. То, что я впервые увидел здесь оказалось полной противоположностью всему тому, что знал до сих пор. Во-первых, поразила экипировка футболистов. Одетые в безразмерные футболки из-за чего фигуры спортсменов, находящихся на поле были похоже на атлетов Древней Греции, из-за неимоверно перекачанных мышц в плечевом поясе и осиной талии. На головах у всех имелся кожаный шлем, чаще застегнутый наглухо под подбородком, но иногда с болтающимися во все стороны лямками, что делало футболистов похожими на каких-то загадочных зверей с криками бегающих по полю и устраивающих кучу малу. Как оказалось, безразмерность футболок и кажущиеся перекачанными мышцы, это последствие защитной экипировки. То, что происходило на поле, было невообразимым, и потому пускаться во всё тяжкое происходящее там без защиты было бы очень неосторожно, если не сказать большего. Само поле было чем-то похоже на европейское, так же по обеим сторонам имелись ворота, правда без верхних перекладин, а само поле