Рывок в прошлое - Алексей Викторович Вязовский

* * *

– Ты же понимаешь, что у тебя теперь Доусон во врагах на всю оставшуюся жизнь?

Бакли отправил ооновских чиновников в штаб выпить кофе, который на всех сварила О′Тул, а сам остался на крыльце вместе со мной.

– Я его предупреждал! Зачем он лезет в дела отряда?

– Совбез ООН оплачивает счета «Земли».

– Ну вот пусть и дальше оплачивает. А за нашей подготовкой вы поставлены следить.

– Не надо было тебе его цеплять с «Мустангом»! – Сэр Энтони тяжело вздохнул, стряхнул с рукава пиджака какие-то соринки.

– И он сразу нас попытался зацепить с этим вызовом от нью-йоркской полиции! Мы были квиты.

– Что случилось с Джимми? – прямо спросил Бакли.

– С ним все будет хорошо! – с нажимом ответил я.

– Доусон теперь с отряда не слезет. Может и бюджет ВШК урезать!

– Пусть попробует. Запустим в прессу фотографии этого ссыкуна.

Тут вот Бакли явно испугался.

– Вы его сфотографировали?

– Да.

– Зачем?

– Затем, что если он будет ставить палки в колеса, то будет окончательное возмездие. Как с тем дедом-фашистом.

– Каким дедом?

– Служил один мой товарищ в группе советских войск в Германии. И был там один случай нехороший… Водитель военной машины-ассенизатора немецкого дедушку задавил. Ехал в темноте, нечаянно зацепил старичка на велосипеде, дедушка и скончался. Разумеется, военные прокуроры, следствие. В части общее построение, бедолага-водила стоит с опущенной головой посреди плаца. Комполка с трибуны орет, тыча в него пальцем: «Старый немец… Пенсионер! Во время войны был танкистом в СС „Дохлая башка“! Несколько раз был подбит и горел в „тигре“! Попал в плен! Семь лет отсидел по советским лагерям! Чудом полуживой вернулся домой. И вот! Десять лет спустя у порога собственного дома в родном городе погибает под колесами советского говновоза! Как это называется?» Водила поднимает голову, говорит громко: «Возмездие!»

Бакли закашлялся, пытаясь скрыть смех. Достал платок, вытер лоб.

– Так же будет и с Доусоном. Будет вредить – будет возмездие. У нас для этого есть американская пресса.

– Вы страшный человек, подполковник.

– Нашу встречу надо закончить на позитивной ноте, – вздохнул я. – После кофе приглашаю вас пострелять в наш тир. Там все готово.

* * *

Сбагрив делегацию Незлобину и Гейтсу – заодно шепнув им, чтобы дали пострелять чиновникам, – я захватил Ильясовых и вернулся обратно к Джимми в комнату. Там мы его перегрузили на носилки и тайком спустили в подвал рядом стоящей котельной. Приковали наручниками и длинной цепью к трубе, что шла по стене, кинули матрас.

– А в туалет он куда будет ходить? – поинтересовался Тимур.

– Поставите ему ведро.

– Выносить за этим нариком? – сморщил нос Адгам.

Я прихватил его за ремень разгрузки.

– И выносить, и кормить из столовки завтраками, обедами и ужинами. Ясно?

– Да он все равно сдохнет… – Ильясов-младший побледнел. – Как только его с цепи снимем, опять начнет употреблять.

– Пока человек жив, шанс всегда есть. У нас в части, где я начинал служить, случай такой был. Один старослужащий издевался над молодым. То «велосипед» ему сделает – подожжет бумажки между пальцами ног. То пальцы рук во время сна опустит в стакан с водой, чтобы парень обоссался ночью. Ну и однажды на построении… Короче, накипело у молодого. Ему фуражку в строю «дед» сбил с головы. Сзади стоял. А он выхватил штык-нож из ножен и как всадит с разворота в грудь. Со всей дури.

Мы вышли из котельной, я запер железную дверь на замок, вручил ключ старшему Ильясову.

– Ну и что дальше-то было? – заволновался младший.

– Дальше мы кинулись их разнимать, а старослужащий стоит живехонек, глазами лупает. Получилось так, что смертельный удар в грудь пришелся. Ровно в выпуклую латунную пуговицу, и не просто в пуговицу, а точнехонько между серпом и молотом. Удар был такой силы, что пуговицу вывернуло в обратную сторону. У «деда» потом остался круглый шрам на солнечном сплетении. Вот так-то, бойцы… Жизнь, она иногда сильнее смерти.

Я щелкнул зонтом, раскрывая его. Ветер все усиливался, похоже осень в Нью-Йорке «порадует» нас новыми штормами.

– Неужели молодому все спустили? – поинтересовался Тимур.

– Из нарядов не вылезал. А так да, комбат решил все спустить на тормозах. Ему чепэ в части не нужно было. Этот дед с молодым потом до дембеля лучшими друзьями были. И на гражданке, я слышал, в гости друг к другу ездили.

* * *

Встречу с Мэлоди я назначил в Хобокене, во втором клубе. Заодно дернул и Майка-директора, дабы проверить, как идет переоборудование. Вывеска с кулаком и названием «Клуб по боям без правил» уже висела на здании, внутри шел монтаж октагона. Столбы стояли, рабочие натягивали рабицу.

– Парни уже ходят на тренировки во второй клуб в Квинсе. – Майк хоть и щеголял большим фингалом под левым глазом, но выглядел бодрым и деловитым. – Сколько брать с посетителей?

– Двести баксов в месяц абонентки. – Я прошелся по канвасу – он остался от боксерской секции. В принципе сойдет. Можно и бороться и нормально спарринговать.

– Че-то дорого… – почесал в затылке директор. – Боксеры берут сотку, борцы и каратисты – полторы сотни максимум.

– У нас вообще нет конкурентов, – отмахнулся я. – Кстати, завтра сходи к юристам и обсуди, можно ли запатентовать концепцию боев без правил. Октагон и прочее. Ну, я тебе уже рассказывал.

– Лады, схожу. Но двести баксов – это все равно много.

– В январе, как пойдет движ, поднимем до трехсот. И тысяча баксов – участие в чемпионате. Взнос.

– Не, не согласится народ, – покачал головой Майк. – И старички наши, с парковки, разбегутся, зуб даю.

– Эти пусть ходят бесплатно, раз уж были с нами с самого старта. Но все новые пусть платят двести.

Директор принялся меня убеждать, что не будет у нас учеников за такую цену. А я лишь усмехался, поджидая Мэлоди. Был, был у меня козырь в рукаве на этот счет.

На громкий голос и размахивания руками Майка из тренерского кабинета вышел тот самый пожилой седой негр – Гарри Голдинг. Именно он показывал нам клуб, когда мы собирались его купить.

– Ник, я тут поговорил с Гарри… – тут же понизил голос Майк. – Он готов у нас поработать полгодика. Сейчас устроиться тренером по боксу сложно, а мужик привык к месту.

– Ну пусть работает. – Я посмотрел на часы. Мэлоди опаздывала. – Ты с Грейси связался?

– Ага, послал телеграмму в Бразилию, но ответа пока не было. Зато Гилли из эЛэЙ уже два раза звонил. Короче, прилетит в Нью-Йорк на открытие клубов. Может, кого из учеников привезет с собой. Можно небольшой чемпионат устроить.

– Это было бы кстати. – Я пожал руку Гарри. – Хорошо бы нам открыться первого октября. Постараюсь договориться о телевидении.

– Видел тебя у Карсона, – покивал Голдинг. –