И носило меня, как осенний листок - Алекс Войтенко

— А разве никотин не убивает лошадь? — удивленно переспросил я, вспомнив слоган, часто встречавшийся мне в прошлой жизни.

— Ну, что вы, сэр! Вред курения сильно преувеличен. — Произнес мой собеседник добродушным тоном, но после чуть спохватился и продолжил. — Нет, но разумеется, могут быть некоторые ограничения, не более того, например, у гипертоников, или при ишемической болезни сердца. Но говорить об отказе от курения даже при этих заболеваниях это верх дилетантства. Например, та же астма, прекрасно излечивается именно с помощью сигаретного дыма.

— Но, вы в какой-то мере правы. Капля никотина, действительно способна убить лошадь. Но, чтобы эту каплю добыть, нужно выкурить как минимум тысячу сигарет без перерыва. Да и потом, где вы видели курящую лошадь?

Похоже, последние слова рассмешили его самого, и он от души расхохотался. Чтобы поддержать разговор, я вспомнил, когда-то виденный мною плакат, где была нарисована сигарета, перечеркнутая крестом и имелась надпись, «Каждая выкуренная сигарета, сокращает жизнь курильщика на один час!». Я рассказал ему об этом, а после добавил.

— Мой дед, был заядлым курильщиком. В день он выкуривал больше пачки сигарет, иногда доводя этот счет до двух. Он прожил долгую жизнь и умер в возрасте восьмидесяти четырех лет. Когда я увидел этот плакат впервые, мне стало очень горько за своего отца. Ведь выкуривая за сутки больше тридцати сигарет, он каждые сутки сокращал свою жизнь на тридцать часов. Вы представляете, сколько бы он прожил если бы вовремя отказался от этой привычки?

Случай описанный здесь вполне реален. Когда-то нечто подобное произошло примерно в десятом классе моей школы. Приехавший лектор долго распинался перед старшеклассниками о вреде курения, кода один из моих друзей поднял руку и расписал на доске все эти выкладки. Если отставить в сторону болтовню, и посчитать, то получается каждый день, выкуривая по 24 сигареты, человек сокращает свою жизнь на 24 часа. Другими словами, если бы он не курил, то прожил бы вдвое больше. Именно этот вопрос и был задан лектору. Тот не минуты не сомневаясь подтвердил выкладки. Тогда парень сказал ему, что его дед всю жизнь курил и умер в возрасте восьмидесяти четырех лет. Учитывая слова лектора, не имея этой дурной привычки, дед бы прожил как минимум до ста шестидесяти? Последние слова парня заставили хохотать весь зал. «Что-то я ни разу не встречал упоминания о некурящих людях, доживших до такого возраста. Получается, что все ваши рассказы об этом ложь, высосанная из пальца». Лектор разумеется обиделся, а парню сделали выговор за то, что тот посмел высказать свои домыслы и обидеть такого замечательного человека. В те годы любое слово взрослого, должно было восприниматься как аксиома, без малейшей критики.

Сказав это, я ненадолго замолчал. Провизор ошеломленный моим рассказом, все еще стоял с сосредоточенным видом, пытаясь видимо подсчитать возраст моего мнимого деда если бы он не курил. А минуту спустя, после того, как до провизора, видимо дошла вся анекдотичность выданной мною ситуации, и он оглушительно расхохотался, согнувшись в поясе, и удерживаясь обеими руками за прилавок. Улыбнувшись ему, я еще раз оглядел помещение аптеки.

В той же аптеке, я купил стопку писчей бумаги, самописку, бутылочку чернил и конверт. Чтобы не привлекать к себе излишнего внимания своей писаниной, решил все это сделать в своей машине. Поэтому присмотревшись к выложенным книгам, приобрел еще и что-то похожее на атлас автомобильных дорог. Последний был в хорошей твердой картонной обложке и довольно большого формата. Купив его, я убил сразу двух зайцев. Во-первых, приобрел сборник карт, все что покупал до этого касалось определенной местности, а сейчас у меня появился сборник захватывающий всю страну. А, во-вторых, он вполне подходил для тог, чтобы его можно было использовать в качестве основания для письма. Отъехав чуть в сторону, я устроился в тихом месте, чтобы никому не мешать, сел на соседнее сидение, и в течении часа составил письмо в библиотеку Конгресса, описав как следует разделять тюбики изнутри, чтобы получать полосатую зубную пасту двух или нескольких цветов. Добавив к описанию небольшой чертеж, сложил все это в конверт, и зайдя в ближайшее почтовое отделение спросил адрес библиотеки Конгресса США. Как оказалось, чтобы отправить подобное письмо, с заявкой на изобретение, нужно заплатить пошлину в размере, сорока долларов. И если вам подтвердят получение патента на изобретение, то дата его получения будет считаться с момента отправки его адресату.

Но как оказалось и этого тоже недостаточно. При отправлении письма в Конгресс, нужен обязательно обратный адрес. Вот тут вышла небольшая заминка. У меня пока его не было, и где он будет, я тоже сказать пока не могу. Хотя, если подумать, то можно примерно вычислить место, где я буду находиться через какое-то время, и указать «до востребования» Такое тоже вполне допускалось. Уточнив у девушки сроки, примерно стало понятно следующее. До Вашингтона, письмо будет идти примерно три дня, плюс примерно декада, на проведение экспертизы и отправки решения обратно, в итоге получается где-то около двух недель. На всякий случай уточнил еще и то, сколько времени письмо может пролежать на почте после того как придет на указанный адрес. Тут был однозначный ответ — один месяц, после чего оно вернется отправителю.

Размышляя об этом, я подошел к большой карте страны, висящей на одной из стен почтового отделения. На карте были обозначены многочисленные точки городов, имеющих почтовый индекс. Собственно, любой поселок в США будь он даже размером меньше самой захудалой Российской деревеньки, тут же начинает считаться городом, как только в нем появляется почта, и ему присваивается почтовый индекс.

Мо моим прикидкам уже завтра я попаду в Лос-Анжелес, а вот дальше уже сложнее. Вообще-то вначале, я собирался прокатиться по территории США, но сегодня, уже меня взяли сомнения о том, стоит ли туда отправляться. Дело в том, что сейчас был самый разгар выборов нового президента, и хотя кто станет следующим было уже понятно, но тем не менее выборы продолжались. Вдобавок ко всему сопровождаясь локальными бунтами. То здесь, то там, и особенно в южных районах страны, вспыхивали довольно кровавые стычки среди местного населения, в основном между белыми и цветными. 2 ноября 1920 года, когда миллионы американцев готовились отдать свои голоса, в городе Окой, штат Флорида, произошёл жуткий акт расового насилия. Пятнадцатая поправка к Конституции США, принятая