Многоликий странник - Кирилл Шатилов

– Я как разберусь, так сразу прибегу, – заверила её девочка.

– Не спеши. Если ты сможешь запомнить то, о чем мы говорили, для одного дня этого будет вполне достаточно.

– Не забудьте про мазь, – оглянулась Пенни уже в дверях. – Сперва живицей натираете, потом лежите, чтобы впиталась, а потом плотно обматываете, подложив сирень. Вот увидите, как быстро поможет. Куда мы идем? – спросила она Дилис, торопливо семеня за ней по хрустящему снегу. – Какие-нибудь вести от моей бабушки?

– Не знаю, – не сразу оглянулась женщина. – Распоряжение Корлис. Не отставай давай.

Дело серьезное, почувствовала Пенни, прибавляя шаг. Она никак не предполагала, что Мать Черной башни будет вызывать её к себе по пустякам. Неужели что-то стряслось с бабушкой?

Бабушка не шла у нее из головы всю дорогу. Утренний сон, рассказ Руны про связь между Явью и Навью – все это теперь заставляло Пенни по-новому смотреть на знакомые вещи и видеть в них скрытый смысл. Правда, внутренний голос затаился и помалкивал, вероятно, не желая оказаться виновным потом, когда все окажется не так страшно.

Они подошли к обыкновенной, хотя и довольно внушительной по размерам избе, в которой Пенни не сразу признала тот дом, где их впервые встречала посреди ночи тетушка Корлис. Под крыльцом послушно томились на привези три коня, в которых она попыталась, однако так и не смогла угадать бабушкиного. Для нее теперешней то ночное приключение, когда её везли в телеге, а потом отбивали погибшие из-за этого мерги, сейчас вообще представлялось чем-то совершенно нереальным и никогда с ней не происходившим. А может, ей приснилась не только бабушка, но и вся предыдущая жизнь?..

Корлис рассеяла все её сомнения. Она стояла у дальнего окна в своем неизменном черном платье, только белый пояс сменился синим, а драгоценные камни куда-то исчезли. Вид у нее, когда она повернулась к вошедшим, был хмурый, и у Пенни предательски сжалось сердце. Тем неожиданнее прозвучали слова Матери, не пожелавшей тратить время на приветствия.

– С Радэллой все в порядке, не переживай. Она уже дома и передавала тебе привет.

– Откуда вы знаете? Она была здесь?

Корлис пропустила эти недостойные её вопросы мимо ушей и продолжала:

– Но у нас возникли непредвиденные неприятности. Тот человек, за которым она гналась, тот, что похитил тебя и покорил своей воле твоих друзей, оказался ещё более непростым, чем мы подозревали. Некоторое время тому назад он странным образом исчез, его искали, но не нашли, и вот он вернулся сам…

– Бабушка его что, убила?

– Хотела, конечно, однако мы ей помешали, – снизошла до ответа Корлис. – Иначе у Обители могли бы возникнуть очень крупные неприятности.

Сейчас она объявит, что выгоняет меня на улицу, мелькнула в голове у Пенни, и она сделала глубокий вдох, чтобы принять эту весть с достоинством.

– Получилась небольшая заварушка. Двое из наших сестер оказались ранеными твоими друзьями, которых пока не удалось спасти, но пока все живы. Расскажи-ка мне поподробнее, как ты познакомилась с тем человеком.

– А бабушка вам разве не рассказывала? – У Пенни ослабли ноги, и она опустилась на ближайший стул, не спрашивая разрешения.

– Мне важно, что ты об этом знаешь.

– Она привезла его к нам на телеге. Я как раз выходила из дома. Пока мы распрягали Весёлку, он забрался к нам в дом. Что он так делал, не знаю, но когда я вошла, бабушка уже ругалась с ним. Прибежал Каур с сыновьями, наши хорошие соседи. Мужика этого схватили. Но он что-то там сказал, и Каур сделал вид, будто убивает бабушку. То есть, я думала, что он убил её по-настоящему, и очень испугалась. А потом они все стали связывать меня, бабушку бросили, меня перетащили в телегу, и мы куда-то поехали. А потом меня пытались спасти мерги, но их всех поубивали.

– Это меня уже не интересует. Ты никогда его раньше не видела?

– Кого? Того человека? Нет, что вы, я бы его сразу запомнила. Правда, может, и не запомнила бы. У него какое-то скользкое лицо, противное, не запоминающееся.

– Откуда он у вас взялся, как ты думаешь?

– Я же говорю, что его бабушка подвозила. Она, может, что подробнее скажет, а я его только у нас в избе как следует разглядела тогда.

– С Радэллой мы уже разговаривали.

– Вы видели её? Как она?

– Я же говорю, что все в порядке. Сама я её не видела, но знаю, что она слегка ранена и сожалеет, что отважилась в одиночку на эту погоню. Если бы наши сестры не следили за ней, все могло бы закончиться гораздо хуже. Твой Каур и его сыновья, похоже, действительно, храбрые и сильные воины. Жаль, что их пока не удалось вернуть в себя.

– Вернуть в себя?

– Тот человек оказался слишком хитрым. Он ведь знал, что за ним охотятся, и все предусмотрел. Как мы поняли, он чем-то забил Кауру уши, не то паклей с воском, не то ещё чем-то. Так что тот просто не мог слышать слов Радэллы, а посторонних он получил приказ к себе не подпускать. Радэлла об этом не подозревала и чуть было не поплатилась. Её удалось отбить. Но что делать дальше, да и стоит ли, мы пока не уверены.

– Как это «не уверены»? А его сыновья? Нужно попытаться действовать через них.

– Это ты верно говоришь. Только они стоят за отца горой. Нашим сестрам не удалось с ними переговорить. Его враги – их враги. Не понимаю, как можно быть настолько… преданными, но что есть, то есть.

– Я смогла бы, пожалуй, подобраться к Бриану. Он бы меня послушался.

– И что бы ты ему сказала? – Едва ли это предложение вызвало у Корлис интерес, однако, похоже, сейчас она была готова выслушать даже его.

– Ну, не знаю, – замялась Пенни. – Чтобы он ночью вынул у отца из ушей эту гадость и дал выслушать нужные слова. Или хотя бы связал отца и удержал так до появления, кого там… ваших сестер. Я что-то не так говорю? – переспросила она, глядя на непроницаемое лицо Корлис.

– Да нет, я просто тебя слушаю и думаю… В нашем распоряжении есть различные средства, которыми эту ситуацию можно было бы разрешить довольно быстро, если бы речь шла о человеке другого… уровня. Он вам не представлялся? – словно спохватилась она.

Пенни уверенно помотала головой.

Корлис явно прощупывала её, вот только зачем? Неужели она настолько привыкла здесь никому не доверять, что все на свете по несколько раз перепроверяет? И что она имеет в виду,